(отзыв поэта Владимира Хохлева на роман "Сорок дней)
Роман о том, что ад – это количество совершенных человеком при жизни грехов, а рай – это любовь
Это роман о жизни после смерти и о любви, которая преодолевает все. Когда автор касается этой почти запретной темы, на ум приходят те, кто входил в эту воду до него. Скажем, Ричард Матесон с его экранизированным романом «Куда приводят мечты» или Юлия Вознесенская с книгой «Мои посмертные приключения». Есть и другие. Но сразу оговоримся, что роман Сергея Козлова, обозначенный как «русская исповедь», резко отличается от аналогичных попыток заглянуть на тот свет. Во-первых, потому, что по степени откровенности он действительно исповедь, во-вторых, потому, что Козлов находит собственные художественные решения. Нет, это не хождение по кругам ада и не восхождение по лестнице к небесам. В отличие от Данте Сергей Козлов не оперирует символическими цифрами, его ад – это количество совершенных человеком при жизни грехов. Его рай – это любовь и путь к Богу.
При всей сложности романа, который восходит своей основой к трудам Григория Богослова, Игнатия Брянчанинова («Слово о смерти»), Филофея Лещинского, Николая Сербского, Паисия Святогорца и отца Серафима Роуза, он рассчитан на самый широкий круг читателей. Что в принципе подтверждается успешными
продажами книги на православных ярмарках, в сетевых и обычных книжных магазинах. Увлекательный сюжет держит читателя до конца. Кто-то пропускает цитаты из трудов святых и богословов, кто-то находит в них ответы на собственные вопросы о смысле жизни.
Удивительным и мелодичным рефреном проходит через весь роман клеверное поле.
«– Спасибо тебе за клеверное поле, – вдруг сказал ангел.
– За что? – удивился я.
– За клеверное поле и звездное небо над головой. Если бы я был на Его месте, я бы так и поступил, – улыбнулся он. – Я сейчас это понял.
– Это называется вкус жизни…»
И, разумеется, автору, как, впрочем, и в других его книгах, удается передать завораживающие пейзажи и просторы России. Они ненавязчивы, как излишне подробные описания, скорее больше похожи на полотна импрессионистов. Но, думается, каждый читатель откроет их для себя по-своему.
Рядом с главным героем ангел-хранитель и бес, который продолжает искушать даже тогда, когда герой оказывается на пороге смерти. Сергей Козлов исповедовался в этом произведении, но его исповедь каждый может применить или примерить на себя. В конце концов ни один критик, ни один литературовед не сможет определить процентное соотношение действительности и художественной реальности. Просто – в этот текст верится… Подтверждение тому – плачущие над этой книгой зрелые мужчины.
Большинство читателей проживают «Сорок дней» романа за один день или одну ночь, в зависимости от того, когда открыли первую страницу… А в конце книги, на добавку, два пронзительных рассказа «Обычная история» и «То не вечер», которые уже можно было встретить в толстых литературных журналах.
Санкт-Петербург