На вопрос, как работает психотерапия есть множество ответов. Мне вообще очень нравится идея о том, чем отличаются гуманитарные науки и естественные. В естественных есть один однозначный ответ, в гуманитарных имеют место множество разных ответов, которые порой могут даже противоречить друг другу. Хочу сформулировать один из ответов. Хотя, конечно, механизмов, доступных для осмысления гораздо больше. А недоступных ещё больше.
Во время психотерапии всегда возникает что-то вроде «наблюдающего Я». Когда ты внимательно смотришь в себя, на свои процессы, пытаешься разобраться в них, говоришь о них, стремясь объяснить другому человеку, что происходит, ты так или иначе дистанцируешься от них. Появляется кто-то, кто больше этого. Больше травм, больше боли, больше обсуждаемых проблем и сложностей. И этот кто-то — все еще ты.
Это может звучать даже как-то механистично. Что вот я отхожу и с какого-то расстояния смотрю, а что же с собой делать. Что парадоксально, такой взгляд, это "отдаление" становятся возможными при прицельном рассмотрении. С одной стороны, в терапии ты рассмативаешь свои процессы очень близко, можно сказать впритык. С другой стороны, именно это порождает ощущение, что ты — нечто большее, некто больший.
Такова позиция исследователя. У него всегда есть предмет и объект исследования. В терапии и исследователь, и объект находятся в одном теле, что и порождает этот парадокс. А исследование собственных процессов само по себе порождает субъектную позицию. Я могу это наблюдать, я могу об этом рассуждать, значит, могу выбирать, как с этим обращаться. Когда ты отделяешь и конкретно формулируешь свой опыт, приходит ощущение, что он — только часть тебя. И ты сам немного вырастаешь, становишься вместительнее, становишься способным увидеть что-то ещё.