Найти тему
Svyat&Lidia

Книжные новинки мая 2024

Оглавление

Ловите подборку книжных новинок, которые вышли в мае 2024.

*нажав на название книги, вы сможете прочитать ознакомительную часть, а также узнать мнение читателей о той или иной книге :)

Книжные новинки марта 2024

Книжные новинки апреля 2024

Странные игры

Восьмилетнюю Кэти Стоун похитили прямо с лужайки перед собственным домом. Прошло пятнадцать месяцев, и уже никто не верит, что девочка жива. Пока не случается чудо: Кэти находят на обочине дороги в соседнем городе. Теперь все хотят знать, что с ней произошло. 
НО ДЕВОЧКА НЕ ПРОИЗНОСИТ НИ СЛОВА И ОЧЕНЬ НАПУГАНА.

Детский психолог Робин Харт – единственная, кому удалось наладить контакт с ребенком. В качестве игровой терапии она использует кукольный домик.

И ТОГДА КЭТИ НАЧИНАЕТ ИГРАТЬ В КРАЙНЕ СТРАННЫЕ ИГРЫ.

Каждый сеанс ее кукла-злодей делает жуткие вещи с одной из кукол, «живущих» в домике. Одну закалывает ножом, другую топит, третью приковывает цепью к пластиковому диванчику… А потом Робин узнает из новостей о телах девушек, найденных полицией. Телах с травмами, похожими на те, что наносила кукла-злодей. И становится ясно:

ДЕВОЧКА РАЗЫГРЫВАЕТ НАСТОЯЩИЕ УБИЙСТВА…
Восьмилетнюю Кэти Стоун похитили прямо с лужайки перед собственным домом. Прошло пятнадцать месяцев, и уже никто не верит, что девочка жива. Пока не случается чудо: Кэти находят на обочине дороги в соседнем городе. Теперь все хотят знать, что с ней произошло. НО ДЕВОЧКА НЕ ПРОИЗНОСИТ НИ СЛОВА И ОЧЕНЬ НАПУГАНА. Детский психолог Робин Харт – единственная, кому удалось наладить контакт с ребенком. В качестве игровой терапии она использует кукольный домик. И ТОГДА КЭТИ НАЧИНАЕТ ИГРАТЬ В КРАЙНЕ СТРАННЫЕ ИГРЫ. Каждый сеанс ее кукла-злодей делает жуткие вещи с одной из кукол, «живущих» в домике. Одну закалывает ножом, другую топит, третью приковывает цепью к пластиковому диванчику… А потом Робин узнает из новостей о телах девушек, найденных полицией. Телах с травмами, похожими на те, что наносила кукла-злодей. И становится ясно: ДЕВОЧКА РАЗЫГРЫВАЕТ НАСТОЯЩИЕ УБИЙСТВА…

Кэти ковыляла вдоль дороги, крепко прижимая к груди напуганную сгустившейся темнотой куклу. Объятия порой помогают одолеть страх.
Несколько минут назад пошел дождь, и колючие капли жалили щеки Кэти. Ее потрепанная пижамка пропиталась влагой, кукла тоже промокла и замерзла.

– Эй, малышка… Ты заблудилась? Позвонить твоим родителям?
Кукла отлетела куда-то в темноту – не найдешь. Надо бежать! Кэти поднялась на четвереньки и уставилась на незнакомца. Тот медленно приближался. Попытался схватить ее за руку, однако Кэти, вновь вскрикнув, отпрянула. Мужчина удивленно округлил глаза и сделал шаг назад. Крик перешел в кашель, руки и ноги словно отнялись, а горло опять сжало спазмом.

Взрослые могли поведать психотерапевту о тяжелых и болезненных для них событиях, осмысливая их в разговоре, а вот детям вербальный компонент давался хуже. Просто сообщить – мол, лучшая подружка Кэти пропала, и никто не знает, куда она делась, – еще не значит рассказать о своих эмоциях, о чувстве потери. Лежа ночью в кровати, ребенок боится, что с ним случится то же самое.

Красная карма

Париж, 1968 год: студенческие бунты, рабочие забастовки, Пятая республика рискует обрушиться, новое будущее – за ближайшим поворотом. Посреди всеобщего возвышенного безумия юный романтик Эрве обнаруживает труп знакомой студентки, чудовищно изуродованный и в позе, явно намекающей на йогу, – и к кому Эрве обращаться, как не к старшему брату, ветерану войны в Алжире, прожженному цинику и вдобавок полицейскому Жан-Луи Мершу? Париж вот-вот вспыхнет как спичка, на улицах беспорядки, полиции не до неведомых маньяков, и расследованием занимаются трое: Жан-Луи отвечает за полицейскую работу, Эрве и Николь, тоже студентка и подруга убитой, – за культурный контекст, которого Жан-Луи не понимает и не желает понимать.
Париж, 1968 год: студенческие бунты, рабочие забастовки, Пятая республика рискует обрушиться, новое будущее – за ближайшим поворотом. Посреди всеобщего возвышенного безумия юный романтик Эрве обнаруживает труп знакомой студентки, чудовищно изуродованный и в позе, явно намекающей на йогу, – и к кому Эрве обращаться, как не к старшему брату, ветерану войны в Алжире, прожженному цинику и вдобавок полицейскому Жан-Луи Мершу? Париж вот-вот вспыхнет как спичка, на улицах беспорядки, полиции не до неведомых маньяков, и расследованием занимаются трое: Жан-Луи отвечает за полицейскую работу, Эрве и Николь, тоже студентка и подруга убитой, – за культурный контекст, которого Жан-Луи не понимает и не желает понимать.

Эрве ликовал: в этот момент он – один против врагов на этом шоссе, заваленном мусором, – чувствовал себя достойным наследником длинной череды повстанцев былых времен: 1789 года, 1832-го, 1848-го. Парижская коммуна… Мятеж у французов в крови – их история писалась под знаком протеста и жестокости. И вот теперь он, Эрве, стал их новым героем!

Затем началась полная неразбериха. Никто из пришедших не знал как следует правого берега Сены. Что делать – остаться на месте, отправиться в Латинский квартал? Или разойтись по домам? Разумнее всего было бы тихо-мирно исчезнуть из поля зрения властей, но последние несколько недель никто в Париже не был способен поступать разумно.

Власти повели себя снисходительно. Вандалов освободили, простив им захват башни. Однако «бешеным» этого было мало. Граффити на стенах, срывы лекций, оглушительные призывы через мегафон… Эрве исходил нетерпением: как же это прекрасно – нарушать устоявшийся порядок, даже не выдвигая каких-нибудь внятных требований; как здорово чувствовать себя «революционером»! Это приводило его в экстаз… Ладно, пошли дальше.

Одна из нас мертва

Известно, что женская дружба – дело непростое. Но кто мог предположить, что она бывает столь смертоносной… 
Роскошь. Секс. Предательство… Познакомьтесь с женщинами Бакхеда – настоящего Беверли-Хиллз Востока США, мира дорогих авто, огромных домов и дружбы-вражды.

Шеннон. Бывшая королева сообщества. Теперь она потеряла свой статус, бесцеремонно брошенная мужем-политиком, который выбрал женщину намного моложе. И Шеннон готовится отомстить…

Кристал. Это она заняла место Шеннон. Простая техасская девчонка понятия не имеет, во что ввязалась и в каком месте ей придется жить…

Оливия. Годами она мечтала занять место Шеннон. И вот настал момент действовать. Оливия способна на любой грязный трюк и удар в спину…

Дженни. Владелица самого престижного местного салона красоты. Ей известны все страшные тайны и темные желания ее клиенток, среди которых, разумеется, Шеннон, Оливия и Кристал. Как она использует это?

К началу повествования одна из них уже мертва. Но кто именно?
Известно, что женская дружба – дело непростое. Но кто мог предположить, что она бывает столь смертоносной… Роскошь. Секс. Предательство… Познакомьтесь с женщинами Бакхеда – настоящего Беверли-Хиллз Востока США, мира дорогих авто, огромных домов и дружбы-вражды. Шеннон. Бывшая королева сообщества. Теперь она потеряла свой статус, бесцеремонно брошенная мужем-политиком, который выбрал женщину намного моложе. И Шеннон готовится отомстить… Кристал. Это она заняла место Шеннон. Простая техасская девчонка понятия не имеет, во что ввязалась и в каком месте ей придется жить… Оливия. Годами она мечтала занять место Шеннон. И вот настал момент действовать. Оливия способна на любой грязный трюк и удар в спину… Дженни. Владелица самого престижного местного салона красоты. Ей известны все страшные тайны и темные желания ее клиенток, среди которых, разумеется, Шеннон, Оливия и Кристал. Как она использует это? К началу повествования одна из них уже мертва. Но кто именно?

– Я потратила тысячи часов, работая над внешностью этих женщин. Я наводила на них красоту, проводила им эпиляцию воском, стригла их, красила им волосы и ногти, делала им макияж, наносила на них загар, пудрила и массировала их. Я знаю чуть ли не каждый дюйм их тел. Но мне также знакомы и их демоны, их самые заветные и самые страшные тайны.

Я уже знала, чего она хочет, но правило работы с клиентами гласит, что ты всегда должна дать клиентке самой сказать тебе, чего она хочет. Так что я подождала, чтобы она выразила мне свои пожелания. Она подняла палец в призыве подождать, одновременно быстро набирая что-то на своем телефоне.

Я была предана всем своим клиенткам, даже самым худшим. И никогда не имела ничего против того, чтобы выслушивать их излияния по поводу напряжения между ними. Я понимала, что людям необходимо изливать кому-то душу и что они не всегда ладят между собой, но я никогда не хотела быть втянутой в их разборки. Я выслушивала их, но не желала ни в чем участвовать. Однако, когда речь идет обо всех этих сварах, в том-то и суть – не всегда требуется, чтобы ты участвовала в них.

Круглосуточный книжный мистера Пенумбры

Тайные общества и поиски бессмертия, древние книги, старинные типографии, подземные читальные залы, пыльные склады потерянных артефактов и блестящие хранилища данных «Гугла», зубодробительные шифры, визуализация данных, настоящий квест, настоящая дружба, многообещающая любовь и, как ни странно, драконы. Все это свалилось на веб-дизайнера Клэя Дженнона, потому что он, потеряв работу и бесцельно блуждая по Сан-Франциско, ненароком завернул в круглосуточный (и, между прочим, вертикальный) книжный магазин. И тотчас устроился туда продавцом, который ничем не торгует – только выдает явно одержимым людям загадочные тома нечитабельной абракадабры в обмен на другие такие же нечитабельные тома. Среди ночи.
Тайные общества и поиски бессмертия, древние книги, старинные типографии, подземные читальные залы, пыльные склады потерянных артефактов и блестящие хранилища данных «Гугла», зубодробительные шифры, визуализация данных, настоящий квест, настоящая дружба, многообещающая любовь и, как ни странно, драконы. Все это свалилось на веб-дизайнера Клэя Дженнона, потому что он, потеряв работу и бесцельно блуждая по Сан-Франциско, ненароком завернул в круглосуточный (и, между прочим, вертикальный) книжный магазин. И тотчас устроился туда продавцом, который ничем не торгует – только выдает явно одержимым людям загадочные тома нечитабельной абракадабры в обмен на другие такие же нечитабельные тома. Среди ночи.

Изо всех сил я цепляюсь одной рукой за лестницу, другой – за край полки, от напряжения аж пальцы побелели. Взгляд следует поверх костяшек, изучая корешки, – и вот я вижу ее. Книжку, которую ищу.

