Все началось с того, когда мы переехали в новый дом. Вернее, дом был очень старый, но довольно крепкий. Выглядел он как маленький замок, с башенками на крыше. И мой муж, когда увидел его, загорелся идеей его восстановить.
-Это будет наше родовое имение, - сказал Тим, довольно потирая руки, - мы оставим его нашей дочери, а она - своим детям. Я уже и герб придумал, разместим его вон там, над главным входом.
-Но разве у нас есть столько денег, чтобы обновить эту старую рухлядь? - удивилась я.
-И вовсе это не рухлядь, - улыбнулся мой супруг, подошел поближе и погладил стену рукой, - снаружи он почти как новый. Время поработало над ним и выглядит он, как мрачный рыцарский Замок. Так и оставим, это придает дому особый шарм. Отремонтируем его внутри, и когда в окнах засияет свет, вот увидишь, как он преобразится.
-Мамочка, посмотри, какая за домом зеленая лужайка, - прибежала наша дочка, Агнесса, и потянула меня за руку.
Территория мне очень понравилась, за лужайкой небольшой пруд с ивами, и даже кованая железная беседка сохранилась, утопающая в каком-то красивом растении, которое оплело ее.
-Тебе, правда, понравилось здесь, милая? - спросила я у дочки, - может быть жить лучше ближе к городу?
-Мне очень понравилось, мамочка, - подняла на меня свои глазки моя голубка, - только... Мне кажется, что я здесь уже когда то жила...
Моей дочери на тот момент было шесть лет.
-Ну вот и хорошо, будем обживаться, - весело произнес Тим.
-Только сначала паутину надо обмести, - недовольно пробурчала я.
Почти три месяца мы приезжали и приводили дом в порядок.
Что удивительно, но наша малышка принимала в этом активное участие. Она хваталась за любую работу, которая ей была по силам и делала ее с удовольствием. При этом напевала какую то старинную песенку, которую я раньше никогда не слышала из ее уст.
-Агнесса, откуда ты знаешь эту песню? - спросила я.
-Не знаю, - пожала она плечами, - она сама рождается в моей голове.
-Не волнуйся, Лора, - обнял меня муж, увидев беспокойство в моих глазах, - так бывает. И потом, может быть у нашей дочери зарождается талант, и она сама ее придумала.
Я не стала спорить, но вечером, когда Агнесса спала без задних ног после тяжелого трудового дня, толкнула его в бок.
-Спишь?
-Нет еще.
-А тебе не кажется, что для маленькой девочки текст в песенке слишком взрослый?
-Кажется, - подтвердил он, - но гении они на то и гении, чтобы все удивлялись им.
-Но она не написала ничего, кроме этой песенки, - засомневалась я.
-Ты хочешь показать ее доктору?
-Нет, - ответила я, немного поколебавшись.
-Тогда давай спать, Лора, завтра рано вставать.
Наконец, через три месяца, мы переехали. С одной стороны, меня это радовало. Большой дом, просторный, можно принимать много гостей. И местность вокруг живописная. К тому же, неподалеку можно купить натуральные продукты и козье молоко. Это очень полезно для растущего организма Агнессы, которая часто болеет. Ради этого, мы собственно, и решили переехать за город. Но, с другой стороны, соседи жили далековато, и мы оказались в полном уединении. Мне было скучновато, спасало только общение с семьей и многочисленные дела по дому.
Пять дней в неделю Тим уезжал на работу и возвращался вечером. Самым большим развлечением для меня была поездка за продуктами, там можно было хоть с людьми поговорить и узнать, какие новости в округе. У дочери были летние каникулы, она гуляла, читала и помогала мне по хозяйству.
Однажды моя маленькая девочка меня сильно удивила. Было утро, я еще спала, а когда проснулась, увидела, что на часах уже почти двенадцать. Я быстро вскочила, оделась и вышла на кухню.
-Не волнуйся, Лора, - увидела я улыбающуюся Агнессу в фартуке, перепачканном в муке, - я все уже приготовила, садись пить чай.
-Лора? Ты назвала меня Лорой? - удивилась я.
На столе стояла большая тарелка домашнего печенья.
