Есть две жизни. Две правды. Два мира. Один из них — монашество. Те, кому удивительно видеть человека в рясе, те, кого гложет вопрос: «И зачем они заточили себя?», вряд ли ведают, что этому явлению уже века, что первые затворники появились ещё в IV веке в Египте. Вот откуда пошла глубина и истовость веры.
Помимо обычного правила инок клал по две, а то и по три тысячи поклонов за день. Для "самоумерщвления", как тогда говорили, каждый чернец носил железную броню (аналог современных бронежилетов, но не для защиты, а для утяжеления), железные вериги на ногах и власяницу. Спали мало, часто сидя, в основном молились. На всё, разумеется, было благословение настоятеля.
Сегодня, конечно, власяницу и вериги не носят, но в остальном и в главном, смысл иночества не изменился. Он — в ежеминутном общении с Господом.
Мир теперь всё время рядом, он дразнит соблазнами, он чадит на прилепившейся к монастырской ограде автостраде дорогими иномарками (некоторые запросто заезжают и на двор), он вламывается в несуетную жизнь молодым щенячьим восторгом любопытствующих и озорными девичьими взглядами, он напоминает о себе газетами и интернетом, отвлекая, уводя, мешая. И монахи, как могут, по-своему оберегают свой дом от этого "нашествия мира". В Задонском Богородицком монастыре вывешивают таблички, запрещающие крашеные губы и брюки для женщин. Убедительно просят выключать при входе в храм мобильники и не мешать службе кино- и фотосъёмками. Входя в положение, уже у монастырских ворот неподготовленным, не ведающим и не думающим выдают платки и юбки.
Но это только видимая часть жизни обители. Люди воцерковлённые, уже нашедшие дорогу к храму, спешат не только к дорогим иконам, но и к опытным монахам за советом и помощью. Словно воды из чистого родника напиться…