Представьте себе книжный обычного размера и масштаба, только повернутый набок. До абсурда узкий и головокружительно высокий, стеллажи до самого верха – этажа три книг, а то и больше. Я запрокинул голову (почему в книжных всегда приходится как-то неудобно гнуть шею?): полки скрывались во мраке, словно им не было ни конца ни края.

Теперь я уже ночной продавец в магазине Пенумбры и карабкаюсь по лестнице вверх-вниз, как обезьяна. Тут целая методика. Подкатываешь лестницу, фиксируешь колеса, потом, согнув колени, прыгаешь сразу на третью или четвертую ступеньку. Подтягиваешься на руках, стараясь не растратить импульс, и вот ты уже одолел пять футов.

Дом-убийца в кольце огня

«Дом закатного солнца» знаменитого автора детективов Юдзана Такарады – крайне загадочный особняк со множеством потайных помещений. Это место буквально нашпиговано странными механизмами. Когда-то они служили для интеллектуальных игр писателя, но теперь тот прикован к постели и едва соображает. 
Лесной пожар запер в доме Такарады весьма разношерстную компанию. Люди оказались отрезанными от мира кольцом огня. Чтобы спастись, они должны найти тайный проход, скрытый где-то в здании. Однако поиски прерваны шокирующим событием – внучка литератора… раздавлена замысловатым подвесным потолком одной из комнат.

В компании есть два человека с выдающимися дедуктивными способностями. Асукай Хикару, бывший детектив, считает, что это несчастный случай – девушку убил сам дом. Тэруёси Кацураги – детектив начинающий, однако он уверен: убийца – один из них. Перед лицом неминуемой гибели в огне эти двое начинают битву умов…
«Дом закатного солнца» знаменитого автора детективов Юдзана Такарады – крайне загадочный особняк со множеством потайных помещений. Это место буквально нашпиговано странными механизмами. Когда-то они служили для интеллектуальных игр писателя, но теперь тот прикован к постели и едва соображает. Лесной пожар запер в доме Такарады весьма разношерстную компанию. Люди оказались отрезанными от мира кольцом огня. Чтобы спастись, они должны найти тайный проход, скрытый где-то в здании. Однако поиски прерваны шокирующим событием – внучка литератора… раздавлена замысловатым подвесным потолком одной из комнат. В компании есть два человека с выдающимися дедуктивными способностями. Асукай Хикару, бывший детектив, считает, что это несчастный случай – девушку убил сам дом. Тэруёси Кацураги – детектив начинающий, однако он уверен: убийца – один из них. Перед лицом неминуемой гибели в огне эти двое начинают битву умов…

– Ого…
– Что такое?
– Кацураги… впереди…
Кацураги обернулся.
Великолепный трехэтажный особняк в европейском стиле. Колонны покрыты изящной резьбой, массивные входные двери сделаны из дерева, а дверные ручки, похоже, изготовленные из золота, сверкали так, что слепили глаза. На каждой ручке был выгравирован иероглиф «богатство».

Никто в школе не знал, что Кацураги – прирожденный детектив. С раннего детства вся семья замечала его живой ум. В возрасте семи лет мальчик заинтересовался историей, рассказанной членом семьи, работавшим в полиции. Это было не кровавое дело, а самая обыкновенная кража, и Кацураги быстро указал на преступника. С тех пор полиция несколько раз обращалась к нему за помощью, но по понятным причинам его имя в официальных отчетах никогда не упоминалось.

– Там кто-то есть!
Звук шагов удалялся. Это точно был человек! Возможно, кто-то из семьи Такарада. От одной мысли во мне затеплилась надежда.
– Это могло быть животное, не торопись с выводами, – холодно заметил Кацураги. Однако ему не удалось скрыть волнение в голосе.
Вокруг, казалось, резко похолодало. Что это было? Ответ нашелся сразу.