Уважаемые читатели, здравствуйте! Продолжаю историю про колонию в Ушме, начатую в предыдущей статье. Я привёл вам материалы отчёта Александра Стасина о 10-й мансийской экспедиции, посетившей Ушму, в качестве аргумента того, что в 1959 году колония в Ушме была. Сегодня я приведу свидетельства других людей, бывавших в Ушме.
И хотя Ушминская колония покрыта туманом ивдельлаговской тайны, всё равно факты о ней есть, а факты - дело упрямое.
Возможно, вы уже слышали про Веру Георгиевну Лещенко, советскую артистку, жену знаменитого артиста Петра Константиновича Лещенко. Вот её фотография.
Она была осуждена по 58-й статье, ей было предъявлено обвинение в измене Родине за то, что она всего лишь вышла замуж за Петра Константиновича Лещенко, уроженца Одессы, но в силу манипуляций с территориальной принадлежностью части бывшей Российской империи оказавшегося гражданином Румынии, признана его соучастницей и приговорена к расстрелу, который был заменён на 25 лет лагерей. В 1952 году её доставили в колонию в Ивдель. Будучи талантливой и известной артисткой, она была замечена руководством Ивдельлага и прикомандирована к лагерному дому культуры. Группа артистов давала концерты как в Ивделе, так и в колониях. Была Вера Георгиевна и в Ушме. В её известной заветной тетради есть запись зрителя с подписью "Витёк. Ушма. 1953".
Конечно, группа артистов из Ивделя никогда не поехала бы по бездорожью в такую глухомань, если бы там не было полноценной колонии с клубом и зрителями, а был бы просто пикет или лагкомандировка. И это бесспорно. Но кроме заветной тетради Веры Лещенко, существуют ещё и её воспоминания. И они очень интересны. Вот что она пишет про Ушму:
"Ивдель - самый северный город Урала, ставший известным благодаря своим исправительно - трудовым колониям. Четыре зоны были в городе, и ещё одна - для пожизненных в ивдельских лесах. Ивдельлаг - сталинское творение, размещавшееся в посёлках Вижай, Талица, Шипичный, Северный, Ушма." Вот это важная для нас фраза. Вера Георгиевна была во всех этих лагпунктах и хорошо знала, что Ушма - это посёлок. А раз его не было на картах, то лагерный посёлок. Заметьте, она не упоминает никакие Кварталы, не упоминает Пристань, Верхнюю биржу. Но чётко называет Ушму посёлком. Ну не поверить ей просто нельзя.
Возьмём ещё один факт.
Это Феликс Яковлевич Соломонович. Про него вы уже тоже наверняка слышали. 19 февраля 2021 года за его труд на благо Родины и активную краеведческую деятельность ему присвоено звание "Почётный гражданин Ивдельского городского округа". Он родился в 1936 году в семье сотрудников НКВД, учился в Ивделе в школе N 1, более 30 лет прослужил в Учреждении Н-240, то есть сотрудником Ивдельлага, дослужился до звания "подполковник". Возможно, вам уже известна и его знаменитая таблица. Но раньше я не придавал ей очень большого значения. А изучив детально его биографию, я узнал, что он был не просто офицером штаба, а прошёл путь от Начальника ремонтно - механической мастерской до Начальника отдела сплава и сбыта Лесоуправления. А это коренным образом меняет суть дела. Это значит, что Соломонович не просто где-то взял эту таблицу, нет, он сам её составил и хорошо разбирался во всех вопросах заготовки и сплава леса. И что эта таблица является достоверной. Вот она.
Часто спрашивают, а была ли в Ушме колония до 1963 года. Эта таблица составлена до 1953 года, потому что в 1959 году 53-й квартал уже так не назывался. Он назывался 55-й квартал после перепланировки лесных угодий. Смотрите, в таблице указаны объекты, занимавшиеся заготовкой и сплавом леса. И в таблице указаны все объекты, являвшиеся посёлками. Это 2-й Северный, Ушма, 41-й, 53-й (позже он стал называться 55-й) и Вижай. Вот так. И всё. Про Ушму чётко написано - "Посёлок Ушма". Ну действительно, значит это был настоящий лагерный посёлок. И кстати, Яков Соломонович в таблице указывает его местоположение. А это в 900 метрах от устья реки Ушма. То есть когда туристы написали в дневниках, что дошли до реки Ушма, колонии оттуда действительно не было видно.
Ну вот, значит, участники 10-й мансийской экспедиции написали в отчёте правду. В Ушме действительно был полноценный лагерный посёлок. Почему это для нас важно?
