ГЛАВА VIII. Дрессировочная
Ступая на зыбкую почву историй про профессиональную дрессировку и дрессировщиков, хочу, дорогие друзья, оговориться сразу: в дрессировке собак я как был полным профаном, таким и остался по сегодняшний день. Более того, чем больше я получаю информации, тем более понимаю, насколько несведущ в этой тематике. Еще во времена, когда будучи молодым двадцатиоднолетним обормотом, я завел себе Бобу, прочитав пару тонких книжек noname а-ля «все что нужно знать о собаке», был полностью уверен, что обладаю всем необходимым набором знаний и инструментов, чтобы «заточить» привычки и наклонности пса под собственные требования и хотелки, но нет.
Как ни странно, не обладая знаниями и излишней рефлексией, кое-что нам с Бобой давалось тогда проще, чем теперь с нынешними питомцами, но это лишь показатель того, что несведущим смельчакам обычно везет. С другой стороны, с возрастом человеку свойственно становиться мягче и рассудительнее, а с измеряемым уже десятками лет стажем собачника, понимаешь, что как ни крути, все сложнее относиться к собакам «как всего лишь собакам», не очеловечивать их, что тоже не всегда помогает воспитанию и дрессировке (не уверен, разделены ли эти понятия, мне кажется да).
Нет, безусловно, и сегодня я иногда вступаю в жаркие споры, или подвергаю сомнениям тезисы признанных авторитетов – дрессировщиков, и тем более медийно- и интернетно- раскрученных торговцев ценными советами для владельцев проблемных собак. Но все это совсем ничего не означает, посему прошу моих читателей отнестись снисходительно к моим личным наблюдениям и впечатлениям, на то они и мои, чтобы быть необъективными и предвзятыми. А теперь пора вернуться к нашему повествованию.
Почему мы решили отвести Джокера на Общий курс дрессировки, в народе для краткости именуемый ОКД, сейчас уже и не вспомнить. В середине нулевых уже было предостаточно разнообразных дисциплин и видов дрессуры. Но все же родная и привычная система, практикуемая более полувека, наследница советских времен, внушала респект и уважение, подобно тому, как большое уважение внушает диплом старинного учебного заведения с богатой историей. Вероятно это и послужило причиной, что взор моей жены – двигателя нашего собачьего прогресса – был обращен в сторону собачьих дрессировочных площадок и профессиональных дипломированных дрессировщиков.
Традиционно в Самаре круг специалистов собачьего мира довольно узок, и, как водится все знают друг друга, а также друг про друга много хорошего, и особенно плохого.
Мы пошли к тренеру, у которого ранее занимался маринкин брат (он мне шурин же? Если знаете, напишите в комментариях) со своим ротвейлером, точнее ротвейлершей (так говорят вообще?), короче самкой ротвейлера. Она достигла в дрессировке вроде бы небывалых успехов, и тренер ее приглашал на свои показательные выступления, а заодно с ней и мопса, с которым друг брата жены прошел за компанию курсы дрессировки, причем не только ОКД, но потом и ЗКС – Защитно караульной службы.
Представляете себе караульного мопса? Я теперь да. Их даже показывали как-то по местному телевидению, чьей местечковой звездой был сам дрессировщик, и где он вел передачу о животных.
Лично я про него знал только то, что однажды он здорово напился в электричке, и его задержал мой друг детства – патрульный милиционер. Он же и рассказал мне о передаче про животных, которую я все равно не смотрел.
Вообще дрессировщик наш по имени… стоп – нет, лучше буду называть его Инструктор, чтобы не засвечивать персональные данные, хотя с одной стороны я и не обязан ничего такого сохранять в тайне, а с другой - самарские собачники все одно догадаются кто это, тем не менее, авторская этика обязывает и потому с этого момента он Инструктор – так вот Инструктор парень был веселый, очень живой и общительный, хотя немного шепелявил, что странно для телеведущего, и в целом мне понравился, но обо всем по порядку.
Стоил общий курс дрессировки по тем временам хорошую сумму, для простого старшего преподавателя – прямо неприподъемную, и часть денег я выпросил у родителей в качестве подарка на Двадцать третье февраля, Восьмое марта и Новый Год. Мы записались на первое групповое занятие и счастливые помчались на площадку, хорошо хоть Джокера не забыли.
Стоял снежный март, самый ранний. Первое занятие встретило нас слегка утоптанными собачьими и человечьими пятками сугробами, пронизывающим холодным ветром, поземкой в лицо.
На площадке собралось достаточно много народу, точно уже не скажу, но больше десятка собак однозначно, плюс владельцы, плюс сочувствующие. Наш Инструктор опоздал. Мы перезнакомились. Кроме Джокера на площадку пришли: полосатый коротыш стаффорд, вроде его звали Рей, с хозяином – забавным парнем, словно телепортировавшийся прямиком из девяностых, сыпавшим чудными фразочками, мне больше всего запомнилось, что по его мнению у амстаффов «во лбу семь пачек маргарина», поэтому столкновения с препятствиями лбом не причиняют им никаких беспокойств; еще была пара-тройка овчарок, одна из которых довольно нервная, и даже трусливая; голден ретривер – вполне дружелюбная и адекватная девочка, если правильно помню; рыженькая молодая питбульша, очень веселая и общительная; советского типа колли-переросток, и еще было много кого, всех уже не вспомню. Увенчал это разнокалиберное и многоцветное братство шарпей – полный отморозок, о котором мы поговорим отдельно, когда придет время.
