Амазонок обожествляют, но не обожают. (Андре Моруа)
Кто же они, прекрасные девы-воительницы, о славе и мужестве которых было сложено так много легенд? Были ли они плодом воображения уставших мужчин или все-таки существовали? Так много вопросов скрывается за завесой исторической тайны. И так мало ответов, если конечно не считать предположений и догадок, основанных на культурных наследиях многих народов. Ведь обычаи и традиции малочисленных, а где-то исчезающих народов могут таить в себе разгадку тайны.
У всех мало-мальски компетентных ученых рассказы про амазонок вызывают двойственную реацию. С одной стороны - феномен, из века в век будоражащий воображение, а с другой — прямой скепсис, опирающийся на мифологизацию амазонок. Но, как бы то ни было, античная история легенд об амазонках длиной вот уже 25 столетий не дает угаснуть интересу. Про них писали Геродот и Страбон, Лисий и Гиппократ, Диодор Сицилийский и Плутарх, а также такие восточные авторы как Матвей Парижский, Вардан Великий, Мхитар Айриванкский, Нестор-летописец и даже Михайло Ломоносов находил амазонкам (амазы, амазоны) место в труде «О России. Прежде Рюрика».
Начнем с древних греков, от которых и пошла первая информация о женщинах-воительницах и разлетелась по всему миру. Воинственное племя, состоящее из женщин, древние греки называли Амазонами. Они считали, что до массовой миграции и переселения на другие территории, у амазонок было свое государство в Малой Азии (на реке Фермодонт - совр. Терме, Турция). Совершая регулярные успешные набеги на север и юг от своего государства, они подчинили себе фракийские и сирийские земли.
Если верить грекам, этимология слова «амазонка» происходит от слова «безгрудая». И это достаточно спорно. Потому как русский исследователь В.Тредиаковский был уверен, что это слово славянского происхождения - «омуженки» омуженные (мужеподобные) женщины. Есть и другой вариант перевода «амазонок» - академик Н.Марр считал, что оно означает «женская конница». Последнему утверждению можно поверить, если вспомнить имена легендарных амазонок - Ипполита, Меланиппа, Алкиппа и др. Они содержат в себе корень «гиппос», что с древнегреческого языка переводится как «конь». Не менее интересной расшифровкой этого слова является иранское «ha-mazan» - воины. А если вернуться к тем самым грекам-первооткрывателям, то в их языке частица «а» считается усилительной (вовсе не отрицательной), тогда «a mazos» переводится как «полногрудая» а не «безгрудая».
Амазонок упоминали в своих трудах, и древнеримские историки и философы, предложившие свой вариант этимологии - «a masso» («masso» — трогать, касаться). Что в переводе может означать «не дотрагивающиеся» (до мужчин). А если вспомнить, что к реке Фермодонт амазонки пришли из Меотии (меотийское море - Азовское море) и в северокавказских языках есть слово «maza» - «луна», то можно услышать отголоски того времени, когда люди обожествляли Артемиду — богиню луны, богиню-охотницу. То есть амазонки — это те женщины, которые скачут верхом, те, которые могут охотиться.
В современном талышском языке (разновидность иранского) есть слово «həməjenon» - «həmə» «все», «одни» и «jenon» — «женщины», т.е. «одни женщины». А в деревне Разго (Азербаджан) находится кладбище, о котором до сих пор не знали ученые мира. Оно называется «Həməjenon ğəbıston», т.е. «Кладбище амазонок».
При всех вариантах перевода, современной, отчего-то аксиомной трактовкой понятия «амазонка» стало понятие греческое - «безгрудая». Как считают многие восточные ученые, это стало бессмысленной описательной традицией, не принимающей во внимание даже то, что лежит на поверхности — ни на одних изображениях, дошедших до наших дней, бесстрашные воительницы не изображены одно- или безгрудыми. Хитрые греки окончательно запутали свою же историю, пытаясь завуалировать свой страх и неприятие такой формы государственного существования как матриархат.
Попробуем развенчать их утверждения, опираясь на труды известных историков и философов.
Амазонки описывались безгрудыми только потому, что якобы правая грудь им мешала натягивать тетиву. Опуская вышесказанное о том, что в эллинском искусстве прекрасные амазонки с неизувеченной грудью выходят замуж и влюбляются в древнегреческих героев, таких как Тесей, Геракл, Ахилл, сделаем упор на том, что по мнению греков амазонки - «варвары». А техника натягивания лука у варваров предполагала совершенно другую точку упора - чаще всего на уровне уха. Подтверждение этому можно найти у историографа времен Юстиниана: «...варвары прекрасные наездники, пускают стрелы на полном скаку, и искусство стрельбы иное: лук они поднимают до лба, а тетиву натягивают до правого уха, отчего стрела пускается с такой мощью, что всегда поражает того, в кого попадает, и ни щит, ни панцирь не могут отвратить её стремительного удара».