Потому что в таком посёлке был достаточно большой штат сотрудников лагерей. Эти сотрудники могли обеспечивать и работу Северного рудника, и пикеты во 2-м Северном посёлке, и перекрытие зоны приземления ракет, и формирование оперативной группы по задержанию беглых заключённых. Но об этом в следующий раз. А сегодня разберём ещё два момента из отчёта мансийской экспедиции.
Момент первый. Руководитель экспедиции утверждает, что в Ушме была одновременно и колония строгого режима, и поселение. Могло ли это быть, если колония - поселение официально была открыта в Ушме в 1963 году? Очень интересный вопрос. И оказывается, на него тоже есть ответ. Да, официальное понятие колонии - поселения возникло в 1963 году, и первая в СССР колония такого типа была открыта именно в Ушме. Но мы знаем, что истоки поселений уходят глубоко в историю нашей страны. Мы знаем, что Ленин отбывал ссылку в Шушенском, Сталин в Туруханском крае. Но это Российская империя. А что же было в СССР? Наверняка вы этого не знали. В июле 1954 года приказом по МВД вводится в действие Положение об исправительно - трудовых лагерях и колониях МВД СССР, одобренное Советом Министров СССР. А в октябре 1954 года МВД издаёт специальную инструкцию, регламентирующую режим содержания осуждённых в местах лишения свободы. И вот этими двумя документами и предусматривалось создание ИТК облегчённого типа, которые не охранялись, но за поведением осуждённых устанавливался надзор. А в 1958 году был более конкретно определён контингент осуждённых, которые направлялись в такие колонии: осуждённые впервые за менее опасные преступления на срок до трёх лет, а также переведённые из колоний общего режима за добросовестный труд и примерное поведение при условии отбытия ими не менее одной трети срока, также лица из колоний для несовершеннолетних при достижении ими возраста 18 лет и положительных рекомендациях. Режим в этих учреждениях был более суровым, чем в современных колониях - поселениях, но менее строгим, чем в колониях общего режима.
Ну вот, смотрите, реально колонии с облегченным режимом были и до 1963 года. И одна из таких колоний как раз и была в Ушме. И это понятно. Ведь колония строгого режима, которая там параллельно была, не могла обеспечивать такой огромный объём работ по лесозаготовкам, который проводился в том районе. Заключённые в колонии строгого режима сидели в камерах и работали в охраняемой рабочей зоне - в дровяном складе, в овощехранилище, в каких-то мастерских. А кто же валил лес и сплавлял его по Лозьве? Правильно, заключённые колонии с облегчённым режимом. Их можно было отправить и на рудники, и на лесные делянки. Без конвоя, но под надзором. Вот какая важная информация по колонии в Ушме. Кстати, она подтверждается фактами.
Смотрим ещё раз таблицу Соломоновича. Сплав леса структурами Ивдельлага начинается, как вы думаете, откуда? А вот откуда - с устья Ауспии. Не с Ушмы. Далее, в двух километрах от Ауспии вниз по течению Лозьвы находилась Верхняя биржа. Биржа - это место у реки, куда в течение осени и зимы свозят заготовленный лес для хранения и сплава весной. Если между Ауспией и Ушмой была лесобиржа, значит, в том районе активно заготавливался лес. Для этого и существовала самая северная колония Ивдельлага. И облегчённый режим содержания заключённых был как нельзя кстати. Вахтовым методом, без охраны, но под надзором заключённые могли неделями жить на рудниках и делянках.
То, что между Ушмой и Ауспией активно велись лесозаготовки, подтверждается современными яндекс - картами.
Смотрите, вот заросшиее нынче участки леса - квадраты, отличающиеся по цвету. А один из них вырублен в виде флага. Это очень интересно. Проявлять такое творчество могли только люди, чувствовавшие определённую степень свободы.
Вот ещё один факт. Уголовное дело, протокол допроса свидетеля Великявичуса:
"В пути следования в оба конца народ манси, а также другие граждане не встречались."
Протокол допроса свидетеля Ряжнева, сообщение о Юдине:
"О встрече с манси или с кем другим он мне не говорил."
Другие граждане - это кто? С кем другим - это с кем? Всё это сказано про обитателей колонии Ушма.
Ну вот, мы разобрали, руководитель экспедиции был прав. В Ушме одновременно находилась и колония строгого режима, и колония облегчённого режима. И теперь становится понятно, почему первую колонию - поселение разместили именно в Ушме, так далеко от Ивделя, в глухой тайге. Колонию строгого режима расформировали, колонию облегчённого режима переименовали в колонию - поселение, надзирателей переименовали в воспитателей, а работа на делянках как шла, так и продолжалась, теми же людьми под тем же руководством. Вот такая история получается.
