Мой сын в дошкольном возрасте два года посещал студию анимации, расположенную в здании бывшего Дома пионеров. Занятия были по воскресеньям, продолжались около сорока минут. Домой уезжать не было смысла, поэтому я провожала ребенка до кабинета, а затем ждала его в коридоре. В это время в здании большая часть кабинетов была закрыта, сидела я в гордом одиночестве. Можно было почитать книгу, рассмотреть рисунки воспитанников студии изобразительного искусства, развешанные на стене. Можно было посмотреть ленту новостей в смартфоне. Но тишину постоянно нарушал грозный рык. Для учреждения, куда ходят заниматься дети дошкольного и школьного возраста, шум был весьма специфичным. В каком-то кабинете некий педагог постоянно орал на детей басом. Примечательно, что детских голосов при этом было практически не слышно.
Из-за этого крика я попробовала переместиться на первый этаж, чтобы ждать ребенка там. Но сын, освободившись в один прекрасный день немного раньше, оказался недоволен таким раскладом. Его тоже можно понять. Вышел в пустой коридор, растерялся, зашел обратно. Сообщил своему руководителю, что мамы нет на месте.
Пришлось вернуться на исходную позицию, каждое воскресенье наслаждаться воплями, раздающимися из-за плотно закрытой двери. Случайно удалось выяснить, в этом кабинете базируется шахматный клуб. И по воскресеньям одновременно с нашими занятиями там собираются юные шахматисты. И занятия у них ведет женщина. Мне хотелось своими глазами увидеть этого педагога. Но не удавалось. Изредка дверь тихонько приоткрывалась, в щель протискивался кто-то из юных шахматистов для того, чтобы сбегать в туалет. Кабинет, где занимался мой сын, находился с одной стороны коридора. С «нашей» стороны была своя лестница и туалет. Кабинет шахматистов был расположен в другом конце коридора. Там такая же лестница и туалет. Дети быстро делали свои дела, возвращались, сопровождаемые громогласными криками. Педагога я увидела случайно, но этот эпизод произвел неизгладимое впечатление.
Папа одного из воспитанников шахматного клуба набрался смелости, пришел во время занятий для беседы с педагогом. Он скромно постучался, затем заглянул в кабинет, попросил даму выйти буквально на минуту. Смысл просьбы заключался в том, чтобы его ребенку во время занятий меняли соперника. Мальчик занимался шахматами второй год, работал в паре с новичком. Естественно, ему было не очень интересно, поскольку новичок играть не умел.
И грянула буря! Руководитель клуба юных шахматистов выглядела внушительно. А орала так, что ее на улице точно было слышно. Папа мальчика в прямом смысле слова спрятался от нее за застекленной дверью, ведущей на лестницу. Он весь сжался, был готов провалиться сквозь землю. Суть монолога разгневанной преподавательницы шахмат сводилась к тому, что ей с ее-то стажем советы давать нельзя. Конечно, она лучше знает, как вести занятия, кого с кем сажать для шахматной партии. В итоге тот папа еле ноги унес.
В монологе руководителя шахматного клуба есть доля правды. Она является очень сильным педагогом. Наши шахматисты успешно выступают на различных соревнованиях, часто занимают призовые места. Но это не может служить оправданием хамству и грубости. Педагог так себя вести не должен, каким бы титулованным и заслуженным он не был!
Когда сын пошел в первый класс, посещать студию анимации уже не захотел. Я заезжала в бывший Дом пионеров, чтобы подобрать что-то другое. В «учительскую» аккурат прибыла руководитель шахматного клуба, предложила приходить к ней на занятия. Туда уже ходил один приятель моего сына, поэтому я отказалась. Сослалась на то, что вместе они, возможно, будут шалить. А, да, у такого педагога не забалуешь! У нее дисциплина на первом месте. Детей не слышно, зато ее рев раздается на все три этажа. Я отказалась, мол, не хочу, чтобы на моего ребенка так орали. Каким бы титулованным и заслуженным не был преподаватель, общаться с детьми он обязан вежливо и тактично!
Учтите, что в материале автор высказывает личное мнение. Если не согласны, приглашаю к дискуссии!