– Я вас всех ненавижу, - выкрикнула Алиса, - затем подошла к торту, схватила его с подноса и бросила в сторону родителей жениха.
Андрей давно хотел жениться. Еще раньше к этому его подталкивали родители.
– Андрюша, дети наших друзей, - начала разговор мать семейства Татьяна Дмитриевна, – уже давно поженились. Один ты остался.
– Это некрасиво, - добавил отец Степан Николаевич.
Они владели большим агрохолдингом, производили хлеб, булочки и прочие кондитерские изделия.
Мать и отец Андрея выбились из низов, как говорят в народе. Много работали и быстро разбогатели. Расцвет их богатства произошел в те годы, когда за копейки можно было выкупать гектары земель. Одни считали их семейство снобами и аферистами, другие боготворили.
Татьяна Дмитриевна быстро менялась. Полюбила драгоценности, роскошь, дорогие автомобили. Степан Николаевич во всем ей потакал. Детей они воспитывали, как королевских особ. Постепенно в их окружении появились точно такие же семьи, где важно было «держать осанку, и жевать еду так, чтобы никто этого не видел и не слышал».
– Андрюша, этот галстук не подходит к этой рубашке, - сказала мать.
– Это некрасиво, - добавил отец.
Андрей достал из гардероба другой галстук и переоделся. Пришло время обручения.
Поначалу родители не были согласны отдавать своего единственного сына за простолюдинку.
– Мам, ну вы с отцом же тоже из села переехали. Алиса тоже... - защищался Андрей.
– Это другое, сынок. Ты не сравнивай современных девок из деревни с нами. Мы трудились. А они все сейчас только и хотят, чтобы за халяву зацепиться.
– Мам, ты сказала слово «халява»? - удивился сын.
– Это некрасиво, - вновь добавил Степан Николаевич, покачивая головой.
– Ой, - Татьяна Дмитриевна прикрыла пальцами рот, – экскюзюмуа.
***
– Какое колхозное платье, - встреча Алисы и Татьяны Дмитриевной началась с критики.
– Это некрасиво, - добавил Степан Николаевич и вышел из комнаты со стаканом шотландского со льдом.
Это было платье покойной матери Алисы. Прямое черное платье до колен, вполне себе строгое и элегантное, как казалось девушке. Но, что самое главное – это важный символ для нее и ее семьи.
Конечно, Алиса испытала горечь от услышанного, но возмущаться не стала. Посчитала, что умные люди «пропустят мимо ушей».
– Боже, держи спину ровнее.
– Где твои украшения?
– Пальцы из босоножек торчат, как сосиски.
– Прическу бы сделала, а то распустила волосы, все в тарелке будет.
И так продолжалось весь вечер. Пока не пришли гости.
– Оу, здравствуйте, господа, – Татьяна Дмитриевна распиналась на аристократичный манер. Начались беседы.
– А вы чем занимаетесь, Алиса? - спросил один из гостей.
– Я - учитель творчества для дошколят, - с улыбкой ответила девушка, испытывая гордость за свою работу.
– Ха-ха-ха, - неестественно засмеялись гости. Отчего-то им показались ее слова смешными.
Разговоры становились душными. Гости делились своими знаниями о «шанелях» и «гуччи», постоянно бросая презрительные взгляды в сторону Алисы.
– Ох, Андрей, а как ты будешь совмещать работу своего концерна с дошкольным образованием, ха-ха-ха? - спросила другая женщина.
Алиса нахмурила брови. Что у них в головах?
– А ну сделай лицо попроще! - подошла сзади Татьяна Дмитриевна и шепнула на ухо невестке.
Алиса посмотрела на свою будущую свекровь и ответила ей достаточно громко:
– Вы можете отстать от меня?
В зале повисла тишина. На лице Татьяны Дмитриевны то появлялась сконфуженная улыбка, то исчезала.
– Это недоразумение, - говорит она.
– Алиса, что ты себе позволяешь? - подошел Андрей с вопросом.
– Извините, - ответила Алиса, вспоминая слова про «острые углы».
– Нет, подождите, – крикнул кто-то из гостей, – это же вульгарно!
В одно мгновенье в адрес Алисы посыпалась критика, как огромная лавина со всех сторон: и пальцы - сосиски, и распущенные волосы, и пришла без калье. Вся критика плавно перерастала в оскорбления.
Алиса слушала и «закипала». Она украдкой взглянула на своего парня, в надежде найти спасение, но Андрей лишь поджал губы, а затем и вовсе отвернулся.
Девушке казалось, что она находится в страшном сне, где все ее ругают и тычут в нее пальцами. Еще сегодня утром было все наоборот: благодарные родители ребят, которых она обучает, подарили ей коробку конфет и сто раз повторяли, как они благодарны ей. А сейчас?
– Ой, ну она сельская, что тут скажешь. Одно ее платье чего стоит, как у продажной девки, – сказала Татьяна Дмитриевна.
Хватит терпеть, подумала Алиса и быстро отреагировала. Она с гневом посмотрел на родителей Андрея, затем схватил со стола большой кремовый торт и со словами «ненавижу», бросила в них.
Торт приземлился точно в лицо Татьяны Дмитриевной. Кремовые брызги разлетелись в стороны, испачкав дорогие платья гостей и черный костюм Степана Николаевича.
Рассерженная Алиса влепила пощечину своему недожениху, а затем, на современный манер, показала средний палец всем гостям и ушла.
Степан Николаевич посмотрел на свою жену, лицо которой полностью покрыто шоколадом, кремом и бисквитом их собственном производства, и произнес:
– Это некрасиво.