Что чувствует последний дракон на земле? Он победил. Нет других рептилий его размеров и мощи. Есть подражатели, но нет драконов. Настоящих, кто мог бы сидеть в своей пещере тысячу лет и планировать самые изощренные схемы. Нет такого дракона, который в приступе ярости сжигал бы города и становился императором над всеми в пределах сотен миль от своего логова.
Последний дракон чувствует, что он заслужил: своё положение, свой статус, своё право быть последним драконом. Нет никого в целом мире, среди всех народов земли, кто мог бы сказать «я последний» и обрадоваться этому. Только он.
Люди размножаются, деревья размножаются, грибы оплетают корни планеты, целые виды исчезают по прихоти более многочисленных и сообразительных приматов. Но не он! Он стоит на вершине мира, один, непобежденный, несравненный. Не-до-ся-га-е-мый.
Настолько за пределами чужого понимания, что практически невидим. Он может сидеть на крыше городской ратуши, ковырять черепицу и сбрасывать её на прохожих. Они лишь подумают, что это ветер. Он может поджигать леса и смотреть как в этот пожар бросают воду и песок, наивно полагая, что это стихия.
Целые города пропадают под волнами цунами и новые строятся подальше от опасных берегов. А это всё он — Последний Дракон. Его хохот, это гром среди ясного неба. Его слова — откровения для впечатлительных. Его воля — неоспорима. Он владеет планетой.
Но никто об этом не знает.
Никто не похвалит, не разделит триумф, не попробует сместить его с трона. Некуда тратить богатства, они все просто пыль для того, кто добился всего и стал самым последним драконом.
Он не испытывает усталости, он не спит и не работает, его состояние — вечное торжество. За его праздничным столом призраки прошлого, убитые временем оппоненты: старость, безумие, страх. Перевелись, остались в прошлом, где они имели значение. Тот, кто бессмертен не боится ничего.
Может быть, кроме себя самого. Без возможности поговорить с кем-то, ты говоришь с собой. Без возможности получить альтернативное мнение. Это разговор с зеркалом, в трубку с самим собой, с эхом в глубоком тоннеле.
Реплики закольцовываются, становятся навязчивее и нужна только одна неосторожная фраза, чтобы пустить под откос рассудок последнего дракона.
Например, что будет, если драконов не останется?