Очередная поездка в Краснодарский военный госпиталь. Первый раз я ездила в феврале. Долго потом не могла отойти. Думала, больше не смогу поехать. Тяжело. Поехала.
Уже на взлете. Мы прибыли в военный госпиталь ближе к обеду. Основательно готовились к поездке — собрали много гуманитарки. Так и ехали — в забитом чуть ли не под самый потолок техникумовском автобусе с очень добрым, отзывчивым водителем Николаем Ивановичем. Дорогу в госпиталь он знает, как свои пять пальцев — ехал не первый раз. День выдался страшно жаркий. Но мы на жару не обращали внимания. Нас это вообще не трогало. Нам надо было встретиться с ранеными — вот главное.
Перед КПП остановились: дальше путь закрыт. Советника директора БМТ по воспитанию Нину Феневу здесь знают хорошо, она инициатор поездок, она формирует команду для выезда в учреждение. Заранее у нас попросили список с отксерокопированными документами. Поэтому долго ждать не пришлось. Дежурный с кем-то связывается по рации. Затем пропускают на территорию. Мы уже на взлете — готовимся выносить из автобуса пакеты, коробки, сумки, набитые сладостями, соками, чаем, кофе, медицинскими препаратами, одеждой. Вот специальные штаны, например, сшили переясловские ветераны во главе с Ларисой Обмачевской. В этот раз мне уже было привычнее. Но это пока не попала в сам госпиталь. Несем пакеты по длиннющему коридору. Надо же, в прошлый раз в коридоре не лежали раненые. А нынче — да. Койки стоят в противоположной стороне от палат. Проход узкий. Но ничего, все вмещаются.
А мы — пехота... В госпитале лежат в основном на долечивании после ампутации рук и ног. У бойцов уже сняты бинты. И раны подзажили. Раскисать нечего, надо идти в палаты по этажам. Взяла пакет, набитый до отказа вкусностями. Пошла в хирургию. Тихонько постучала в палату. Тишина. Открываю дверь, мне машут, мол, заходи. Взгляд молниеносно падает на мужчину, с виду ему лет под пятьдесят. Ошиблась, ему только 36. Проглотила предположение молча — вот что делает с мужиком война. Познакомились. Добрый, отзывчивый, он рассказывает о семье.
— Мама у меня такая же, как вы, — с улыбкой говорит дагестанец. — Как она вкусно готовит! Пальчики оближешь! Особенно наши национальные блюда. Папа в доме глава. Это у нас принято. Он сильный и мужественный.
— Ты на него похож? — спрашиваю
— Конечно, — отвечает с улыбкой. — Папа мне сказал: «Ты должен нас защитить». И я пошел в СВО. Мы победим! Я так и своим сыновьям говорю. Их у меня два — шесть лет и четыре годика. Хотите, я покажу своих мальчиков?
Он показывает фотографии детишек, долго смотрит на них, целует и убирает, зная о том, что за день будет любоваться сынишками еще раз двадцать.
Рядом лежит удивительно красивый молодой человек. Тридцатилетний Ислам тоже дагестанец. Он улыбается мне и протягивает руку. В рукопожатии такая теплота, что спазмы сдавливают горло. Молниеносно отдаю себе приказ: «Не раскисать!». Запросто беседуем с ним.
— А мы пехота. Идем напролом, — просто и доверчиво говорит Ислам. — Подлечусь, и опять на защиту. Кто, если не мы?
Встреча с медсестрой. В одной из палат неожиданно встречаюсь с симпатичной молодой женщиной. Кате 42 года. Она только два дня назад попала в госпиталь с травмой левой ноги. Улыбается. В глазах тоже улыбка. Мы беседуем так, будто знакомы всю жизнь. Катя трогательно говорит, что я похожа на ее маму. Мое сердце чуть не разорвалось от волнения. Я обнимаю эту чудесную, темноволосую женщину. Но волю слезам не даю. Катюша из Саратова, где сейчас и мама ее, Татьяна Васильевна, проживает. В этом городе Катя окончила медицинский колледж 22 года назад. Смелая. Настоящая сестра милосердия. Два года работала в московском ковидном госпитале. В мае прошлого года пошла в СВО. И сразу — на Херсонское направление. Строила госпиталь в подземелье вместе с инженерными войсками. Форсировали быстро стройку — в ноябре уже поступили первые раненые. Это были бойцы, защищавшие Крынки, Алешки, другие села.
