Воспоминания.
Первый в жизни полевой сезон я провела в Ровенской области. А первым обследованным лесничеством было Масевичское.
В институте нас учат многому, но не обычной жизни взрослого человека. И я вспоминаю какой неприспособленной к ней оказывается была я.
После обязательной тренировки проведенной начальником партии нас-инженеров развезли по лесничествам. А лесничий определил где я буду жить во время работы. Не знаю как он договаривался, но вечером привез меня на постой к одинокой женщине с мальчиком лет 10.
Это была небольшая деревенька с простым деревенским домом, с постройкой для животных во дворе, там жила рыжая корова и куры. Мне показали небольшую комнатку, где я буду спать, всё было чистенько и приятно. Я спросила, где можно помыть руки и сходить в туалет, хозяйка показала мне рукомойник, а потом попросила мальчика показать туалет.
Мы вышли во двор и мальчишка показав на постройку на заднем дворе и вернулся в дом. Я пошла к довольно большому сараю. Внутри он был разделен на клети. На жердях сидели куры, за загородкой стояла на покрытом соломой и сеном полу корова, я повертела головой, но никакой дверки ведущей в кабинку туалета с дыркой я не нашла. Подумав, что я видимо что-то не поняла, ведь украинского языка я толком не знала, я вернулась в дом и опять переспросила у Марии, где же у них туалет. Оказывается туалет у них прямо там в пристройке, в любом месте где присядешь. Это было удивительно и непонятно.
У бабушки на даче для этого был построен маленький домик, где также хранились инструменты и удобрения, а рядом был сделан удобный ящик с вырезанным отверстием. Вниз под отверстие ставили ведро с торфяными брикетами, а ведро потом относили на компостную кучу и опять же присыпали всё торфом.
А еще я поняла, что на 80% не понимаю сказанного ни Марией, ни мальчишкой. Понимаю только слова суржика, на котором говорят в Черкасской области, где мы все школьные годы отдыхали дикарями с родителями.
Утром Мария меня покормила яичницей с хлебом, к дому приехал лесник на мотоцикле и мы поехали работать в лес. Работа состояла из обхода кварталов этого лесника, закладки пробных площадей, рубки деревьев на модели, в общем много движения, ходьбы и физической работы.
Днем лесник раскладывал скатерть самобранку на которой из его полевой сумки появлялись картошка, огурцы, помидоры, лук и неизменная бутылка самогона. Ну самогон я никогда даже не попробовала, а вот остальное ела с большим, если не сказать огромным аппетитом, ведь в день мы проходили не меньше 20 километров. Лесники менялись через 2-3 дня, показав свой обход-то есть участок, который закреплен за каждым лесником, а меню оставалось прежним.
Поздно вечером меня привозили к Марии, она давала яичницу с молоком и я падала до утра. А утром следующий лесник приезжал на мотоцикле.
В лесу меня тогда поразили огромные жёлтые кусты цветущих азалий. В нашей средней полосе они в природе не растут. Для меня это была экзотика.
Изо дня в день работая с 8 утра до темна, я видимо постепенно худела незаметно для себя. Только я стала замечать, что стала быстро уставать, думая, что эта слабость от жары. Потом стало еще хуже. Я приходила в выдел который нужно было описать в документах, я уже не могла стоять, поэтому присаживалась на корточки, доставала бумаги из полевушки, запролкидывала голову, чтоб осмотреть кроны деревьев и у меня темнело в глазах. Я через несколько секунд приходила в себя, осматривала деревья, писала что нужно в своих документах, вставала и опять у меня все темнело перед глазами. Я шла дальше, уже не так бойко как в начале работы и все повторялось. Пришла, села, закинула голову все почернело и тд.
Когда я приехала в отчётный день через три недели на базу к начальнику партии, то все инженеры радовались встречи, шутили и были на подъеме. Я же стояла опершись о забор и ни на какие резкие движения была не способна. Только поработав в других партиях с другим начальником я увидела совершенно другое отношение к сотрудникам. Сначала их обеспечивают продуктами, а уж потом начинается работа. А в первый сезон не было времени даже вспомнить, что на свете есть продуктовые магазины, возможно такой был и в этой деревне, но я его ни разу не видела, ездя с лесниками в лес.
А еще в тот сезон я купила книгу Шевченко Кобзарь и местные мальчишки и рабочие переводили мне незнакомые украинские слова, так что к концу полевых я уже понимала быструю речь местных
Подпишитесь на мой канал и я продолжу вылавливать из омута памяти мои воспоминания