Начало глава 1, глава 2, глава 3, глава 4, глава 5, глава 6, глава 7, глава 8, глава 9, глава 10, глава 11, глава 12, глава 13, глава 14, глава 15, глава 16, глава 17, глава 18, глава 19.
- Что вас беспокоит? - Не менее меня уставшая врач смотрела сквозь толстые стекла очков.
- Усталость. Последнее время стала быстро уставать. Кружится голова. Иногда подташнивает. Хочется лечь и не двигаться. Совсем не хочу есть, но постоянно хочу спать.
- Усталость. Усталость - бич нашего времени. Когда полноценно отдыхали последний раз?
- Не помню. Давно, очень давно. Несколько лет.
- Ну что ж. Будем разбираться.
Смерила давление, послушала, прощупала:
- Сдавайте анализы. Вот направления к узким специалистам для консультации. Когда пройдёте все, придёте ко мне. Потом назначим лечение.
Выдала кучу направлений, поведала, как и в какое время, что сдавать, повторила ещё раз каких специалистов посетить.
- Думаю все будет хорошо.
Хождение из кабинета в кабинет - это хождение по мукам. Как же я не люблю лечиться. Хорошо, что все это заняло не более трех дней. Больше бы не выдержала. Осталось забрать результаты флюорографии и посетить женского доктора.
Пока одевалась за ширмой врач быстро печатала на компьютере целое послание. Я даже забеспокоилась. Неужели обнаружили что-то страшное? Наконец она повернулась ко мне:
- Поздравляю. Беременность шесть недель. Сохранять будете или направление на аборт?
- Какая беременность?
- Обыкновенная. Как у всех женщин. Так что - направление?
- Ни в коем случае!
Прозвучало уж слишком эмоционально. Врач посмотрела на меня как-то снисходительно:
- Значит, сохраняем.
Она ещё задавала вопросы, уточнял, что-то говорила, а я с трудом что - либо понимала и слышала. Меня словно колпаком накрыли.
- Вы меня не слышите? Наблюдаться где будете? По месту жительства? Могу порекомендовать хорошую платную клинику, лучшую в городе. Вот результаты. Всего хорошего.
- Да. Спасибо. До свидания.
Ещё посидела в коридоре клиники приходя в себя. Я не могла поверить. Как? После всех обследований, заключений зарубежных и столичных врачей услышать самое желанное в клинике далёкого Сибирского города ? Такое может быть только со мной.
Дома обняла Олежку:
- Ты моё счастье и мой ангел.
- Я твой сынок и холосый мальчик. Мама, не плачь.
- Я не плачу, я радуюсь. - Расцеловала щёчки с ямочками. - Пошли готовить ужин?
- Посли. Касу валить.
Ну, кашу - не кашу, а ужин к приходу Юры приготовили по возможности торжественный.
- В честь чего праздник? Я что-то пропустил?
- Всему свое время. Мой руки и прошу к столу.
- А почему бокал для вина один?
- А вот это и есть новость. У нас будет маленький.
Рука Юры дрогнула и вино плеснулось на скатерть. Юра бутылку поставил:
- Малыш? Наш? Ленка!
Юра встал с места, раскинув руки и замер:
- Господи, не знаю что делать. Тебя обнимать-то можно?
- Голько! - Закричал Олежка. - Голько!
- Сынок, сладко!
Юра сгреб меня и Олежку в охапку, целует по очереди в щеки, глаза, куда придётся.
- Успокойся. Ужин стынет.
- Знаешь, за такую новость надо коньяка хватануть.
- Не надо. Мне неприятен запах.
Перед сном озабочено спрашивает:
- Надеюсь, теперь успокоишься и не будешь рваться между надо, очень надо и непременно надо везде успеть?
- Посмотрим.
- Вот и я говорю: посмотрим. Если что - учти, приму меры.
Меры стали применять все начиная от заботливого мужа и до врача, что вела мою беременность. Оберегали как хрустальную вазу исторической ценности. Особые условия создавали абсолютно все: муж, помощница по хозяйству, коллеги, заботливый начальник. Меня даже стала немного утомлять такая забота.
Но срок и возраст "старородящей" брали свое. Стало все труднее высиживать целый день за компьютером, ходить по этажам при осмотре очередной квартиры, тащить пакеты из магазинов. В конце концов Юра предупредил, что запрет меня дома прицепив наручниками к батарее. Шутка, конечно, так себе, совсем не смешная шутка. Только после предупреждения врача о возможной потери ребёнка я наконец-то приняла решение осесть дома. Больше всех были довольны муж и сын. - Ой, а как же мы без вас? - Всполошилась Дарина. - Звонить-то хоть можно?
