Сегодня в Израиле БГ дал очередное интервью.
С предыдущей нашей встречи произошло ещё одно печальное событие – не стало Андрея Тропилло, который записывал эту и многие другие пластинки "Аквариума" [звукорежиссёр, работавший в 1980-е с множеством ведущих групп советского рок-андеграунда, ушёл из жизни 28 апреля 2024 года]. Про его роль в становлении русского рока все знают, но мне не довелось быть с ним знакомым лично. Можете рассказать, каким он был тогда?
Андрей был удивительным человеком. Теперь сложно даже представить себе, что человек почти шесть лет работал на износ, записывая практически все тогдашние группы (иногда даже ночуя в своей студии Дома Юного Техника, потому что некогда было доехать до дома), – и ни с кого не взял ни копейки. О деньгах никогда не было даже разговора. При этом он никогда не старался быть приятным; в нём было что-то диктаторское. Вот, например, песню "Дикий Мёд" в 1983 году он по какой-то своей идиосинкразии записывать в упор не стал. Однако при этом у нас с ним были отношения, я бы сказал, абсолютно доверительные, потому что он знал, что я буду делать так, как чувствую, а я знал, что он не даст мне разойтись, если я начну вершить что-то совсем не то. Но главное, что меня всегда в нём восхищало, это что за все эти времена, начиная с 1980 года, у нас с ним не было подписано ни одного клочка бумажки. Всё держалось только на слове и рукопожатии.
И всё, о чём договорились, всегда соблюдалось?
Абсолютно, на сто процентов. По отношению ко мне он был человеком абсолютно честным и чистым. А ещё он был очень работоспособен. И наши отношения почти не изменились до самого конца. Даже когда он относительно недавно стал с остатками группы "Зоопарк" петь песни Майка, я ему легко мог сказать: Андрей, к сожалению, то, что ты делаешь и предлагаешь, – это полная чушь. Он отвечал: окей, хорошо.
Вы продолжали общаться?
Конечно. Я его видел буквально только что, когда мы играли в Финляндии, он заходил к нам за сцену.
Но не работали с ним вместе ещё с середины 1980-х, верно?
С 1986 года. Дальше на него начались наезды со стороны КГБ, он ездил в лес, закапывал матрицы альбомов, и студия закрылась. Доблестный комитет положил конец звукозаписи – правда, с опозданием на шесть лет, а за эти шесть лет Андрей осуществил свою мечту.
Вы после этого сотрудничали с разными звукорежиссёрами из нескольких стран мира, на разном оборудовании. С технической, ремесленной стороны Тропилло отличался от "крепких профессионалов" из Лондона или Нью-Йорка – в лучшую или худшую сторону?
На мой взгляд, он делал абсолютный максимум того, что было возможно. Когда говорят, что в наших тогдашних записях что-то плохо звучит, я всегда возражаю: с учётом имевшихся возможностей он делал максимум. И к нему как к профессионалу у меня до сих пор нет и не было ни единого вопроса. Когда-то мы с Дэйвом Стюартом [сооснователем группы Eurythmics, в частности, выступившим продюсером англоязычного альбома БГ "Radio Silence" 1989 года] решили послушать записи "Аквариума". Он сильно удивлялся тому, как мы выстраивали картину звука, но технических претензий не было.
Последнее, о чём хотел спросить. Вы сегодня в России так называемый "иноагент". Опущу набор идиоматических выражений, с помощью которых мне хочется прокомментировать это обстоятельство, перейду сразу к вопросу: это как-то на вас сказывается? Влияет на вашу жизнь? Создаёт какие-то неудобства?
Да. Некоторые части мира теперь стали опасной зоной. Потому что местные власти могут человека скрутить и отправить в Россию.
Как едва не случилось с группой "Би-2" в Таиланде?
Это долгая история, не буду рассказывать её целиком, но недавно с нами едва не произошло то же самое. Пришлось отменять концерты в Индии, на Бали, в Таиланде. Ну, что поделать – мы, как и говорилось, живем в интересное время.
* В мае 2023 года на Бориса Гребенщикова составили протокол о «дискредитации армии» (часть 1 статья 20.3.3 КоАП РФ). В июне 2023 года Министерство юстиции РФ объявило Гребенщикова «иностранным агентом».