Ну что ж, с первым вопросом разобрались. Вопрос второй - могли ли зону в Ушме охранять с вышек женщины? Какое-то непривычное утверждение, правда? Мы знаем, что сегодня среди сотрудников тюрем немало женщин, особенно в женских тюрьмах. Но на вышках, в колониях? Так было или не было? Изучаем документы. Действительно, во время войны очень многих сотрудников лагерей призвали в действующую армию. Примером может служить отец Юры Юдина, которого призвали в 1942 году. Охранников лагерей стало не хватать. В отчётах Ивдельлага прямо говорится, что в ряде исправительно - трудовых колоний план выработки невозможно выполнить в связи с нехваткой персонала для конвоирования заключённых к месту работы. В конце войны было принято решение, согласно которому к охране заключённых разрешалось привлекать женщин, а также лиц, осаобождённых из плена, и наиболее сознательных заключённых. Эти правила действовали и в послевоенные годы. Мы уже обсуждали этот вопрос в предыдущих статьях.
Важно то, что действительно, женщины в Ушме могли стоять на вышках. Ушма была самой далёкой колонией Ивдельлага. Никто не хотел ехать туда работать или служить. И в то же время, у сотрудников лагерей были жёны, которым негде было работать. Ну вот их и устраивали сотрудницами лагерей. И деньги им шли, и льготы, и выслуга для пенсии. И, как было сказано в отчёте Александра Стесина, были они более бдительными и пили меньше. Значит, правда написана в отчёте. Да и то верно, зачем ему в США что-то приукрашивать? Там менталитет другой, там ценятся аргументы и факты. Но для нас эта информация тоже очень важна. В Ушме не только сотрудники лагерей относились к заключённым как к врагам народа, но и их семьи. И это создавало дополнительный психологический настрой на готовность ликвидировать человека в случае необходимости. Я же сразу сказал, что Ушма была не обычной колонией, а её сотрудники - не обычными сотрудниками.
Ну вот и всё про отчёт экспедиции, в конце истории к нему вернёмся. Думаю, вам было интересно. А мы идём дальше.
Вы знаете, бывает так, что жизненный опыт помогает проводить исследования. А бывает наоборот. Начинаешь исследование, и вспоминаешь жизненный опыт. И вот как интересно. Рассказывая про Ушму, я вспомнил, что я видел такой посёлок своими глазами, я был в нём, он располагался в глухих лесах Ярославской области в трёх километрах от нашей деревни, и я пять лет ходил туда в школу.
Итак, лагерный посёлок облегчённого режима глазами очевидца. Местечко называлось Андреевское, это бывшая усадьба князя Куракина. Вот она на фото. С 1949 по 1959 год здесь располагалась женская тюрьма. В ней содержались женщины, совершившие нетяжкие преступления на территории области. В 1950-е годы колония была переведена на облегчённый режим содержания. Профиль трудовой деятельности - животноводство. Заключённым разрешалось заводить семьи и жить семьями. В 1959 году колонию преобразовали в совхоз "Богатырь", желающих остаться заключённых амнистировали и перевели в работников совхоза, нежелающих отправили в другие колонии досиживать срок. Начальник колонии стал директором совхоза, сотрудники колонии стали работать в управлении совхоза. Производственная деятельность абсолютно не изменилась. Изменился статус работников. А коровы мычали, хотели есть, пить и доиться каждый день, и плевать им было на этих странных людей, колония это или совхоз. Для чего рассказываю это? А в Ушме было так же. Колония там или поселение, а лес надо было валить каждый день. И люди валили.
Расскажу о посёлке, в котором был. В каменной усадьбе было управление колонии и хозблок. Далее шла линия из шести кирпичных двухэтажных восьмиквартирных домов. Это для сотрудников лагерей. Дальше забор из штакетника и за ним линия из восьми бараков, это для заключённых. Далее шёл машинный двор и затем скотный двор. В линию бараков посторонние не ходили. Там же был детский сад. В отдалении были водонапорная башня, наша школа и клуб. Было два магазина и две столовые - для сотрудников лагерей и заключённых раздельно.
Мы из всех окрестных деревень ходили туда в школу и в кино. Кстати, через реку Ильд был точно такой же мостик, как в Ушме.
