Собираясь в деревню, Варя полностью сменила свой гардероб. Стильные деловые костюмы, шёлковые блузочки, туфли на шпильке, элегантные платья отправились в социалку.
Теперь в её облике присутствовала нарочитая посконность на современный лад. Бледно-голубые джинсы, серые кроссовки, растянутый бежевый свитер, белый платок, повязанный по форме банданы.
******************************
Варварой Ильиничной её стали называть в тридцать пять, когда она защитила очередную диссертацию и возглавила один из отделов родного исследовательского института.
В тридцать шесть ей блажь ударила в голову, как сказал дед и по совместительству заслуженный академик, и она бросила науку и уехала в деревню.
Когда дед спросил у неё напоследок с чего вдруг такие выверты, она весело засмеялась и сказала:
– Надоело мне быть Варварой Ильиничной, хочу стать просто Варей.
Дед совсем не интеллигентно повертел пальцем у виска и совсем уж неожиданно перекрестил её в спину.
Варя добралась на автобусе до вокзала, села в электричку и, провожая рассеянным взглядом входивших и выходивших людей, уплыла в свои думы.
Решение бросить науку, уехать в деревню далось ей легко. У неё не было долгих раздумий, споров с самой собой, сомнений. Просто однажды утром она проснулась и поняла, что больше не хочет выписывать формулы, смешивать реактивы, делать выводы.
И тут встал очевидный вопрос: а что же она хочет?
А хочет она быть просто Варей, болтать с подругами на девичьи темы, вертеться у зеркала, примеряя новое платье, шлёпать босиком по траве, встречать рассветы и закаты. А ещё хочет она простого бабьего счастья.
А ещё… ей опостылил город. Каменные муравейники, мельтешение людей и машин, сонные лица в метро, стерильность лабораторий, заумные речи коллег – всё это постепенно давило на неё.
А когда её стали называть Варварой Ильиничной, она почувствовала себя пятидесятилетней дамой в строгом костюме, очках и с абсурдным пучком на голове.
И когда Варя всё это поняла, она и решила переехать в деревню. Ей почему-то верилось, что там, в глубинке, среди обычных людей, в окружении дикой природы она найдёт то, что так ищет.
Деревню она выбирала не только по месторасположению, но и по названию. И нашла Калиновку. Не большая, и не маленькая, уютно притулившаяся возле весёлой речушки, в окружении протяжённого смешанного леса, деревенька на тридцать дворов.
Дом, который она купила, давно стоял заколоченный и никто на него не зарился, хотя строение было добротным и симпатичным. Этакая колоритная русская изба с причудливой резьбой наличников, широкими сенями, русской печью, делившей большую комнату на кухню и спальню.
Собираясь в деревню, Варя полностью сменила свой гардероб. Стильные деловые костюмы, шёлковые блузочки, туфли на шпильке, элегантные платья отправились в социалку.
Теперь в её облике присутствовала нарочитая посконность на современный лад. Бледно-голубые джинсы, серые кроссовки, растянутый бежевый свитер, белый платок, повязанный по форме банданы.
Едва Варя справилась с калиткой, заросшей высокой травой, к ней подошла сухонька старушка с любопытными, как у ребёнка, глазами.
– Чай, жить тут собираешься, милая? – голос у старушки был чуть надтреснутый с такой милой хрипотцой.
– Собираюсь, бабушка, – вежливо ответила Варя.
– Ну, ну. И кто ж тебя надоумил дом ентот купить? – продолжила расспросы бабуля.
– Никто, я сама его выбрала, понравился.
– Вот оно что. Приманила, значит, Фроська замену себе, – задумчиво протянула старушка.
– Какая Фроська? – поинтересовалась Варя.
– Вот что детонька, не ходила б ты в ентот дом, плохой он. Фроська – она ведь того, ведьмой была, плохие дела творила.
– А может я тоже ведьма, – вдруг ляпнула Варя, которой надоело любопытство старухи.
