Говоря о главном враге шахтёра, в первую очередь подразумевается метан. И это так – метан действительно представляет серьёзную опасность в шахте, за его концентрацией в рудничной атмосфере ведётся неусыпный контроль в режиме 24/7 без выходных и праздничных дней.
Но помимо метана у шахтёров есть ещё один не менее опасный враг – это угольная пыль. Её опасность объединяется несколькими факторами:
• угольная пыль легко воспламеняется и при этом не горит, а взрывается:
• угольная пыль представляет из себя мелкодисперсную, невесомую фракцию и потому легко переходит во взвешенное состояние;
• угольная пыль в шахте везде; немного найдётся закутков, где бы её не было.
Кроме вышеперечисленного, угольная пыль является источником профессионального заболевания органов дыхания. И тут в первую очередь говорят о силикозе, что не совсем верно. Дело в том, что силикоз – это породная пыль, а угольная пыль порождает антракоз. Характер действия у них одинаков – забивание альвеол в лёгких, значительно уменьшая насыщение крови кислородом. Породная пыль в этом отношении более коварна, нежели угольная, лёгкие цементирует не хуже строительного цемента. Да, она не горит и не взрывается в отличие от угольной, в этом отношении породная пыль абсолютно инертная. Пожалуй, тут ей можно поставить «плюс». Но сегодня речь не о ней.
Итак, угольная пыль. В основном она появляется при угледобыче и механизированной проходке по угольному пласту. Система водяного орошения на шнеках позволяет частично бороться с пылью, но сбить её на 100 процентов просто-напросто невозможно. И летит она по воздушной струе, оседая в выработках везде и всюду. Безусловно, её образуется существенно меньше, чем при проведении работ без орошения, но всё равно много. Случается такое крайне редко, чтобы комбайн рубил без орошения, но случается. Например, когда противопожарный став значительно отстал от забоя по причине отсутствия труб или на каком-то соединении выдавило прокладку (единичный случай был в моей практике; пока устранили аварию, комбайнёр рубил без орошения).
Бывает и так, что противопожарный став не отстаёт от забоя, вода на орошение подаётся, но форсунки не работают должным образом и распыления водяного облака не происходит. Водичка (ссы..) брызгает струйками, не достигая при этом полезного эффекта.
Перегрузка угля на пересыпах с одного конвейера на другой нередко также сопровождается облаком пыли. Орошение тут не применяется, но в борьбе с нею вешаются защитные фартуки (хотя и не везде). Также пыль может подниматься на быстроходных магистральных лентах при сильном потоке встречного воздуха. Каких-либо средств пылеподавления на всём протяжении конвейерной ленты не существует. И от того, насколько хорошо работает орошение на добычном комбайне, в немалой степени зависит пылевыделение при последующей транспортировке угля. Отрубленный уголь не должен быть сухим – он должен быть влажным, но не мокрым. И хотя переувлажнённый уголь почти или даже совсем не пылит, в излишней влаге есть существенный недостаток и об этом мы поговорим в одной из следующих публикаций. Также отдельный выпуск посвятим методу борьбы с осевшей пылью и выясним причину, почему с ней обязательно нужно бороться.