Комиссии за транзит денежных средств могут составлять от 5% до 15% в случае с параллельным импортом
Российские компании вынуждены удлинять цепочки посредников для проведения трансакций и работать с более мелкими банками, пишет «Financial Times». Из-за этого меняется структура валютных расчетов.
История вопроса:
– Основной способ проведения платежей – через Киргизию, если это какие-то сложные коды ТН ВЭД, то мы берем в Киргизии два юрлица и делаем перестановку, либо пользуемся сервисами наших банков по встречным потокам. Сейчас я открыла расчетные счета ВТБ в Шанхае, что позволяет мне оплачивать товары в Китае рублями. Мы очень ждем открытие в Китае «Альфа-Банка», и на самом деле китайские поставщики зачастую очень активно идут нам навстречу, даже без оплаты отправляют товары, – рассказала в эфире радио «Ъ FM» сооснователь цифровой системы для бизнеса «Digital ВЭД» Анна Фомичева.
По данным Центробанка, доля нацвалюты в международной торговле в феврале 2024 года выросла на 7%, до 40%. На этот же показатель сократилась доля «дружественных» валют после отказа банков Турции и Китая обслуживать трансакции.
– В Китае в какой-то провинции деньги не приходят в банк, а в другой приходят. Это очень странно, потому что это как рулетка, придут ли деньги, зачислятся, не зачислятся. Конечно, люди стараются прибегать к каким-то альтернативным способам: платят через USDT, снимают наличные деньги, чем только ни занимаются для того, чтобы продолжать оплаты за товар. Основные трудности – это сроки и стоимость. Платеж может идти до 14 дней, и это все стоит дополнительных процентов, - продолжает Фомичева. – То есть теперь мы в финансовые модели импортной сделки должны, помимо таможенных платежей, включать комиссию за транзит денежных средств. Она может быть и все 5%, в зависимости от схемы, а это удорожание минимум 5%. Если говорить про параллельный импорт, там вообще другая история, удорожание может быть и 15%. Чем больше в цепочке посредников, тем дороже, потому что каждый хочет «отщипнуть» свои проценты.
Гендиректор аналитического агентства «БизнесДром» Павел Самиев отмечает, что рубль в этом плане очень удобный. Когда поставки в некоторые страны оплачивались в местной валюте, например, в рупиях, потом было непонятно, что делать – это известный кейс, сложный и не до конца решенный вопрос.
– Так вот, с рублем такой проблемы нет, потому что рубль – это более понятная валюта, конвертируемая, – подчеркнул эксперт. – И рублевые трансакции для иностранцев на российском рынке не закрыты, в отличие от тех ограничений, которые действуют для нерезидентов во многих странах, и это создает проблемы для наших экспортеров. Насколько эффективно российским компаниям удается обходить ограничения? Пока получается, то есть с этим бороться тяжело, американские регуляторы пытаются найти механизмы, как это запретить, наложить дополнительные ограничения и ввести меры, которые и для таких трансакций тоже создадут некомфортную среду. Они стремятся к тому, чтобы в периметр их мониторинга попали и маленькие банки, чтобы восстановить контроль над трансакциями в таких валютах. Но это сделать сложнее, чем то, что на поверхности. Превращение России в Иран – это избитый шаблонный момент. По большому счету определенное давление, которое было оказано в свое время на Тегеран, создало внутренний рынок. У России внутренний рынок значительный, емкий, больше, чем у Ирана. Поэтому достичь какой-то экономической, финансовой изоляции России точно не получится.
Напомним, Белый дом пугает Пекин тем, что США могут отрезать некоторые банки Поднебесной от мировой финансовой системы. LR