Девочка бежала по пыльной дороге… С бескрайнего, без единого облака неба, солнце огненным абажуром опаляло всю округу. Слева проносились набухшие колосья пшеницы, весело жужжали осы и пчелы, великолепные бабочки исполняли витиеватый июльский танец…
Но Фаниса не видела этой красоты – слезы катились безостановочно. В голове была одна мысль: «Как сказать маме?» За 2 километра, что худенькая большеглазая девочка должна была преодолеть до места, где работала мама, вся жизнь пронеслась у нее перед глазами, отпечатываясь словно через кинопроектор, в ее сознании. Вот папа весело смеется, подбрасывает дочку под потолок, приговаривая: « Ах, ты, моя красотка!». Вот папа и мама, обнявшись сидят на скамейке и наблюдают за играми детей. А здесь, Фаниса с мамой едут из деревни в Уфу, где в больнице лежит папа после операции, он похудел и осунулся, но глаза остались добрыми, любимыми и голубыми, как летнее небо. Еще вспоминается момент, как папа – председатель сельсовета, всегда подтянутый и красивый, приходит на обед… Эх, если бы не наговор односельчанина, папу никогда не взяли бы на фронт – по состоянию здоровья у него была бронь. Последнее воспоминание; папа уходит на войну: нежно обнимает жену, целует четверых детей, младшему всего год…
Мысли маленькой девочки скакали в такт ее босым ногам: Как же так? Ведь вся семья ждала его возвращения из госпиталя. Неделю назад папа написал, что скоро будет дома. Поэтому мама оставила в подарок полотенце тому, кто первым скажет ей, что муж вернулся. Фаниса мечтала о подарке и каждый день, забираясь на забор ждала любимого папочку. А сегодня утром председатель колхоза, развозивший на телеге почту, даже не обернулся в ее сторону , хотя она громко крикнула: «Здравствуйте!» А потом пришел старый дед – отец председателя, погладил девочку по голове и почти неслышно сказал: « Твой папа погиб в госпитале.»
Уже полчаса Фаниса бежала, не чувствуя усталости и жары, размазывая слезы по пыльным щекам, еще не совсем понимая, что отца больше нет. И лишь одна мысль: « Как сказать маме?»
В бригаду женщин по уборке хлеба запыхавшаяся девочка ворвалась во время обеда. Мама сидела напротив, а тетя Суфия, полуобернувшись, весело крикнула: « Готовь полотенце, Хадича, видимо, вернулся наш дорогой председатель!» Но увидев заплаканные глаза ребенка, осеклась на полуслове. А девочка, как заклинание шептала запекшимися губами: «Мама, мама, мама…» Женщины стали громко плакать и причитать.
Вот так у моей мамы кончилось детство. До окончания войны оставалось еще 2 долгих года…