Вот и последний рабочий день на этой неделе. Замечательно, занятия сегодня будут сокращенными, а это значит, что закончу я раньше обычного. Сегодня у меня пять пар, это не так уж и много, а с учетом сокращенной смены – так вообще прекрасно.
Доброе утро, Ваше Величество! Рад Вас видеть. Ну ладно Вам, не смотрите на меня так сурово, и шипеть на меня тоже не надо. Я ни в чём, ни в чём не виноват, честное слово. Вы же прекрасно знаете, что я ни за что на свете не оставлю Вас без завтрака. Видите, уже всё готово – и я насыпал в царскую тарелку щедрую порцию корма. Всё, гнева и обиды как не бывало, Нюшенька тут же довольно замурлыкала, тут же потерлась мордочкой об мою руку, выражая благодарность. Приятного аппетита, дорогая царица. А я, пожалуй, начну собираться, негоже таки опаздывать.
Я уже говорил, что погода нынче отвратительная? И ещё раз скажу. Более пакостного начала мая свет не видывал, уж лучше б гроза была, как у Тютчева, честное слово. А тут самый настоящий снег! Снег, Карл! То есть в конце апреля солнце светило ярче, чем в середине июля, а сейчас… Ну что это за переворот с переподвывертом?
Благо, пронизывающий ледяной ветер заставил меня ускорить шаг, и я прибыл на работу даже раньше привычного. Вот и первая пара. Ничем особенным она, в принципе, не была примечательна. Домашнее задание с грехом пополам сдали – не без ошибок и упущений, конечно. Название «БРИКС» никак не могли вспомнить, пришлось им подсказывать чуть ли не по буквам путём игры в в и с е л и ц у.
На второй паре были студенты, которые достались мне «в наследство» от предыдущего преподавателя. Я их в шутку называю «гостинцы» - или «подарки».
Всё было не так уж и плохо сперва. Потом ближе к концу пары одна из девушек внезапно встрепенулась, взглянула на меня с упреком и заявила:
- Вы на прошлом занятии только с одним студентом разговаривали, с Ш***. А домашнее задание не спросили.
- Во-первых, у нас лекция была, - спокойно ответил я. – И он единственный, кто принимал участие работе, писал и задавал вопросы. А во-вторых, домашнее задание – ваша ответственность, оценки вам нужны, а не мне. Если готова, будь добра, отвечай.
- Так можно рассказать-то?
- Если совесть позволит, - хмыкнул я, закатив глаза.
Совесть ей не позволила. Юная дева надулась и отвечать не стала.
В остальном занятие прошло вполне мирно. Немного посмеялись над старостой, которая всегда носит кольцо на правой руке – мол, замужем уже, наверно. Пообщались, подискутировали.
Вот и третья пара. Узнав, что предстоит изучать новую тему, юные гении обрадовались. Но меня отвлекли вездесущие должники. Пришли, разумеется, неподготовленными.
- Ох, ну что с вами делать. Вот вам время на подготовку.
Задания-то они, хвала небесам, выполнили вполне быстро, я успел за это время и с группой поработать. Только вот отвечать почему-то постеснялись. Начали спорить, кто, мол, пойдёт первым…
- Вы уж там решите как-нибудь, - не выдержал я. – На камень-ножницы-бумага, например.
Они отказались.
- Тогда я заведу таймер. Не успеете рассказать – пойдете отсюда.
Это подействовало, грешники мигом выполнили то, что от них требовалось. Вот что за безобразие, пока не пригрозишь – не начнут работать…
Настала четвертая пара. Увы и ах, только четыре человека из пятнадцати домашнее задание сделали. Сердился я на них, конечно: им же экзамен в этом семестре по моему предмету сдавать, а сознательности у них – ноль целых, ноль десятых.
На пятой паре пришли ко мне старые знакомые – те самые, которые вчера не могли Ленинград на карте найти. На сей раз найти смогли, слава Богу. Правда, сколько длилась блокада, не смогли сказать. Заявили, что длилась она от силы месяц…