– Наташа обращалась к М., и за одну сессию у нее прошла астма. Вы представляете?! Надо мне тоже к ней сходить, чтобы решить свой денежный вопрос.
Да, так бывает, что за одну сессию решается сложный вопрос, который долгое время не решался. А бывает так, что у другого человека тот же вопрос ковыряем-ковыряем, а выковырять никак не можем. В чём проблема? В специалисте или в методе? Ни в том и ни в другом.
Тема волшебных таблеток будоражит людей: мы ищем тот способ, который позволяет перейти в новое состояние быстро и желательно без усилий. Информация о том, что кто-то буквально за пару встреч устранил мучащую его проблему, становится поводом для рекламы и публикации завлекающих отзывов. Ситуации, когда этого не получилось, скромно откладываем в сторону и не замечаем. А между тем неплохо бы понимать механизм этих процессов.
1. Быстрое решение возможно, когда произошла разовая фиксация на травматическом событии. Если же на эту фиксацию наслаиваются защитные механизмы, формирующие способ жить, то есть формирующие несущую жизненную конструкцию, то внутренняя система безопасности не позволит эту конструкцию снести за один раз: сначала нужно вырастить новые внутренние опоры, а на это нужно время.
2. Быстрое решение – это как хирургическая операция. К нему нужна подготовка и «послеоперационный» период, когда происходит осознание и адаптация к новому состоянию. Часто предшествующая работа, которая привела к осознанию фиксации, вычеркивается, и создается образ «работала два года с К., а потом обратилась к Л. И она помогла мне решить проблему за один раз». Есть нюанс: помогла потому, что до этого был пройден подготовительный этап.
Примеры
🔴 Девочка, её мама и бабушка садятся в самолёт. На посадке между мамой и бабушкой, обычно находящихся в нормальных отношениях, вспыхивает конфликт, они жутко ругаются, мама встает и выходит из самолета. У девочки паника: она получает травму свидетеля, ощущение брошенности и все это происходит в самолете. Происходит фиксация травматического события в привязи к самолёту. Девочка растёт и каждый раз, заходя в самолёт, испытывает тревогу. Эта тревога ей непонятна, так как детская память легко вытесняет сложное травматическое событие. А потому срабатывает рационализация, и тревога объясняется страхом полетов. Но это не так. В сессии из памяти достается это событие, происходит разрядка и тревога «отвязывается» от самолёта. Страх полетов исчезает.
🔵Та же ситуация, но мама, в принципе исчезающая, и девочка в принципе не может на неё опираться, когда не видит её в поле зрения. Поэтому ссоры хоть в самолёте, хоть дома – обычное дело. Доверять маме нельзя в принципе, нужно всегда держать её в поле зрения. Формируется недоверие и к окружающим людям, в том числе, конечно, пилотам, которые находятся в своей кабине и проконтролировать их невозможно. А потому раз за разом страх полётов прочно увязывается со страхом доверять миру. Тут работа конкретно со страхом полётов не поможет. Только длительная регулярная работа с психологом, в течение которой сначала будет сформирована привязанность, пройден страх этой привязанности, освоены агрессия и безопасное для себя нападение на фигуру, к которой сформирована привязанность, формирование ощущения безопасности («мир не рухнул от того, что я нападал(а), отношения устояли и психолог никуда не делся) может открыть дверь в мир доверия окружающим, а значит, и пилотам.
✅ Если у вас есть ваши примеры длительной «безуспешной» работы и примеры получения быстрых результатов, поделитесь в комментариях.
Автор: Татьяна Иванова, к.э.н., бизнес-тренер, психолог
Больше интересного от автора по этой теме: