В отличие от экранизаций "Голодных игр", в книгах роль Эффи Тринкет в противостоянии между Капитолием и Дистриктами была иной, и фильмы смягчили один из самых мрачных аспектов её истории.
Эффи Тринкет - доброжелательная, но немного наивная представительница Капитолия из окружения Китнисс Эвердин, но её истинная роль в истории "Огненной Китнисс" на экране и на страницах книг различается. В фильме преданность и моральные принципы Эффи понятны, в то время как в книгах её образ более неоднозначный.
Китнисс годами наблюдала за тем, как Эффи приезжала в её родной дистрикт, чтобы провести Жатву и забрать детей на Игры, но по-настоящему они познакомились лишь на пути в Капитолий, когда Китнисс вызвалась добровольцем вместо сестры. В фильмах Эффи показана крайне бесчувственной к судьбам трибутов, однако со временем она постепенно смогла завоевать доверие Китнисс.
В первой части "Сойки-пересмешницы" Эффи присоединилась к повстанцам в Тринадцатом дистрикте, и помогала восставшим против Капитолия, однако то, что с ней было в книгах, намного более мрачно, чем показанное в фильмах.
В книгах Эффи Тринкет не появлялась в Тринадцатом дистрикте
В первой части "Сойки" Эффи была не на своём месте. Тем не менее, она смирилась с отсутствием макияжа, париков и грандиозных вечеринок ради поддержки Китнисс, которую она очень ценила, и во многом благодаря её стараниям Сойка выполнила свой долг.
В книгах же всё было иначе. Там Китнисс попрощалась с заплаканной Эффи перед тем, как выйти на арену, и больше не видела её вплоть до начала подготовки расправы над Сноу.
Китнисс была в восторге от воссоединения со своей давним союзником, в первую очередь потому, что она слышала, что Эффи была в плену и что Плутарху пришлось приложить немало усилий, чтобы убедить Койн в том, что Эффи была на стороне "добра". Это вызвало улыбку у Китнисс, поскольку для неё сама идея, что Эффи жила бы в Тринадцатом дистрикте, посреди лишений и неудобств, показалась ей смешной.
В книгах есть намёк на мрачную судьбу Эффи
В книгах Китнисс хоть и была уверена, что Эффи не поддержала бы мятежников, она размышляла, что мог бы сделать с ней Капитолий после событий второй книги. Перед расправой над Сноу Эффи выглядела по-своему обыкновенно и довольно жизнерадостно, однако Китнисс заметила что-то другое в её глазах.
Она описала их как пустые и отсутствующие, что стало явным признаком того, что Эффи не получила роскошной жизни, к которой привыкла в Капитолии.
В конце последней книги также упоминается, что Эффи - последняя из выживших "сопроводителей". Её коллег, а также стилистов и наставников голодных Игр, либо казнили по подозрению в измене со стороны Капитолия, либо по приказу нового режима Койн.
Лишь благодаря Плутарху она осталась в живых, однако наблюдения Китнисс во время их короткой встречи словно намекали на то, что Эффи пытала одна из фракций, тем не менее была неясна её роль в конфликте и какой стороне она была лояльна.
Так кого поддерживала Эффи?
Хотя в фильмах Эффи была ясно возмущена действиями Капитолия, в книгах всего этого не было. Когда Китнисс познакомилась с Эффи, она была лояльна Сноу и правительству Панема, собственно, из-за этого Китнисс и не сразу прониклась к женщине симпатией.
Китнисс никогда не спрашивала у Эффи, не чьей она стороне. Для этого не только не было безопасного времени, но и сама Китнисс не очень хотела это знать.
Это позволяет предположить, что Эффи, вероятно, со временем начала симпатизировать повстанцам, но она была слишком умна, чтобы признаться в этом. Как и остальные участники "Голодных игр", Эффи просто знала, как выжить, и не более того.