О войне и ее понимании

Помню, как в самом начале спецоперации в комментариях к какому-то из моих текстов один человек мне написал: мол, американцы - они молодцы, потому что они давно уже не воюют на своей территории. А мы - дураки в сравнении с ними. Вот поэтому они - держава великая, а мы - так, рядом постоявшие. Вечным лаптем вечные щи, так сказать, хлебаем...

Я не помню, что именно я ответила этому комментатору, да мой ответ в данном случае и не имеет никакого значения.

Главное - в том, что у нас с теми же американцами действительно абсолютно разная глубина восприятия войны и всего, что с войной связано: горя, потери, разрухи, голода.

Когда я читала "Прощай, оружие" Хемингуэя, то меня в этом произведении поразил один момент. Это был эпизод, когда автор устами главного героя явно хотел (и это было очевидно, это чувствовалось) как-то наглядно, через какой-то зримый образ донести до читателя мысль о том, что американским солдатам приходилось нелегко в боях Первой мировой. Автор пытался литературно показать сложности войны, с которыми столкнулись американские (и не только американские, конечно же) солдаты. Так вот Хемингуэй пишет следующее (дословно не воспроизведу, передам только суть): мол, голод был такой, что у солдат из еды были только яблоки (по-моему, это были именно яблоки, а не какие-то другие фрукты) и вино.

Только яблоки и вино...

В этот момент я, еще студентка и по сути несмышлёныш, явственно ощутила, что русским людям никогда не понять проблемы американцев, а американцы просто в силу отсутствия нашего трагического опыта не способны прочувствовать на себе наши ощущения от войны.

Яблоки и вино...

Помните дневник Тани Савичевой из блокадного Ленинграда? Когда она, будучи уже полной сиротой, скиталась от дома к дому, чтобы где-то что-то найти из еды. Ну что может найти ребенок - один, посреди голодного города?.. Я вспоминаю, как она сказала кому-то, кто угостил ее селедкой, когда съела один маленький кусочек этой рыбы: мол, как я вся просолонилась. Я запомнила это Танино слово: просолонилась. А потом я читала, как тяжело Таня умирала в детском доме, куда ее вывезли из уже освобожденного города, но не смогли спасти ввиду необратимых разрушительных процессов в организме. Как Таня Савичева сначала ослепла, потом оглохла, потом было еще что-то страшное, чего я уже точно не помню. Всё это уже описывала женщина, которая ухаживала за ней в ее последние дни жизни.

Яблоки и вино...

И никогда я не понимала пафоса голливудского фильма про Перл-Харбор. Хотя мне, безусловно, всегда жалко всех гибнущих на войне людей. Но для меня, читавшей про разрушенный Сталинград, видевшей эту жуткую сталинградскую фотохронику, этот перлхарборовский пафос никогда не был ясным вполне. А для многих американцев это, вероятно, была действительная трагедия. Просто вот национальная трагедия. Из которой они сделали в некотором роде национальный эпос. Такой вот крепкий клей для нации (что в общем-то тоже понятно). Но для нас - потомков таких трагедий, глубже которых страшно себе представить, - для нас этот надрывный пафос, мне кажется, не очевиден. Не ясен. Странен.

Да и та же высадка союзников в Нормандии. Западная Европа облекает ее в бОльший пиетет, чем битва за Москву. Чем Курская дуга. Чем, извините меня, битва за Берлин - когда в последние минуты войны, практически перед капитуляцией, наши воины, прошагавшие пол-Европы, гибли на ступенях рейхстага.

Я думаю, что именно поэтому американцы так легко и играют в войны по всему земному шару. Потому что сами они, по большому счету, не познали в своей истории трагедию войны собственной. Их матери массово не хоронили своих сыновей. Их дети не стояли у станка, чтобы делать снаряды для фронта. Они не сдавали зерно в ущерб себе, чтобы накормить солдатиков. Не имеют они в своем национальном творчестве (и - глубже - в национальном коде) чего-то подобного тому самому "нет в России семьи такой...". Не возводили они, в конце концов, в чистом поле завод. За неделю - да с колес на землю. Ну не было у них этого. На нет не то чтобы и суда нет (так-то оно так) - но им этого и объяснить невозможно. За хребтом ничего не болит и не жмет, когда каждый раз их правительство затевает очередную военно-политическую авантюру, а они продолжают жить своей жизнью. Чего под кожей нет, того и к коже-то не пришьешь, ведь верно?..

Для нас война - это не игра. И голод для нас - это не вино и яблоки. И землю свою мы отвоевывали не у туземцев, а у хорошо вооруженных, обученных и лишенных всяческой эмпатии головорезов. Разница, мне кажется, очевидна.

Только тот, кто на своей шкуре прочувствовал весь ужас войны, будет относиться к ней максимально серьезно. Будет до последнего оттягивать эту войну. До последнего пытаться не играть в такие опасные игры. Но уж если ввяжется, то ввяжется на полную катушку. Ибо - нечего с таким заигрывать...

Так что какие мы агрессоры-то? Мы мирные люди. Но про бронепоезд, который на запасном пути, люди наши научены в большинстве своем помнить.