«Вся тварь изменяшеся страхом, / зрящи Тя на Кресте висима, Христе: / солнце омрачашеся, и земли основания сотрясахуся, / вся сострадаху Создавшему вся. / Волею нас ради претерпевый / Господи, слава Тебе.» (Стихира Великой Вечерни)
Великая пятница Страстной седмицы - самый скорбный день церковного года. Мы вспоминаем последний день земной жизни, постыдное осуждение, Крестные муки и смерть Спасителя.
«Днесь Кресту пригвоздиша иудее Господа, / пресекшаго море жезлом, / и проведшаго их в пустыню. / Днесь копием ребра Его прободоша, / язвами ранившаго их ради Египта: / и желчию напоиша, / манну пищу им одождившаго». (Антифон Утрени Великой Пятницы)
В этот день служатся особые богослужения: Вынос Плащаницы и Чин Погребения.
Плащаница — это икона-плат с изображанием Спасителя, положенного во гроб.
Плащаницу выносят из алтаря и устанавливают в центре храма на символизирующем гроб возвышении, украшенном цветами и умащенном благовониями в знак скорби о смерти Христа. В центр Плащаницы возлагают Евангелие.
Литургия в Страстную Пятницу не служится, она в этот Великий и страшный день совершается на Кресте.
«Пасха наша за ны пожреся Христос». (Антифон 10 Утрени Великой пятницы.)
«Господь нас ради, по нам бо древле бывый, единою Себе принес, яко приношение Отцу Своему, присно закалается, освящаяй причащающияся». (Канон ко Причащению, Песнь 9)
«Страшное и преславное таинство днесь действуемо зрится: / неосязаемый удержавается: / вяжется, разрешаяй Адама от клятвы: / испытуяй сердца и утробы, неправедно испытуется: / в темнице затворяется, Иже бездну затворивый: / Пилату предстоит, Емуже трепетом предстоят небесныя силы: / заушается рукою создания Создатель: / на древо осуждается, судяй живым и мертвым: / во гробе заключается Разоритель ада. / Иже вся терпяй милосердно / и всех спасый от клятвы, / Незлобиве Господи, слава Тебе». (Стихира Великой Вечерни)
«Уже исполнен нами подвиг поста, но он окончился крестом: да и как надлежало бы разрешиться концу победа, если не трофеем? А крест - трофей; однажды водруженный - он всегда обращает демонов в бегство.Где идолы и тщетные убийства животных? Где храмы и огонь злочестия? Он погас; все пало из-за единой святой крови. И крест - всемогущая сила, невидимая стрела, невещественное врачество, прекращающий огорчения источник, не постыдная слава». (Свт. Иоанн Златоуст. «На святую и великую пятницу»)
На Великой Вечерне читается пророчество Исаии (Ис.52:13-15; 53:1-12; 54:1) Пророк чудесным образом прозревает себя стоящим у подножья креста вместе с Богородицей, верными женами и единственным учеником, не познавшем страха - Иоанном, из глубины веков постигая великое и страшное, Богом предначертанное таинство: «… сколько был обезображен паче всякого человека лик Его, и вид Его - паче сынов человеческих… Он был презрен и умален перед людьми. Он взял на себя наши немощи и понес наши болезни; а мы думали, что Он был поражаем, наказуем и уничижен Богом. Но Он изъязвлен был за грехи наши и мучим за беззакония наши; наказание мира нашего было не Нем, и ранами Его мы исцелились».
«…вокруг этой смерти было тьмы и ужаса больше, чем мы себе можем представить. Поколебалась земля, померкло солнце, потряслось все творение от смерти Создателя. А для учеников, для женщин, которые не побоялись стоять поодаль во время распятия и умирания Спасителя, для Богородицы этот день был мрачней и страшней самой смерти. Когда мы сейчас думаем о Великой Пятнице, мы знаем, что грядет Суббота, когда Бог почил от трудов Своих, — Суббота победы! И мы знаем, что в светозарную ночь от Субботы на Воскресный день мы будем петь Воскресение Христово и ликовать об окончательной Его победе. Но тогда пятница была последним днем. За этим днем не видно ничего, следующий день должен был быть таким, каким был предыдущий, и поэтому тьма и мрак и ужас этой Пятницы никогда никем не будут изведаны, никогда никем не будут постигнуты такими, какими они были для Девы Богородицы и для учеников Христовых.» (Митрополит Антоний Сурожский. Великая пятница.)
На повечерии читается Канон на плач Пресвятой Богородицы. Молитвы Канона полны скорби и боли:
«Вижу Тебя ныне, дорогое Мое Чадо и любимое, на Кресте висящим, и уязвляюсь горько сердцем… Добровольно, Сын Мой и Творец, терпишь Ты на Древе лютую смерть… Из страха пред Иудеями Петр скрылся, и бежали все верные, оставив Христа… Стремлюсь, Сердце Мое, с Древа Тебя принять на руки, которыми Младенцем Тебя держала. Но, увы Мне… Бог Мой, угас на Кресте… Солнце не заходящее, Боже Предвечный и Создатель всех творений, Господи! Как Ты терпишь страдание на Кресте?
…Мертвым Тебя видя, Человеколюбец, оживившего мертвых и держащего все, уязвляюсь тяжко сердцем. Хотела бы с Тобою умереть…Где, Сын Мой и Боже, благовестие давнее, которое возвещал Мне Гавриил? Царем и Сыном Бога Всевышнего он нарекал Тебя; ныне же вижу Тебя, Свет Мой сладкий, нагим и покрытым ранами мертвецом… Необычайную вижу и преславную тайну... – Дева возглашала Сыну и Господу, – Как в ничтожном гробе полагают Тебя, повелением Своим воздвигающего мертвых из гробов?»
Вот перед чем мы стоим в образе Божией Матери, в образе учеников Христовых. Вот что значит смерть Христова. В остающееся короткое время вникнем душой в эту смерть, потому что весь этот ужас зиждется на одном: НА ГРЕХЕ, и каждый из нас, согрешающих, ответственен за эту страшную Великую Пятницу; каждый ответственен и ответит; она случилась только потому, что человек потерял любовь, оторвался от Бога. И каждый из нас, согрешающий против закона любви, ответственен за этот ужас смерти Богочеловека, сиротства Богородицы, за ужас учеников. Поэтому, прикладываясь к священной Плащанице, будем это делать с трепетом. ОН УМЕР ДЛЯ ТЕБЯ ОДНОГО: ПУСТЬ КАЖДЫЙ ЭТО ПОНИМАЕТ! — и будем слушать этот Плач, плач всея земли, плач надежды надорванной, и благодарить Бога за спасение, которое нам дается так легко и мимо которого мы так безразлично проходим, тогда как оно далось такой страшной ценой и Спасителю-Богу, и Матери Божией, и ученикам.» (Митрополит Антоний Сурожский. Великая пятница.)
«Воспою милосердие Твое, Человеколюбче, / и покланяюся богатству милости Твоея, Владыко: / создание бо Твое хотя спасти, / смерть подъял еси, рече Пречистая: / но Воскресением Твоим, Спасе, помилуй всех нас.»