Знаете, детское сознание примолинейно. Мы знали, дома - чтобы жить, тропинки - чтобы ходить, дороги - чтобы ездить. И глядя на этот посёлок, многое казалось нам нелогичным и глупым. И только сейчас, когда я изучил материалы по перевалу Дятлова, я нашёл ответы на вопросы из детства. Почему на дорожном уаазателе было написано "Совхоз Богатырь", а не Андреевское. Почему в посёлок была только одна тупиковая грунтовая дорога, и та входила со стороны скотного двора. Почему в детский сад нельзя было ходить деревенским детям и почему нам нельзя было гулять по улице из бараков. Почему школа называлась Марьинская по названию села за рекой, а размещалась в этом посёлке. Почему ни один учитель не проживал в посёлке, где была школа, а все приходили из сёл и деревень. Почему из всех окрестных сёл и деревень только в этом посёлке был клуб с кинобудкой. Почему директор совхоза никогда не разговаривал с рабочими, а всегда проезжал мимо, и почему люди его боялись. Почему у него была машина газик, когда председатели колхозов ездили по делам в кабинах грузовых машин. Почему лошади в соседнее отделение совхоза всегда ехали колонной и почему ими управляли только женщины. Почему у наших родителей во всех деревнях были знакомые, а в этом посёлке не было. Почему местные ребята - одноклассники никогда не приглашали нас к себе домой. Почему было две столовых и два магазина. Почему везде вокруг были колхозы, а в посёлке совхоз. И наконец почему поселение официально называлось не посёлком, а местечком, как было во времена усадьбы.
Сегодня ответы на эти вопросы, думаю, понятны всем.
Вот такой штрих из моей памяти к посёлку в Ушме.
Но вернёмся к сотрудникам лагерей. Мы с вами довольно подробно познакомились с условиями их жизни и службы.
В заключение ещё два маленьких рассказа о сотрудниках лагерей, которые заставят нас задуматься.
Вот первый рассказ. Обычно в своих историях я не использую комментарии читателей или зрителей, но мимо этого пройти не могу.
Зритель канала Александра Кочеткова Олег Емельянов написал:
"Версия Кочеткова правдивая. В детстве я часто гостил у деда. Через забор жил сотрудник лагерей, он говорил жёсткие вещи, как умертвить, не оставляя следов, списав на несчастный случай. Чтобы никуда не убежал, сдирали обувь, били ремнями. Думайте..."
Спасибо, Олег, ваш сосед рассказал всё в точности так, как говорится в версии сотрудников лагерей. По этой версии, именно так всё и произошло с группой Дятлова. Туристов ликвидировали сотрудники лагерей. А мы думаем, вместе думаем.
И возвращаемся к отчёту 10-й мансийской экспедиции. И это второй рассказ. Он о начальнике колонии в Хорпии, это Ивдельлаг.
"Есть в Хорпии колоритные личности. Например, два Владимира. Один из них, седобородый дедушка - зэк, родом откуда-то с Западной Украины. Добрейшей души человек, если не считать того, что на его совести два или три убийства.
Второй Владимир - бывший начальник лагеря. Сколько убийств на его совести - никто не знает. В свободное (послелагерное) время он порешил, как минимум, двоих: собственного зятя и какого-то приезжего (возможно, этнографа), ходившего всюду с записной книжкой и тем самым навлекшим на себя подозрения со стороны Владимира Иваныча: дескать, стукачок приехал. Между тем, основное занятие бывшего начлага - "охранять режимную территорию", пусть и бездействующую.
- Что же Вы тут охоаняете? - не понял Влад. - Ведь половину бараков уже разобрали, а вторая половина сгнила, один БУР остался.
- А это ничего, - дохнув перегаром, сказал "гражданин начальник", - когда новых начнут пригонять, мы тут быстро всё отстроим."
Вот так. Колония в Хорпии действовала до 1989 года. То есть этгографа бывший начальник колонии убил уже в 1990-е. Прошло 20 лет, а начальник колонии всё ещё не смирился с новым временем, всё ещё надеется на реванш и готов снова принимать заключённых. А представляете, что он делал, когда был при власти? Он мог дать команду ликвидировать туристов только за то, что они делают записи в дневниках.
Да, это Хорпия, это не Ушма. А вы думаете, таких людей не было в Ушме? Наверняка были.
А вывод напрашивается сам собой. Ни в коем случае не хочу очернить всех сотрудников лагерей. Но среди них наверняка были и такие, которые были готовы к роли ликвидаторов. Поэтому сотрудники лагерей - наиболее вероятная группа людей, которые могли ликвидировать туристов. Гораздо более вероятная, чем лесники, геологи, охотники и лесорубы. Вот о чём хотелось сегодня рассказать. В следующей статье я расскажу вам новую интересную информацию про сотрудников лагерей. А пока - до встречи на канале. С вами был Сергей Соколов. До свидания, уважаемые читатели!