На днях побывал в театре имени Маяковского на спектакле «Цена» по пьесе Артура Миллера. Впервые в СССР эту пьесу поставили в ленинградском Большом драматическом театре в 1968 году в переводе Константина Симонова и его сына Алексея Симонова.
И вот Алексей Симонов пришёл в театр Маяковского. Через 56 лет, после первой постановки! Вместе с Алексеем Кирилловичем, (как известно Симонов - старший был назван при рождении Кириллом, а имя Константин он взял потом в качестве псевдонима), была его сестра Мария Кирилловна - дочь Константина Симонова и легендарной киноактрисы Валентины Серовой.
После спектакля, актёры «Цены» - Сергей Мигицко, Виктор Запорожский, Александр Андриенко собрались в гримерке актрисы Татьяны Аугшкап пообщаться с «живым классиком».
Алексей Симонов рассказывал про первую постановку, про дружбу с мужем Мерлин Монро, драматургом Артуром Миллером. Рассказывал про актёров первого спектакля – Владислава Стржельчика и Сергея Юрского.
В гримерке Татьяны Аугшкап было весело, зелёный «тархун» лился рекой, грильяж в шоколаде поедался с хрустом.
Перебивая друг друга, каждый рассказывал свою историю. В итоге Алексей и Мария Симоновы были приглашены на все спектакли театра имени Маяковского оптом. Обещали, что придут.
История про Константина Симонова и Алексея Суркова, рассказанная Алексеем Кирилловичем.
Сначала предыстория.
Выражение «литературные генералы» в первую очередь относилось к Константину Симонову и Алексею Суркову. Оба – депутаты ВС СССР, члены ЦК КПСС, главные редакторы литературных журналов и руководители Союза писателей СССР.
Симонову и Суркову принадлежат два культовых стихотворения войны. Симонов написал «Жди меня», Сурков – «В землянке». Симонов посвятил Суркову и другое знаменитое стихотворение «Ты помнишь, Алёша, дороги Смоленщины». Все считали их друзьями.
- Но друзьями они никогда не были, - считает Алексей Симонов. Более того, лучшую прозу Симонова (по мнению автора) о войне – рассказ «Пантелеев» Сурков разнёс в пух и прах на писательском пленуме.
Но, Симонов считал стихотворение Суркова «В землянке» выдающимся, камертонном, по которому можно определять – как глубоко человек разбирается в литературе, образован или делает вид.
А именно. У Суркова есть такие строки:
«Мне в холодной землянке тепло
От … негасимой любви».
От «твоей» или от «моей»? Это и есть загадка. Симонов считал, что тонкий, образованный человек скажет «моей».
И вот, в 1979 году Симонов умирает.
Поминки в Доме литераторов. Алексей Кириллович решает отомстить за отца, за «Пантелеева».
Он подходит к Суркову и рассказывает про «твоей-моей».
- Алексей Александрович, а как считаете вы?
Маска соболезнования мигом слетает с лица Суркова, он понимает, что в ловушке. Но! Сурков профессиональный царедворец.
- Алёшенька, народ поёт и «твоей» и «моей».
- Но, вы же автор, как считаете вы?
- А я, Алёшенька, как мой народ. Я всегда был вместе с народом, потому что народ мудр, он всегда прав… И так, и так правильно!
Василий Лопатин