– Тьфу на тебя, оглашенная. Чем гордишься-то? Туго тебе придётся у нас в Калиновке с такими замашками, – бабуля погрозила Варе пальчиком и ушла.
Проводив старушку взглядом, Варя шагнула в заросли травы и пошла к дому. Тот, кто продал ей дом, сказал, что ключи она найдёт под лавкой крыльца.
Нагнувшись, она заглянула под неё и обнаружила висящий на ржавом гвоздике потемневший от времени ключ. С трудом провернувшись в замочной скважине, ключ открыл дверь.
И тут Варюшу ждало удивление. Внутри дома всё выглядело так, как будто хозяева ждали желанных гостей.
Ни пылинки, ни соринки. На круглом столе, стоящем в центре большой комнаты, напротив печи, белая парадная скатерть, украшенная мережкой. На запыленных с внешней стороны окнах светлые в мелкий голубой цветочек занавески.
Вдоль стен четыре стула и массивный комод. Из маленькой комнаты выглядывал край кровати с железными спинками. На кровати голубое покрывало и три подушки в белых наволочках с такой же мережкой, как и на скатерти.
Пол устлан двумя домоткаными половиками в полоску. На маленькой кухонке разделочный стол, над ним две полки, открытая и закрытая.
Удивления продолжались. Как Варя не высматривала, она не увидела ни одного предмета посуды или кухонной утвари, только на табуретке ведро с водой и возле него деревянный ковшик.
Новая хозяйка дома присела на один из стульев и ещё раз оглядела теперь уже своё хозяйство.
Неожиданно тонко скрипнула входная дверь и в комнату вошёл огромный рыжий кот. Он сел напротив Вари и посмотрел на неё каким-то не кошачьим взглядом.
Кот улыбался. Кот улыбался и глазами, и своей маленькой пастью, и даже хвостом, который подрагивал самым кончиком, как-будто трясся от мелкого смеха.
– Здравствуй, Рыжий! Хихикаешь над нерадивой хозяйкой? – сама не зная почему, Варя решила заговорить с котом.
В голове женщины раздался смешок, потом тихий мужской голос:
– Варварой будешь, значится. Ну, Фрося, ну, кудесница, эку девку завлекла. Ну кась, встань, повернись, ведьмой белой обернись, – приказал голос.
Не понимая, что происходит, Варя, как сомнамбула, встала, повернулась, ещё раз, и оторопела. Джинсы, кроссовки, растянутый свитер пропали, превратившись в длинный до пола балахон из какой-то лёгкой ткани.
В придачу к балахону в руки Вари упал голубой поясок, сплетённый из шёлковых нитей. На ногах комфортно сидели мягкие мокасины. Из всего её демократичного прикида остался только белый платок на голове.
Посмотрев на кота, она подумала, что если уж решила вживаться в деревню, то не будет она ничему удивляться. Кто его знает, может в деревне и такое бывает.
Вернув себя на стул, Варя спросила:
– А дальше что? Одежда ведь не изменит меня внутри, я ж дитя высоких технологий.
– Эт ты за порогом дитя своего времени, а тут ты хозяйка дома, который живёт вне времени, по своим законам, – наставительно ответили ей.
– Интересно. Люди верят в параллельные миры, ищут пространственные порталы, а тут вошла в обычную деревенскую избу – и на тебе, другое время, другие нравы, другой мир.
– Не мудрствуй лукаво. Дом в этом мире, ты тоже, а вот законы проживания и существования в нём другие. Белая ведьма – это честь, совесть, благородство и милосердная душа магии! Понимаешь?
– Пока плохо, но я быстро учусь, – смутилась Варя.
– Ладно, чего уж там. Молодая ешшо, неопытна, криворука да косноязычна, – раздался мягкий смех у неё в голове.
– Так в чём моё предназначение, какие задачи, что мне делать? – Варя решила внести ясность в происходящее.
– Первое и самое главное – подружиться с деревенскими. Дерзай, а я спать, – и рыжий кот вальяжно пройдясь перед Варей, грациозно запрыгнул на печь, свернулся клубком и заснул.
Продолжение следует...