А пока Маринка бегает с Джокером по кругу по протоптанной меж сугробами тропинке в толпе таких же несчастных людей и собак, «опоздатый» (как говорил наш учитель физики в школе) Инструктор стоит в центре, руки его в карманах тонкой короткой куртки, уши болоньевой кепки опущены, и сама кепка натянута максимально низко, мы с хозяином Рея сидим в теплой машине, смотрим на дрессируемых бедняг сквозь лобовое стекло, слушаем радио и благодушно обмениваемся впечатлениями. Вот и все что можно вспомнить про первый день.
А потом ударили морозы, и понятное дело, тренировки были отложены на пару недель. Такая вот в Самаре бывает весна.
После морозов прошла еще пара тренировок, и площадка таки раскисла в весеннем сыром теплении. А потом, как обычно и бывает, весна незаметно, но уверенно вступила в права погодного доминанта, и занятия по ОКД пошли в полную силу.
Было это все слегка по-раздолбайски, практически каждый раз тренер опаздывал, иногда очень намного, владельцы с собаками ходили не регулярно, из-за чего азам послушания уделялось чрезмерно много времени, видимо, чтобы общий средний уровень группы как-то подтянуть. Прогресс шел очень медленно, упражнения не прибавляли энтузиазма своим унылым однообразием.
К тому же периодически приходящие в группу новички, как правило, были проблемными собаками, хозяева который спохватились поздно, и пытались «запрыгнуть в вагон уходящего поезда» воспитания уже переросших свой щенячий период питомцев.
Пожалуй, самым неадекватным учеником в нашей группе был шарпей. Хозяева привели его заниматься, когда он окончательно потерял все свои «рули и ветрила», итогом чего стал домашний конфликт, в ходе которого он перекусил швабру, которой его пытались воспитать, и блокировал хозяина в туалете, где он просидел весь день до прихода с работы жены, кое-как усмирившей домашнего любимца.
Шарпея водили на коротком поводке, при этом он швырялся на всех до кого мог дотянуться, особенно его раздражало, когда собак между упражнениями отпускали «выпустить пар» - поноситься с игрушками по площадке, а его, соответственно, не отстегивали с поводка.
Когда его пытались приучить к наморднику, он извернулся и укусил инструктора. А однажды сорвавшись от хозяев, помчался по площадке, примериваясь к заднице Джокера, но к счастью Маринка была начеку, и готова защищать выставочную шкурку, поэтому на подскоке к Джокеру Шарпей получил волшебный пендель тяжеленным кроссовком на платформе, и навсегда потерял интерес к Джокеру и его частям тела.
Джокер, несмотря на то, что пришел на занятия уже подготовленным, далеко не все упражнения воспринял легко и играючи. Рядом он ходил и бегал вполне себе сносно, достаточно быстро обучился сидеть на выдержке и подзыву, даже на снаряды залазал, хотя и без особого восторга, и самое удивительное – Маринка сумела обучить его апортировке, несмотря на явное его нежелание держать в зубах посторонние и совсем не вкусные предметы. Каким образом ей это удалось – большой секрет, спросите сами, если захочет, расскажет. Также, еще во времена занятий с Ларисой, он был как следует отучен подбирать внезапно падавшие на землю, или непринужденно обнаруженные вокруг кусочки лакомств.
Одно Джокеру не давалось вот просто категорически – это посыл на место, обозначенное поводком. Ну не хотел «человек» воспринимать поводок как место, ну не понимал такого странного утверждения и все тут. Бились Маринка и Инструктор с упрямым псом долго – ни в какую. В итоге были привлечены гвардейские интернет-ресурсы. Известный в те времена форум знаменитого и сейчас дрессировщика, где он сам и его коллеги совместными усилиями выработали простой рецепт: поводок был заменен рюкзачком, который Джокер быстро научился воспринимать как временное «место», и даже как будто говорил всем своим видом: «вот это я понимаю место – родное домашние, а вы говорили, что это поводок, я вам совсем дурачок что ли?»
Однако время шло, из группы многие отсеялись, и постепенно выкристаллизовался состав собак, которым удалось повысить свой уровень социализации, разучить большинство команд, и показывать более-менее стабильную «послушку». Наш веселый Инструктор притащил однажды на площадку пугач, и внезапно посреди занятия выпалил в воздух. Кто не знает, в ОКД есть проверка реакции собаки на звук выстрела. Ошарашенные собаки отреагировали кто во что горазд: одни залаяли, другие бросились врассыпную. Наш обормот, уже встречавшийся ранее с разными резкими звуками, в том числе с выстрелами моего газового револьвера, просто недоуменно посмотрел на Инструктора. Потом перевел взгляд на Марину, словно бы говоря: «ребят, ну вы вообще…», после чего подобрал оброненный кем-то из сородичей мячик, понесся играть.
Продолжение следует....
(с) Александр Елисеев, 2020
Все части рассказа про Джокера & Со будут доступны по хештегу
#eliseevbooks_проджокера