-Кто это сделал? - спросила я.
-Я, - ответила дочь, села на стул и стала смотреть в пустоту, через несколько секунд пришла в себя.
-О, мамочка, печенье, - схватила она одно и начала есть, как ни в чем не бывало.
До этого Агнесса никогда ничего не делала из теста, я считала, что учить этому ее еще рано.
Некоторое время я внимательно следила за дочкой, но ничего странного не происходило. Начались странности в доме. Периодически мы слышали скрип на кухне, как будто открывались и закрывались дверца на верхних шкафчиках. Как открывались и закрывались - не видели, а скрип - слышали. Тогда муж отреставрировал кухню, поменял все петли и смазал их.
Начали скрипеть двери, с ними Тим проделал тоже самое. Начались скрипы где-то на чердаке.
-Это становится невыносимым, - однажды сказала я, - давайте вернемся обратно.
Муж посмотрел на меня с грустью, но ничего не сказал, он не так и не смог найти причину скрипов. А дочь, в тот-же день, подбежала ко мне, обхватила за ноги и сказала:
-Не бойся мама, там больше никто не будет скрипеть, я была там.
Я была в ужасе, что маленькая девочка могда делать на чердаке? Но ничего не сказала, поблагодарила ее, а когда она вышла на улицу, поднялась наверх и оттащила большую тяжелую лестницу в сторону. С того дня скрипы прекратились.
Я было совсем уж успокоилась, про свою песенку Агнесса забыла, в доме было тихо, и наши дни летели, наполненные летом.
Однажды мы приготовили обед с дочерью, она пошла на детскую площадку, а я села на веранде в кресло-качалку и включила свою любимую музыку. От свежего воздуха я расслабилась и задремала. А когда открыла глаза, забеспокоилась, как там моя дочь. Бросилась на площадку и увидела, что с ней все в порядке, она играет. Сначала она качала на качелях кого-то воображаемого и разговаривала с ним. Меня это не удивило, ведь бедняжке не с кем общаться и ей приходится придумывать себе друзей. До меня долетали обрывки фраз. И вот она сказала:
-Теперь качайся сам, Елисей, а я пойду покормлю твою сестренку.
Она подошла к лавочке, достала воображаемое дитя из воображаемой детской коляски и положила к себе на колени. Потом вынула воображаемую грудь и поднесла к нему ребенка. Посидела так немного, потом покачала кого-то невидимого и снова уложила обратно.
-Агнесса, пойдем в дом, - позвала я ее.
Пока мы шли, дочка рассказывала, какого красивого жука она сегодня видела.
-Милая, а где ты видела, как мать кормит ребенка грудью? - спросила я.
-Я? - удивилась она, - никогда не видела, мамочка.
И вишенкой на торте стал День ее рождения, Агнессе исполнилось семь лет.
-Чего бы ты хотела получить в подарок, доченька? - спросил ее отец, собираясь в город.
-Я хочу вернуться в свою семью, к моему мужу Адаму, к моему сыну, Елисею, и к моей дочери - Софии! - ответила она на полном серьезе.
-Я понял, - рассмеялся Тим, - я привезу тебе кукольное семейство.
А мне было не до смеха. Я продолжала делать свои дела, готовясь к празднику, нас должны были посетить родственники, и подглядывала за Агнессой.
В какой-то момент я выходила из кухни, а она прошмыгнула туда. Я стала наблюдать в приоткрытую дверь.
Дочь расставила по столу столовые приборы, их было четыре, налила лимонад из графина в стаканы.
-Елисей, не балуйся, - вдруг строго произнесла она, глядя напротив себя, -доедай кашу и не мешай своей сестренке.
Затем она встала, перешла на другую сторону и начала гладить кого-то по головам, словно это были маленькие дети. Затем взглянула на настенные часы:
-Адам, дорогой, тебе пора, у тебя сегодня важная встреча - опоздаешь и пошла к двери.
Возле двери она встала на цыпочки и потянулась, а потом изобразила поцелуй. Она сделала это так натурально и по взрослому, что у меня мурашки по коже поползли. Затем открылась дверь. Открылась сама, ее никто не открывал. Агнесса вышла на крыльцо и долго махала кому-то рукою вслед.
