Алексей Саврасов – уважаемый художник с двадцатилетним стажем. В Товариществе передвижных выставок, которое создается с целью популяризации искусства, он – один из учредителей. Трудно представить, что Саврасову еще только предстоит сказать свое главное слово в искусстве. В 1870-м году он получает заказ Павла Третьякова на "зимние пейзажи на Волге" и уезжает с семьей из Москвы.
Он прибывает в село Молвитино, останавливается в доме купца, смотрит утром в окно и говорит, что именно здесь он будет писать пейзаж. Так появляется первый набросок картины «Грачи прилетели». Причем, если посмотреть на тот самый вид сегодня, то бросается в глаза, что художник на полотне поменял местами купола церкви и колокольню. Такой композиционный ход понадобился ему, чтобы звонница на картине уравновесила бы деревья, что растут с правой стороны от церкви. Изо дня в день, сидя у окна напротив церкви, Саврасов пишет свою главную картину.
В 1871-м году в самой первой передвижной выставке участвуют картины "Петр Первый и Алексей" Николая Ге, "Охотники на привале" Василия Перова, и Крамской, и Шишкин. Но "Грачи" Саврасова – выше всех. Крамской пишет в одном из писем, что в каждом пейзаже на этой выставке есть и вода, и земля, и небо, но душа есть только в «Грачах» Саврасова. Именно эта картина становится главным зрительским хитом экспозиции. Причем, в каталоге первой передвижной выставки это произведение записано так: «Грачи прилетели!» Авторское название картины - с восклицательным знаком, который должен передать весь восторг художника от пробуждения природы.
На этой картине идеально собраны вместе, как детали конструктора, все главные символы России – березы, снег, старинная церковь, забор, избушка, бескрайние дали и бездорожье.
Композиция этого полотна создаёт впечатление устремлённости ввысь, которое достигается подчёркнуто тянущимися кверху молодыми тонкими берёзками и шатровой колокольней старинной белокаменной церкви.
Картина становится таким откровением для современников, что даже подражать ей начнут нескоро. "Грачи" приносят Саврасову настоящую славу. И мало кто знает, что этот шедевр для художника – еще и опыт преодоления скорби. Ведь он создавался в тяжелый момент жизни Саврасова – вскоре после того как он потерял ребенка. Пытаясь пережить горе, он и написал эту картину. Неслучайно кроме надежды на пробуждение жизни, света и тепла она несет зрителям и ощущение грусти и светлой печали.
Ольга Чуворкина, искусствовед:
Саврасов позволяет понять свое собственное настроение, в котором он создавал этот пейзаж. Мы можем не знать о трагической судьбе Саврасова, но мы чувствуем, что в его работах есть некий надрыв. Художник-академист никогда не позволял себе переносить своё собственное «я» на картину. Это тоже очень важно. Открытие себя художником зрителю.
Искусствоведы будущего назовут Саврасова художником одной картины. И в самом деле: жизненные трагедии, которые будут преследовать пейзажиста и дальше, окажутся сильнее него.
Из книги «Передвижники. Художники-передвижники и самые важные картины конца XIX — начала XX века»