Найти в Дзене
Игорь Юрьев

Если хочешь жить, будь как все

Смотрю на то, что люди зовут рукой. Под моим взглядом рука плавится и превращается в крыло, ещё одно мгновение и крыло превращается в длинное лезвие отливающее металлом. Закрываю глаза, передо мной появляется испуганное лицо той, что приняла меня, слышу её испуганный шёпот. - Пожалуйста, будь как все, не показываю то, что ты можешь никому, пожалуйста. Её уже давно нет рядом, но остался сын, наш сын. Я пытался, честно пытался. Я приносил рыбы больше чем все рыбаки. Приносил убитые туши зверей. Благодаря мне это племя давно уже не знает, что такое голод. Но видимо того, что я дела оказалось мало. Я всё равно остался пришлым, тем, кто всё равно остался чужаком. Как же боятся люди всего, что не понимают. На своём опыте я знаю, как страшен испуганный человек, ну а если ещё их много, если их толпа… Что сын начал меняться я понял, только войдя в деревню. Меня уже не встречали завистливые взгляды других охотников, не было пытавшихся попасться не на глаза незамужних девок. Всё изменилось. Войдя
из открытых источников
из открытых источников

Смотрю на то, что люди зовут рукой. Под моим взглядом рука плавится и превращается в крыло, ещё одно мгновение и крыло превращается в длинное лезвие отливающее металлом. Закрываю глаза, передо мной появляется испуганное лицо той, что приняла меня, слышу её испуганный шёпот.

- Пожалуйста, будь как все, не показываю то, что ты можешь никому, пожалуйста.

Её уже давно нет рядом, но остался сын, наш сын. Я пытался, честно пытался. Я приносил рыбы больше чем все рыбаки. Приносил убитые туши зверей. Благодаря мне это племя давно уже не знает, что такое голод. Но видимо того, что я дела оказалось мало. Я всё равно остался пришлым, тем, кто всё равно остался чужаком.

Как же боятся люди всего, что не понимают. На своём опыте я знаю, как страшен испуганный человек, ну а если ещё их много, если их толпа…

Что сын начал меняться я понял, только войдя в деревню. Меня уже не встречали завистливые взгляды других охотников, не было пытавшихся попасться не на глаза незамужних девок. Всё изменилось.

Войдя в дом, я увидел спящего сына, во все лицо был огромный синяк. Он спал, всхлипывая во сне, прижав к себе вышитое его ушедшей матерью рубаху.

Во рту мгновенно стало горько, это моя вина. Не его вина, что он стал обращаться раньше времени, я должен был, должен был…. Но хвала небу он жив, остальное неважно.

Я слышу их, слышу, как они собираются, доставая оружие, как окружают мой дом. Меня с сыном уже приговорили.

Осторожно трогаю сына за плечо, он открывает глаза в них испуг и страх. Бросается мне на грудь и сквозь рыдания пытается мне рассказать

- Папа, я не виноват. Я не специально, я …

Его сотрясает кашель. Я крепко обхватываю его руками и ласково глажу по голове.

- Успокойся сынок, ты ни в чём не виноват, теперь всё будет хорошо

- Они сказали, что когда ты вернёшься, нас убьют обоих

- Успокойся, я никогда не дам тебя в обиду, сейчас мы полети туда, где наш дом

-Полетим?

Он поднимает на меня заплаканное лицо

- Значит, мы сейчас умрём, ведь люди не могут летать

- Мы не умрём

Я вытираю заплаканное лицо.

- Мы с тобой другие и сейчас полетим туда, где будет твой новый дом, там я тебе расскажу всё.

- Закрой глаза

Он облегчённо выдыхает и закрывает глаза. Ну вот и пришло время. Я поднимаю его на руках и крепко прижимаю к себе. Я слышу, как зажигаются факелы, они хотят сжечь меня с сыном, они знают, что я хороший охотник. Никто не хочет сражаться со мной. Пора.

Поднимаю глаза вверх, под моим взглядом крыша стремительно взлетает и улетает вбок. Слышу испуганные крики толпы, конечно, они не ожидали от меня такого. За моей спиной раскрываются крылья, я стремительно взлетаю вверх. Всё пора домой.