А греческая техника натягивания тетивы описана следующим образом: «...притянув тетиву к груди, они пускали стрелу слабо и совершенно безопасную для того, в кого она попала».
Таким образом, древние греки исказили истину как минимум два раза — обезобразив представительниц племени «амазон», лишив их груди, и приписав им свою малоэффективную технику стрельбы из лука. Забегая немного вперед, можно сказать, что среди скифских народов, к которым принадлежали амазонки, грудь совсем не была помехой при натягивании тетивы (это подтверждают и наскальные рисунки). Но про скифов и сарматов чуть ниже. Хотелось бы понять причину неприятия, а может даже ненависти греков к девам-воительницам.
Итак, согласно хроникам, дошедшим до наших дней, греки считали, «что любовная страсть к женщине — это болезненное проявление». Даже Сократ и Аристотель не ставили женщин на одну ступень с мужчинами - «Любовь к женщине - это яд», «...женщина - это изуродованный от природы мужчина». «Для того чтобы обратиться к мужу жена должна была каждодневно соблюсти строгие церемониальные правила: при первом же утреннем крике петуха особенно тщательно очистить рот, омыть руки, причесаться, заколоть шпилькой волосы и обратиться как к государю, используя строго различные возвышенные эпитеты и выражения».
Древних греков, надо полагать, такое положение вещей устраивало, тем более, что для умственной беседы у них имелись гетеры. Семейный домострой и начальная форма мужского шовинизма считали немыслимым безумием признать существование прекрасных дев-воительниц. Именно поэтому всё порочное, неприемлемое было отнесено к их описанию — высокомерные мужененавистницы, сражающиеся на войне наравне с воинами; всадницы, не признающие брак и др. Так и родилось изображение амазонок — варварский восток на коне, сражающийся с греческими героями - Беллерофонтом, Гераклом, Тесеем, Ахиллом.
«Когда могучий Ахилл сразил… Гектора, тяжёлые времена настали для троянцев. Не смели они уже выходить за стены, чтобы сразиться с греками в открытом поле. Не осталось в Трое такого героя, который мог бы помериться силой в поединке с Ахиллом. Казалось, что наступают последние дни великого города. Тут неожиданно пришла помощь троянцам. С далёкой Меотиды явились на быстрых конях амазонки со своей царицей Пенсефилией. Они похвалялись, что сразят всех славных героев Греции и сожгут их корабли. С великим ликованием встретили троянцы амазонок...» Разве могли греки простить такое амазонкам? Конечно нет. Они пошли дальше.
Не секрет, что в варварском племени армия руководит как мирной, так и военной жизнью — добыча пропитания, защита племени от врагов, поддержка боевой готовности и продолжение рода. По свидетельствам греческих путешественников для последнего амазонки похищали будущих отцов своих дочерей из соседних и вражеских племен. После чего безжалостно убивали. Так ли были необходимы убийства мужчин - не известно. Хотя можно предположить вытекающую из этого некоторую стабильность в племени — отсутствие претендентов на власть и причин постоянных драк.
Другие исследователи предпочитают версию, в которой девы-воины по весне сходились на нейтральной территории с мужчинами из соседних племен и, спустя сорок недель отдавали молодым отцам сыновей. Дочерей же оставляли себе - дабы вырастить новых амазонок. В пользу этой теории говорит отрывок из книги Диодора Сицилийского: «...Царица амазонок Фалеста пришла в Александру Македонскому со словами: ...Я прибыла, чтобы подарить тебе сына, а если родится дочь – забрать ее себе, потому что нет выше меня женщины по силе и храбрости и нет мужчины славнее тебя...»
Как бы то ни было на самом деле, древнегреческий ученый Геродот сообщает, что после Троянской войны, захваченные в плен амазонки были на трех кораблях отправлены в Грецию. Но по пути случилось необъяснимое - женщины восстали против своих поработителей, захватили корабли, но не обладая знаниями навигации, доверились силе и направлению ветра. Долго ли, коротко ли суда их швыряло по морю, пока не прибило к берегам Азовского моря — к стране скифов.
