Подумалось… Все-таки есть в православных олигархах что-то когнитивно-диссонансное. Вот как хотите, а… ну, не может олигарх считать себя христианином в последней инстанции! Даже если он с головы до ног и в радиусе одного километра крестами и колоколами обвешается, все равно не станет образцовым православным. Никак! Потому что еще Христос сказал, что «легче верблюду пройти сквозь игольное ушко, чем богатому войти в царство небесное». Иначе говоря, ежели ты олигарх, то веруй истово и скромно, а не размахивай своим православием.
Так что Малофеев со Стерлиговым – это, скорее, такие фрики, пытающиеся запомниться и хоть как-то остаться в памяти народной. Уж больно много от них шума не по делу.
Собственно, о последнем я и хочу рассказать. Герман Стерлигов на своем веку и без того немало начудесил. А недавно такое выкинул – хоть стой, хоть падай. Однако давайте по порядку.
Самое интересное в Стерлигове – это секрет его состояния. Потому что ничем он подолгу конкретно не занимался, и все в его биографии носит временный и случайный характер. Обо всех его художествах одной статьей и не расскажешь. Мало того, в качестве примеров можно брать из его биографии самые разные эпизоды – и все равно будет забавно.
К примеру, бизнесом он начал заниматься еще во времена кооперации. Только он джинсы не «варил» и ничего другого не производил, а подбирал музыкантов на Арбате и устраивал концерты в залах ожидания столичных вокзалов, и то недолго. Вообще, его карьера коммерсанта напоминает судьбу отца Федора из ильфо-петровской эпопеи. Только Стерлигов, в отличие от попа-авантюриста, каким-то образом умудрился таки разбогатеть.
Последние тридцать лет он постоянно то куда-то баллотировался, то реализовывал странные проекты, то высказывал «фи» по тому или иному поводу.
То он против электричества на всей Земле, то женин документ об образовании порвал и выбросил – у него, видите ли, убеждения, И вообще, летоисчисления он придерживается своего собственного, которое называет древнерусским. Или вот еще было дело, лет 13-14 назад написал он президенту письмо с предложением распродать всю территорию от Урала до Сахалина другим государствам, а на вырученные деньги переселить тамошний народ в европейскую часть России, заставив заниматься фермерством. Поторопился! Сейчас к его письму, пожалуй, и прислушаться могли.
Словом, согласитесь, других и за меньшие фантазии в психбольничке откачивают, а этому все ни по чем, живет и народ веселит. Мнит себя дворянином, между прочим. Когда-то в стародавние времена, дескать, одна княгиня, даже не царской фамилии, наделила некого кренделя селом. А крендель тот возьми и окажись предком Стерлигова. Так что он теперь свою кровь голубой считает. Ну, да он не один такой. Зато на базе этой легенды он заполучил от Правительства Московской области 37 гектаров земли, на которой организовал проект «Слобода», предлагая христианам селиться на своей земле, соблюдая некоторые правила, которые он считает в доску православными. Не знаю как другим, а мне все это очень напоминает организацию барской усадьбы: вот сейчас холопы подтянутся, и можно будет побарствовать.
Впрочем, оставим в покое бурное прошлое Стерлигова. У него и настоящее не менее веселое. Не успокоится никак. Последняя его выходка и заставила меня помянуть этого странного типуса. Стерлигов написал письмо Бастрыкину, сделав тем самым его своим душеприказчиком! В нем православный олигарх дал распоряжение по поводу своих похорон, рассказав, где припасен гроб, подаренный друзьями, запретил отправлять свою бренное тело в морг и проводить вскрытие. А также просил прислать сотрудников, чтобы те запротоколировали пожелания будущего усопшего.
Откровенно говоря, меня поразило, как православный олигарх, вместо души, радеет и беспокоится о своей временной физической оболочке – вот ни фига не по Евангелию! И попробуйте мне возразить. А еще представила, как глава Следственного комитета обомлел, прочитав это. Мало того, что будущий покойник письма рассылает, так еще и распоряжения отдает, как-будто это и не Бастрыкин вовсе, а какой-нибудь можайский нотариус. Сильное, должно быть, впечатление осталось у Александра Ивановича.
