У Серёжки Клюева был хороший голос. Вот так мы прямо и начнём. без предисловий. Потому что это главное. Отличный голос у него был - чистый, звонкий, ну, может, не как у Робертино Лоретти, но уж точно получше, чем у Сашки Ромадного - солиста старшей группы нашего сборного пионерского хора, в котором мы составляли малышовую группу, посещали все репетиции, а следовательно, были в курсе проблем старшего состава.
Так вот, у Серёжки Клюева голос был куда лучше, чем у Сащки. А главное, лучше, чем у солиста наших постоянных соперников - пионерского хора девятнадцатой средней школы.
А мы готовились к конкурсу. И нам вполне светило первое место, если бы не... Серёжка не выговаривал "р". Совсем. Даже не грассировал, а получалось у него такое малороссийское не то "г", не то "х", и "Октяб`гь шагает впе`геди" звучало как-то сомсем уж политически неправильно. Поэтому солировал таки-Сашка. А Серый пел в основном хоре, первым голосом, старательно глотая ненавистную "р": "Вместе весело ша-ать по посто-ам" или "Мы- пионе-ы дети -абочих". В общем хоре его картавость не была заметна, а звонкий голос вполне себе, поэтому наша хоровичка Елена Дмитриевна Клюва любила и привечала.
Но... конкурс. И у девятнадцатой школы солист Димон Ладынин - "золотой голос" района, и нам хоть бы одну песню , чтобы солировать мог Клюв, и мы бы "сделали девятнадцатых". К тому же, и выглядел Серёжка чудесно: типичный русачок с пушистыми аккуратными волосами, открытым улыбчивым лицом и большими зелёными глазищами - хоть пиши на нём: "Пионер-всем ребятом пример".
Ну, повздыхали-повздыхали и начали репетировать с Сашкой. А дальше, как в плохом кино: в день выступления у Сашки вдруг острый ларингит. И мы "приехали". Потому что замена Сашки - Паша Акмаев, великовозрастный пионер , уже обзаведшийся хрипловатым баском, годился для патриотичной "Есть у нас, у советских ребят", а вторую - "Там , вдали за рекой" распевали на восемь голосов без солиста, но "Чунгу-чангу" без задорного звонкого голоса мы могли только провалить. Попытались спеть с Ленкой Губасовой, но она ужасно стеснялась и зажималась, а до выступления оставались просто считанные минуты.
- Лен Дмит-на! - осенило вдруг наш "мозговой центр" - Женьку Кондратьева. - "Чунгу-чангу" Серый сможет солировать! В "Чунге-чанге" буквы "р" нет.
- Подожди-подожди... - Лен-Дмитна лихорадочно перебирала в уме текст. "Чунга-чанго, синий небосвод, чунга-чанго , лето круглый год... Жень, а как же...?
- Целый год, - сказал Женька. - Какая разница, круглый или целый? Пусть поёт "целый". А дальше там: весело живём, песенку поём. И всё. И хор.
- Точно! - возрадовалась Лен-Дмитна. - Ура, Жень! Серёжа!
- Ага, - пунцовея щеками, с готовностью закивал Клюв.
- Ой, подожди, а репетировать-то уже некогда. Ты сможешь без репетиции?
- Зап`госто, - нахально пообещал Клюв.
И вот объявляют: "Сводный пионерский хор школы номер двадцать один", и наши старшие проворно выстраиваются на сцене, а потом и мы, младшие, выбегаем на подпевку и встаём двумя крыльями-флангами.
"Есть у нас, у советских ребят" катится, как по маслу. Хрипловатый "взрослый" голос Паши даже придаёт определённый вес заявлению о потенциальном героизме, да и распевки там особенной в куплете нет, а хор вытягивает "завтра, завтра, советски-и-ий народ!" на пять с плюсом. Наша гордость "Там вдали, за рекой" тоже проходит без сучка без задоринки, мы, младшие, цокаем языками, изображая коней, старшие распевают печальную историю погибшего кавалериста на восемь голосов, и всё получается в лучшем виде.
И, наконец, к микрофону выходит "Пионер - всем ребятам пример" с выражением "не упусти момент" на лице.
Вступление, первый куплет, "целый" вместо "круглый" прекрасно прокатывает, хор подхватывает припев, и умница-Клюв отодвигает микрофон подальше, чтобы не внести нечаянно в общую гармонию своё "легко и п`госто".
Начинается второй куплет, и вот тут нашего солиста подстерегает засада. В ликовании Лен-Дмитна забыла, что в тексте второго куплета - а куплет солист поёт один - после безобидных "места лучше нет" и "мы не знаем бед" следует ужасное "кто здесь прожил час". Пр-р-рожил - понятно?
Женька бледнеет, Клюв лихорадочно соображает , что делать, и - ему на помощь приходит уже отработанный навык: в нужные моменты быстро находить слова без коварного звука на замену словам, этот звук имеющим. И Серый звонко поёт :
"Чунга-Чанго, кто здесь ВЫЖИЛ час, Чунга-Чанго, не покинет нас".
Хор подхватывает, с трудом сдерживая молодецкое ржание. Но - честь ему и хвала - удержаться удаётся всем. Всё-таки на горизонте первое место, это вам не хухры-мухры.
И мы его таки-получаем.
А молодецки ржём после выступления, уплетая призовой торт.
- Молоток, Картавый! - хлопает Серёжку по плечу Паша. - не какой-то там час - целый куплет с буквой "эр" на сцене "выжил", солист!
Перемазанный кремом Серёжка краснеет и хохочет вместе со всеми.