Не имея ничего кроме доспехов, снятых с убитых ими греков, амазонки высадились в Скифии. Проникнув вглубь страны, они добыли коней и стали совершать безумные набеги и грабить племена. Скифы, не понимавшие языка неизвестного врага, пришли в ярость. Они приняли их за мужчин, вторгшихся в их страну для захвата, поэтому не мешкая, агрессивно ответили боем. Только после битвы скифы поняли, что их противником были прекрасные женщины. Решив не продолжать борьбу с захватнической войной воительниц, они отправили к лагерю амазонок лучших юношей - рассудив, что дети от таких храбрых женщин будут особыми. В итоге молодые скифы и амазонки объединились в небольшое племя. Спустя время мужчины предложили своим женщинам «...У нас есть родители и родственники, мы обладаем громадными богатствами, но теперь мы должны жить по-иному. Будет лучше, если мы останемся со своим скифским народом. Нам не нужны другие женщины...». На что амазонки ответили «...Мы не сможем жить рядом с вашими женщинами, ибо их образ жизни отличается от того, к чему мы привыкли. Мы стреляем из лука, ездим верхом и совершаем набеги. Мы не научены обязанностям обычных женщин, которые заняты домашней работой. Если вы хотите, чтобы мы оставались вашими женами, вам придется пойти к своим родителям и вернуться со своей долей богатства...»
Послушав их, они вернулись к скифам за своей долей богатства и переселились с женами за реку Тан (Дон), предусмотрительно убоявшись последствий от своих сородичей-скифов. Только после того как они переплыли реку Тан, они почувствовали себя в безопасности и, пройдя еще глубже в земли, не принадлежавшие скифам, осели.
Их потомков стали называть савроматами (позднее - сарматами). Слово «сармат»состоит из двух частей - «сар» + «мат(мад»). Слово «сар» означает царь, а «мат(мад)» — получается «царская мать».
Все античные писатели сходятся в описании савроматских женщин, что лишь подтверждает теорию их происхождения от амазонок и скифов. «Их женщины ездят верхом, стреляют из луков и мечут дротики, сидя на конях, и сражаются с врагом, пока они в девушках; а замуж они не выходят, пока не убьют трёх неприятелей, и поселяются на жительство с мужьями не прежде, чем совершат обычное жертвоприношение. Та, которая выйдет замуж, перестаёт ездить верхом, пока не явится необходимость поголовно выступить в поход».
Древнегреческий философ и путешественник Эфор утверждал, что «...племя воинственное, свободное, непокорное и до того жестокое и свирепое, что даже женщины участвуют в войне наравне с мужчинами... савроматские мужчины повинуются во всём своим жёнам, как госпожам...»
Удивительно, но неприязнь, даже ненависть к грекам амазонки передали и своим потомкам. Если судить по материальной культуре, дошедшей до нас, мы видим, что у скифов найдено много вещей иноземного происхождения — иранского, греческого. У савроматов же — значительно меньше. Это согласуется с данными, которые оставил Страбон он подтверждал, что савроматы не подпускали к себе греческих купцов, предпочитая вести торговлю через босфорскую колонию Танаис (35 км от современного Ростова-на-Дону).
Меоты, проживавшие с опасной близости с пришлым новым народом - сарматами, достаточно легко пережили культурное проникновение. Меотская культура испытала впоследствии сильное сарматское влияние — изменились погребальные обряды, верования дополнились элементами сарматской (матриархальной, амазонской) культуры. Об этом говорил Джорж Эллис в Записках в карте стран, расположенных между Черным и Каспийским морем: «...Нам представляются необычными лишь два обычая. Во-первых, запрет мужчинам под страхом публичного позора видеться и разговаривать на людях с женой, вследствие чего супруги как бы деляться на разные классы. Во-вторых, Обычай забирать мальчиков у отцов и поручать их воспитание чужим людям. Девочек воспитывают только матери. Трудно сказать, у кого были переняты эти странные обычаи.
А если предположить, что они существовали на Кавказе уже в древности, тогда можно даже объяснить и существование сказочных амазонок, которые по мнению древних географов жили на землях, которые сейчас заселяют черкесы...»
С тех пор утекло много лет. Бесстрашные девы стали героинями фильмов и легенд, их эталонная красота привлекает красотой и грацией. Амазонкам можно позавидовать — ведь сплоченность в суровые времена помогла им выжить в жестокой реальности и адаптироваться в непредвиденных ситуациях.
Конечно, остается безумное количество вопросов и догадок, тем более, что за сроком давности реальные факты утеряны. Но интерес от этого не иссякает, а загадочные легенды про воинственных амазонок продолжают волновать фантазию современников.
Для журнала "Проспект-СК"