Ровно десять лет назад в Одессе произошла трагедия: после бойни между националистами и представителями «антимайдана» начался страшный пожар в Доме профсоюзов, куда радикалы загнали противников новой власти. Редакции канала «Россия — это я!» удалось найти очевидцев этих событий.
Супруги Анна и Георгий (имена изменены) каждый день выходили на Куликово поле, где располагался палаточный лагерь митингующих против «майдана». Там собирались мирные люди: пенсионеры, женщины, простые работяги, выступающие за свое право говорить на родном русском языке. В тот день в город приехали националисты — молодчики с кастетами, битами и холодным оружием.
«Мы укрылись в Доме профсоюзов, — вспоминает Анна. — В окна летели камни, «коктейли Молотова». Гасим огонь на втором этаже, резко нахлынул густой, черный, удушающий дым... Пока нам ломали дверь, образовалась щель. Через нее нам стали распылять какой-то газ. Хорошо, что кабинет угловой, два огромных окна, сквозняк. Потом в щель просунули пистолет. Выстрел, рядом стоящий мужчина упал. Майданутые ворвались в кабинет и стали избивать мужчин палками, битами, ногами. Женщины присели у стены. Когда меня повели к выходу, я мысленно попрощалась с родными и с жизнью. За воротами на тротуаре трупы», — говорит Анна.
Но самое страшное было потом. Двое суток женщина не могла найти своего мужа. О Георгие не было никаких вестей. Немая тишина звучала пронзительнее, чем грохот разрывавшихся снарядов.
«Из ДП меня посадили в «воронок» и отвезли в изолятор. Мы все надышались продуктами горения, избитые, раненые, обгоревшие — нам не оказали никакой помощи. Я видел, как этих молодчиков, которые жгли живьем людей, просто отпускали. В изоляторе нас посадили на бетонный пол. Среди нас был человек с диабетом, ему только на второй день кто-то принес какие-то таблетки. Ни еды, ни воды, ни связи с родными», — вспоминает Георгий.
В таких нечеловеческих условиях Георгий провел двое суток. Изолятор начали штурмовать простые одесситы. Только тогда двери тюремных камер распахнулись. Страшно представить, что могло случиться с задержанными, если бы…
История не терпит сослагательного наклонения. Мы будем оперировать сухими цифрами: 48 погибших, 250 пострадавших, ноль задержанных и осужденных. За геноцид в одесском Доме профсоюзов никто так и не понес наказания. Остается надеяться, что нацистское зверье, которое заживо сжигало мирных людей, встретило свою Немезиду на полях специальной военной операции.