- Конечно. И в гости приходить тоже.
- За дело не волнуйся. Всё в порядке будет. - В голос заверили Игорь и
Лариса.
- Если - что, я с него шкуру спущу. - Пригрозила мужу подружка.
Игорь только дурашливо руками прикрылся словно от удара.
Кто откровенно радовался моему уходу в декрет так это Евгений. В свойственной ему манере один на один процедил сквозь зубы:
- Господь услышал мои молитвы. Хоть перед глазами маячить не будешь.
- Однако, высоко ценишь моего мужа. Ты знаешь - приятно узнать, что твой муж "Господь".
- Отвали.
- С удовольствием. И надолго.
Совсем по другому мой уход из компании оценил Сергей Павлович:
- Чертовски рад за тебя, моя прелесть. И расстроен. Без тебя будет плохо. Разбаловала ты меня. Привык доверять на все сто. Рожай дочку и возвращайся, по возможности, скорее.
- Почему дочку?
- Не могу сказать. Сердцем чувствую.
И опять не ошибся.
Какая же красивая она, моя девочка. Тёмные волосики смешно торчат из-под платочка над нахмуренным лобиком. Круглые, как яблоки, упругие щёчки которые так хочется целовать. Голубые глазки прикрыты, губки причмокивают, ищут сосок.
Как жаль, что я не могу целый день носить её на руках. Мне запрещено сидеть, можно только стоять или лежать пока не удалили швы. Но это дело времени. Скоро нас выпишут домой. Мои мужчины заверили меня, что для встречи все готово. Мы из роддома поедем в наш новый дом. Мастера во главе с Игорем постарались и завершили все отделочные работы. Лариса с дочками, Дарина, Татьяна и Галина Ильинична навели полный порядок. Юра и Дима расставили мебель, оборудовали детские комнаты. Это Сергей Павлович сделал такой шикарный подарок "внукам".
За нами приехал целый кортеж. Одарили персонал цветами. Юра неуклюже держал дочку на руках, а Олежка прижимался ко мне:
- Мама, я соскучился.
- И я, маленький, соскучилась. Ты меня простишь, что не могу тебя взять на ручки?
- Не надо. Я больсой. Я музцина.
Как здорово, что у меня так много мужчин которые меня любят и оберегают. Гости поздравили нас, "поздравились" сами и разбежались по делам.
С нами осталась только Татьяна. Всё хозяйственные дела она взяла на себя. Незаменимая хозяйка и нянюшка. Трижды в неделю приезжает Галина Ильинична заниматься с Олегом.
Юра первое время старался быть дома, но от него было больше суматохи чем помощи:
- Не вставай, не ходи, не поднимай. Ешь, ты опять ничего не ела. Это тебе нельзя, а это вредно маленькой.
Я взмолилась:
- Может ты уже уйдёшь на работу?
Дважды предлагать не пришлось к моему счастью. Стал опять пропадать чуть ли не сутками. Умудрился даже на полугодовой день рождение Галинки опоздать за что получил выговор и всеобщее "фи"! Но их, с его закадычным дружком Всеволодом, этим не проймёшь. Они умудрились из тихих посиделок устроить грандиозный праздник. Уже на следующий день опять окунулся в работу с головой.
Однажды пришёл вечером довольно поздно и чернее тучи.
- У тебя неприятности?
- Не у меня, но нас это тоже касается. Женька пропал.
- Как?
- Вот мы и пытаемся выяснить - как? Ищем уже второй день. Навести старика. Ему сейчас очень плохо.
Утром созвонилась с Галиной Ильинишной попросила приехать на помощь Татьяне, а сама отправилась к Сергею Павловичу.
Он сидел за столом с бокалом в руке. Махнул мне рукой:
- Присоединяйся.
Его трудно было узнать. Абсолютно белые волосы растрепаны, покрасневшие глаза, резко проступившие морщины на лбу и складки у губ.
- Будешь? - Кивнул на бутылку.
- Я кормлю.
- А - а, я и забыл, прости. Хорошо, что приехала. Ты молодец, девочка. Это не правильно иметь одного ребёнка. Дочка подрастёт - сразу рожай ещё! Страшно терять единственного ребёнка. Детей должно быть не меньше пяти.
- У меня два. Вы забыли про сына. Давайте будем надеяться, что все будет хорошо. Женя найдётся.
- Не будет. Родительское сердце не обманешь. У меня тут, - прижал руки к сердцу, - чернота. И страх.
Продолжение тут.