— У нас есть операционная, терапия, хирургия, — рассказывает Катюша тихим и таким мелодичным голосом. — Мы оказываем самую экстренную помощь, а потом эвакуация тяжелых дальше, в частности, в Краснодарский госпиталь. Знаете, здесь все родные, все свои, хоть я тут и два дня, а сразу почувствовала локоть товарища. Про войну не говорим, хотя я была на передовой фельдшером, спасала мужиков. Все про родных, про дом рассказываем. Я — о сыне. Ему 18 лет. Он учится в московском колледже.
Протез скоро получу. Не скрою, вид молодых людей, двигающихся на костылях или на колясках, производит болезненное впечатление. Сердце начинает ныть. В коридоре знакомлюсь с раненым бойцом. Рядом костыли. Ниже колена нет левой ноги. У меня голос пропал. Беру себя в руки. Валера из Свердловской области.
— Так мы с тобой почти земляки. Правда, я родом из Челябинской.
— Вот это да! Соседи, как никак. Как получил ранение? На мине подорвался, на Херсонском направлении. Протез скоро получу.
У Валерия телефон звонит. Он показывает, чтоб я подождала. Папе звонили дети — их у него трое: два сыночка и дочка. В глазах слезы стоят. Но Валера держится.
Что врач сказал. Новосибирск, Кузбасс, Бурятия, Екатеринбург и много еще других городов. Есть и с Дальнего Востока. Вот один из них передвигается на инвалидной коляске. Ног нет. Жутко! Как вкопанная смотрю на обрубки ног. А молодой парень останавливает коляску и тут же завязывает разговор. Он отъезжает в сторонку, я за ним, мы долго-долго говорим. Ноги он потерял во время боя на Запорожском направлении, попал под удар минометов противника.
— Страшно ли? Да. Но не тогда, когда тебя ранят. Страшно, когда гибнут боевые товарищи. Если страх не преодолеть, то там нельзя выжить.
К нам подсаживается еще один раненый.
— Какое у меня ранение? Осколочное, в ногу. Да по мелочам еще зацепило. Как случилось? Задачу выполняли — противника вытесняли. Погиб при обстреле мой друг, мне вот спастись удалось.
По коридору торопится доктор. Он подходит к бойцу без правой руки и твердо говорит: «Ничего, до свадьбы заживет!»
— А вы откуда знаете, что меня дома ждет невеста?
— А мне положено.
Как потом выясняется, врач Андрей Валерьевич уже три раза был в зоне СВО.
Сжимали мальчика в объятьях.Гуманитарную помощь разнесли по всем палатам. Волонтеры БМТ группы «Крылья добра» просто молодцы! Никита Дубцов, Артем Басай, Артем Опарин, Денис Ермак,мастер производственного обучения Алена Реутова мыли палаты, делали генеральную уборку в коридоре, сестринской, меняли постельное белье. Маленький волонтер из пятнадцатой школы станицы Переясловской девятилетний Илья Фенев разносил чай и кофе раненым. Бойцы крепко пожимали руку мальчику. Они обнимали его. Ведь чуть ли не у каждого дома такие же дети, такие же мальчики и девочки, которые ждут своего папу с фронта. И они, раненые солдаты, представляли, что стискивают в объятиях своих детишек.
Вместо заключения.Гуманитарку собирали, что называется, всем миром. Постарались ученики и учителя 1,6,15, 20 школ, детские сады «Солнышко», «Золотая рыбка», «Белоснежка», переясловские серебряные волонтеры, группа «Вместе мы сила!», активисты ветеранской организации, депутаты, сотрудники администраций — Большебейсугского, Свободненского поселений, райсовета ветеранов, педколлектив и студенты БМТ. Лично — волонтер, приемная мама Елена Юшманова, зампредседателя райсовета ветеранов Татьяна Городова, председатель Переясловской ветеранской организации Лариса Обмачевская.
