Корейцы в доме всегда появлялись внезапно. Никто из семьи не мог предугадать, когда она в очередной раз уедет в гости, по магазинам, на рабочую встречу, а вернётся раскрасневшаяся, упаренная и с почтовой коробкой, которая гордо входила в дом первой и тут же падала в чьи-то подставленные руки, потому что её устали заботливо обхватывать ценный груз и стараться не трясти лишний раз. Иногда в коробках оказывались подарки от подруг, которые живут в других городах и тогда семье можно было перевести дух - в дом приехали просто милые штучки, которыми она с девочками стабильно обменивается, так продолжая оставаться в жизнях друг друга, несмотря на то, что разделяют их тысячи километров. Но чаще это были они.
Заботливо раскручивались из многослойной пупырки, освобождались от липкой плёнки и пытались вписаться в интерьер, где, на первый взгляд, им было абсолютно не место. Совершенно типовая двушка в провинциальном городке, ну не Каннам, скажем прямо. И никакого тебе вида на реку Хан, никакой родной речи и пряных запахов готовящейся пищи. В доме чаще крепко пахло пирожками или тонким шлейфом очередного противня сдобных булочек. А за окном весело тявкали собаки и громко переговаривались соседки, развешивая хлопающие простыни на верёвках, растянутых между высокими тополями, вспоровшими корнями старенький асфальт.
В доме никто, кроме этой вздорной девчонки, которая их сюда притащила, не восхищался их красотой и утончённостью. Спасибо хоть перестали критично оглядывать, подводя неутешительный итог - опять эти твои китайцы, прости Господи. По именам выучить даже не пытались, но знали, что вот тот, которого по квартире раскидано больше остальных - Тэхён. Иногда ворчливо смахивали с них пыль и смирялись с тем, что их становится всё больше. Теперь времена, когда - да тут буквально пара карточек, вот тут в ящике полежат - вспоминались с ностальгией, потому что в доме началась началась новая эпоха - а если мы уберем вот эту тумбочку, туда встанет маленький шкафчик с полками? Надо полочки...
Полочки надо бы, да, потому что места становится откровенно маловато, а девчонка продолжает тащить новые штучки с ними, потесняя уже прижившихся жителей своей коллекции. Что-то из нововышедшего, что-то ухватила по счастливой случайности, что-то, как уверена, спасла от попадания не в те руки, а за чем-то и вовсе гонялась, потому что, ну очень хотелось. Эх, а ещё нуна называется, никакой умеренности. Смешная такая ещё, некоторым вещам придает какое-то совсем большое значение, мол, они её проводники в Корею. Ага, конечно, если бы это так работало... Они вон все из Кореи приехали и к чему пришли? Дада, к типовой двушке и даже без собственных полочек. Впрочем, не склад перекупов и не мусорный бак, после того, как все карточки выпотрошат предпреимчивые кореянки. Знали они и такие истории, им Чонгук из стадионного альбома рассказывал перед сном. Каждый раз было страшно как в первый.
Иногда в доме слышалась и родная речь, когда хозяйка садилась мучать учебник по корейскому и по многу раз повторяла базовые слова. Ну...лучше, чем ничего, но иногда это слушать было откровенно тяжело. А вот игривое "Юнги, мерри ми", сопровождающееся ласковым поглаживанием изображения, - весело. Непонятно, как это работает, но всегда весело, правда всем, кроме хмурого Юнги, но остальные сдержаться не могут, особенно младшие, тут же начиная повторять это на все лады. А вытянувшиеся лица её кавалеров, которым мерри ми никто не предлагал, были особым видом удовольствия.
Иногда она приходила к ним настолько разбитой, что хотелось пообещать и Корею, и билет на концерт в вип-зону и возможность поймать такой взгляд биаса, чтобы сомнений не осталось - это он точно смотрит именно на неё. Но они всего лишь кусочки бумаги, какой бы любовью она их не наделяла. На помощь тогда приходили песни, которые давно в плейлисте, но в такие моменты будто звучали по-особенному. Берегли, кутали, покачивали, и целовали в макушечку, перед тем, как позволить провалиться в сон. Бумажные жители в такие моменты смотрели со своих мест особенно участливо, всё же далеко не худший вариант у них эта смешная нуна.
Иногда получалось тайком заглянуть в её заметки и задрать нос от понимания, насколько же они любимы. Она пишет, ей пишут и всё про них. Удивительно насколько много людей их обсуждают не где-то в родной стране, а в этой далёкой и не слишком понятной. Где у многих в домах живут свои бумажные и не только жители, а за окном такие же тополя, а в семье такие же домочадцы, что упорно зовут их китайцами, неизменно получая в ответ строгое - корейцы! И каждый из жителей готов отдать всё своё сердечко, если понадобится, стать и ниточкой к мечте, и рукой, которая потянет из плохого настроения, и утешением, и обещанием, и просто красивой сказкой, которой есть место в обычной жизни. В конце концов, не такие уж они и простые картинки, если в них настолько верят, если им настолько доверились, что сделали частью целой своей жизни 💜