Юродство представляется особым типом святости, получившим распространение в Московском государстве XV-XVII вв. Традиционно считается, что образцом для русских юродивых послужил образ жизни их восточных "коллег", примером можно считать византийское житие Андрея Юродивого. Но так ли это, и кого вообще можно называть юродивыми? Давайте разбираться.
"Юродивый Христа ради" - так называл себя человек из числа мирян, который добровольно отказывался от обычной жизни в пользу служения Богу. Характерной чертой почти каждого юродивого было мнимое безумие, жизнь в котором воспринималась как подвиг. Юродивые занимались обличением людских пороков и мирского образа жизни, за что постоянно подвергались насмешкам и оскорблениям со стороны окружающих. Человек, вставший на путь юродства, добровольно навлекал на себя страдания и скрывал собственные добродетели, надеясь, что страдания в этой бренной жизни обеспечат ему рай.
Культ юродивых на Руси возник во время формирования пантеона общерусских и местных святых. Жития юродивых обычно представляют собой сборник легендарных рассказов и эпизодов из других агиографических сочинений, что вызвано канонизацией юродивых лишь спустя значительное время после их смерти. И действительно: для современников почти любой юродивый представлялся в лучшем случае слабоумным, детали жизни и подвиги которого мало кому были интересны.
Исследователей юродства долгое время волнуют вопросы: откуда вообще взялись юродивые, почему они выбрали такой путь и на кого ориентировались в своем подвижничестве? Самыми распространенными ответами на эти вопросы были — происхождение подвижников из простых людей, отсутствие у них книжного образования, непонимание ими богословской подоплеки традиционного монашества или священнической деятельности. Но тут была маленькая проблема: далеко не все юродивые подходили под эти характеристики. Одним из вариантов стало утверждение, что святые, решившиеся на столь необычный подвиг, прибыли из иных, не православных земель. Самым известным из иноземных юродивых был Прокопий Устюжский (ум. 1303).
Прокопий приплыл в Новгород «из своего отечества» на корабле, наполненном богатствами. В этот город его товарищи прибывали «купецким обычаем» каждое лето. Здесь Прокопий принял православную веру, постригся в монастыре Варлаама Хутынского, и некоторое время жил в этой обители. Новые подробности о происхождении Прокопия составители жития вкладывают в уста неких, но при этом многих, новгородцев. Именно они говорят, что тот пришел «от сиверныя страны от немецкия земли кораблем». Любопытно то обстоятельство, что почитание Прокопия в Сольвычегодске было связано с новгородским культом святого Варлаама Хутынского, с которым устюжский юродивый был изображен на одной иконе в предстоянии Спасу. В середине XVI в. эта икона прославилась как чудотворная, что было неудивительно, так как Сольвычегодск в это время был населен выходцами из Новгорода, чтившими своих святых.
В первой части жития Прокопий не совершает никаких безумств. Его юродство сводится к желанию бродяжничать по свету в одиночестве, для чего он покидает монастырь. Лишь во второй части говорится, что оказавшись в Устюге, где у него не нашлось «странноприимника» (то есть ему негде было жить и кормиться), Прокопий отчасти вынужденно становится полноценным юродивым: ходит босым и полунагим, спит на кучах мусора, а потом начинает пророчествовать, предсказывая всякие бедствия.
Известнейшим из "исконно русских" юродивых считается Василий Блаженный (ум. 1552), чьим именем ныне назван знаменитый собор на Красной площади. Василий был сыном крестьян, в 16 лет отданным на обучение к сапожнику. Первый случай проявления его провидческого дара носит легендарный характер: якобы к мастеру Василия пришел купец, который просил сделать себе прочные и долговечные сапоги. Сам Василий при этом посмеялся. Когда купец ушел, хозяин спросил Василия: "Почему ты смеялся?" Будущий святой ответил, что этот человек умрет завтра, поэтому долговечные сапоги ему ни к чему. Так и вышло.
От Прокопия Устюжского Василий Блаженный отличался повышенной эпатажностью. Святой любил расхаживать голым по городу, уничтожать товары на рынке, бросать камни в дома богатых и уважаемых людей и целовать стены хибар бедняков. Подаяния, полученные Василием, он отдавал не нищим, а богатым. А налитое однажды царем вино вылил в окошко, чтобы потушить пожар в далеком Новгороде.
Иногда Василий разгуливал по Москве в дорогой шубе, которой его одарил один из местных бояр. В ней ему и случилось однажды попасться банде лихих людей, решивших обманом забрать шубу. Один из воров притворился мёртвым, а остальные подбежали к Василию, прося денег на погребение товарища. Юродивый раскрыл обман и произнес заклинание, плохо вяжущееся с образом святого: «Шуба лисья, хитрая, укрой дело лисье, хитрое. Буди же ты отныне мёртв за лукавство, ибо писано: лукавии да потребятся». Вору уже не нужно было притворяться покойником.
В другой раз Василий Блаженный кинул камнем в образ Божией Матери, что висел над Китайгородскими Варваринскими воротами. Потом камнем кинули в него, и не один раз. Разъяренные паломники начали избивать Василия до смерти, но будущий святой успел призвать сограждан к детальному анализу лакокрасочного покрытия иконы. Паломники стерли слой краски, и под изображением лица Богоматери проявилось изображение Сатаны. Это первый в русской истории случай появления адописной иконы.
На этой веселой ноте статья подходит к концу. Жития юродивых блещут любопытными, часто - очень веселыми деталями. Если таковые Вам известны - напишите в комментариях, с удовольствием ознакомлюсь. Благодарю за прочтение!