Думаю, вы наверняка любовались этим домом, если шли от метро «Площадь Восстания» по одноименной улице в сторону Некрасова. Некогда он принадлежал статскому советнику, купцу первой гильдии Ефиму Егорову.
Известно о владельце немного. Родился он в старообрядческой семье, окончил частную школу. Егоров был большим филантропом.
Этот дом для него построил архитектор Павел Сюзор в 1884 году. Купец использовал его как доходный, а сам с супругой Надеждой Кондратьевной жил в доме в Казачьем переулке, 15. Даже не верится, что можно было такую красоту построить, чтобы просто сдавать в наем...
Но шли годы. После революции доходный дом отдали под коммунальные квартиры. Эти стены повидали всякое.
Уже ближе к нашим дням некоторое время тут жил художник Игорь Межерицкий - представитель петербургского андеграунда 1990‑х—2000‑х годов.
Вспоминая это пристанище мастера, его соратник Дмитрий Алексеев назвал дом на Некрасова сквотом. Для меня это было новое слово - загуглила...
Сквот - это пустующий дом или помещение, незаконно занятое художниками, скульпторами и другими, не имеющими возможности снимать мастерские. И судя по рассказу Алексеева - по-другому происходящее здесь не назовешь...
«Там царили полная разруха и полная свобода. К огромному поголовью обитающих в коммуналке тараканов Межерицкий относился с добротой и уважением, позволяя им свободно гулять и по стенам и своей постели. Впрочем, это ещё цветочки по сравнению с крысами, которые поселились в его следующей квартире — жилой мастерской на Розенштейна. Крысы эти были размером с кота и гуляли из комнаты в комнату через проломы в стенах.
На Некрасова соседи у Игоря были своеобразные. Художник Сёма Любаскин, "официальный" сумасшедший (чем он всегда хвастался) ходил с игрушечным автоматом УЗИ, пугал квартирантов. Бомжиха Галя Галоперидол собирала тряпки по помойкам центрального района, приносила в квартиру и замачивала в тазике. Обещала всё выстирать и перешить, но никогда этого не делала — тряпки гнили и распространяли зловоние. Ещё один сосед — Юра, шпион-вуайерист и Галин "коллега". Тоже ходил по помойкам, но брал только книги, которые потом продавал. Торговля, кстати, шла хорошо.
Игорь часто общался с пациентами мастерской трудотерапии, находившейся на первом этаже. С одним из них любил беседовать особенно. Однажды этот человек рассказал Межерицкому историю о бабушке, с которой жил: "Прихожу я как-то домой — а она вся синяя. Я ей говорю — пойдём в кино! А она лежит и не отвечает. Так что я пошёл в кино один…" Игорь всегда интересовался психопатологией, и такие люди его вдохновляли. Ведь "брутальное" искусство — ар-брют — это в первую очередь творчество душевнобольных, маргиналов и детей», - рассказал Алексеев в интервью изданию VATNIKSTAN.
Сложно представить такую жизнь в этом невероятно красивом доме...К сожалению, это судьба очень многих зданий в центре Петербурга.
Но тут хочется обратить внимание и на равнодушие местных чиновников к дому.
В 2001 году КГИОП внёс дом Егорова в список объектов, представляющих историческую, научную, художественную или иную культурную ценность. Вроде бы это хорошо. Но что же? Вы только посмотрите на этот ремонт в холле первого этажа... Современная ужасная плитка, пластиковая дверь...
Фото сделаны больше года назад. Честно - не хотелось их выкладывать. Парадная вызывает скорее боль, чем восхищение. Может быть тут кто-то недавно был и уже все изменилось?
📍Адрес: улица Некрасова, 40
Спасибо за ваше внимание! С радость почитаю ваши дополнения к истории этого дома или полюбуюсь вашими снимками. Подписывайтесь на канал - будем гулять по парадным города вместе!
Этой зимой на улице Некрасова со мной произошла одновременно удивительная и жуткая история. Хотела попасть в парадную – соблазнилась лепниной, которую увидела в окне над дверью. Однако попасть туда можно было только с жильцами – решила дождаться их под дверью...