-Я тоже тебя очень люблю, - услышала я, - и буду любить вечно.
Потом она пришла в себя, и я снова узнала свою дочь.
До этого мы уже ездили с дочкой на обследование, проверяли ее память и сдавали анализы. Но Агнесса была абсолютно здорова, такой вынесли вердикт. На этот раз я еле дождалась, когда разъедутся гости, я слышала, что недалеко от нас живет старожил, который много чего знает об этих местах. В тот день был выходной, я оставила ребенка с мужем, а сама поехала к дядюшке Гордию.
Это был сухонький, седой старичок, на вид которому лет сто. Но в глазах его горел живой блеск, да и сам он оказался довольно шустрым. Быстро нарезал лимон и плеснул в принесенные бокалы коньяк. Сам он выпил залпом, а я лишь пригубила, потому что была за рулем. Я ждала, когда он заговорит, меня разбирало любопытство.
-Это, действительно, родовое имение, - начал он, - и оно хранит свою тайну. Было это очень давно, никто и не помнит. До того, как туда въехал Адам со своей семьей, в доме было все спокойно, но после него никто не может жить там долго. Поэтому дом много раз переходил из рук в руки, его покупали, но вскоре продавали. Помимо скрипов, наводнений, бьющейся посуды, говорят, что в доме видели призраков. Но ваш случай уникальный, расскажите мне все еще раз и в деталях.
Когда я закончила свой рассказ, он продолжил:
-Жену свою, Еву, Адам очень любил. Когда он брал ее в жены, поклялся примерно так: "Клянусь любить тебя в горе и в радости, в богатстве и в бедности, в болезни и в здравии, пока смерть не разлучит нас". И когда случилось несчастье, он обезумел от горя. Еве не было и тридцати, когда она с детьми пошла купаться на пруд, тогда он был чистым и глубоким. Приказала Елисею держаться ближе к берегу. Но мальчишка не послушался ее, один неосторожный шаг, и он начал тонуть. Мамаша бросилась ему на помощь, она вытолкала его ближе к берегу, а сама ушла на дно, потому что не умела плавать. Проводив супругу в последний путь, Адам закрылся и никого не пускал в дом. Он сильно тосковал по своей жене. И однажды, когда люди сломали дверь и зашли в дом, они обнаружили его и Елисея с Софией бездыханными, а на столе стояла склянка с ядом. Так он отправился в путь вслед за своей женой, в надежде найти ее, и захватил с собой детей.
А Ваша дочь иногда осознает себя в роли Евы. И если вы не переедете из этого дома, ее может постигнуть таже участь. Агнесса должна забыть об этой семье - навсегда!
Сказать, что я была в шоке, это ничего не сказать. Вернувшись, я тут-же приказала собирать мужу и дочери личные вещи, и в ту же ночь мы уехали, вернувшись в свою городскую квартиру.
А утром я зашла в спальню Агнессы, она раскладывала свои вещи и разговаривала сама с собой:
-Ничего, Елисей, не плачь, София, это ненадолго, скоро мы вернемся, навсегда, - сказала она.
В руках у нее я увидела маленькое старинное зеркало в серебряной оправе. Она положила его на комод и продолжила свои дела молча. А когда она вышла из комнаты, я схватила это зеркальце и помчалась с ним к дядюшке Гордию.
-Вполне вероятно, что это зеркало принадлежало Еве. Оно и служит для Агнессы проводником в тот мир, где души еще не успокоились. Если не избавиться от него, будет плохо.
-Но что же мне с ним делать? - разрыдалась я.
-Оставьте его мне, я проведу с ним ритуал и закопаю на кладбище родового имения Адама, тогда хозяйка больше не сможет воспользоваться им.
Так я и сделала, И Ева с ее мужем и детьми больше не возвращались к Анессе. Я была счастлива. Этот дом нам удалось продать, мы купили другой, более современный и совсем новый, в черте города.
Понравился рассказ? Буду благодарна за лайки, ваши отзывы и репосты в ваших социальных сетях!
Предыдущее:
С любовью к Вам, Елена