Нет повести печальнее на свете... чем байка о назойливом соседе.
Мечта сбылась — я приобрёл домик в деревне в полутысяче километров от Питера. Самое-то расстояние для любителя велопоходов.
Ещё на этапе выбора домика потенциальные соседи подкупили меня своей абсолютно честной и искренней неприязнью к моей персоне. Я так восхитился этим чувством, что даже оставил у них свой велик, чтобы покараулили, пока я осматриваю другие варианты — в моей практике почти беспрецедентный случай доверия к незнакомым людям.
И я не ошибся — велик не пострадал. А что на единственном удобном подходе к моему дому будут жить неприветливые люди со злой собакой — так меньше возможностей для воров что-то незаметно утащить. А пёс ко мне быстро привыкнет. (Сколько знал в своём детстве злых псов - все они понимали, что соседи это соседи!)
Не привык. За шесть лет доверия у него ко мне так не появилось. А у меня возникло нехилое желание сделать из его шкуры коврик для ног.
Соседи! Как много в этом звуке...
Итак пожилая пара за шестьдесят переехала сюда из Москвы и живёт постоянно. Их периодически навещает многочисленная родня. Рудик — некрупный кобель рыжей финской лайки среднего возраста. Очень шустрый. Характер фантастически мерзкий. Хорошо ещё, что Рудик туповат, а не то был бы ещё хуже. И ещё у него есть пунктик — идиосинкразия на велосипедистов. Один Московский Парень (сразу видно — прыткий был малый!) когда-то давно сшиб пса и тот долго болел. После выздоровления Рудик экстраполировал личную неприязнь на всех велосипедистов. И пересматривать свою точку зрения не намеревался.
Я-то привык, что собаки очень быстро привыкают к новым жителям села и концертов уже не устраивают. Рудик не таков — постоянно, выходя с участка, я вижу как на меня с бешеным лаем несётся рыжая бестия. А забора у них нет. Когда длина поводка заканчивается, пёс кувырком летит мордой вниз (ничему жизнь не учит!), а потом вскакивает и принимается с рычанием грызть ремень и бешено рваться с привязи. Хрипит-задыхается, так ко мне стремится. На моей памяти рвал поводок трижды и сразу бросался на меня. И тут-то и видна его недостаточная хитрость (характерная для прямолинейных кобелей) — он преследует меня с громогласными проклятьями на собачьем языке, что позволяет мне развернуться и встретить супостата во всеоружии.
Нет бы взял пример со своей соседки Алисы. Это лайка раза в полтора крупнее Рудика. Тоже довольно дурная на голову (вот сколько я видел лаек в Карелии — ни одной не было придурочной! Везло мне, или там из таких просто шапки делают?). Я долго не воспринимал Алисино пустолайство всерьёз, пока другой сосед не рассказал мне о её выкрутасах. Эта су-бу-ка, как оказалось, давно уже поняла, что человека нужно зайдя со спины тихонько тяпнуть — а там уже и полаять можно — всё равно люди бегать не умеют и Алису не догонят.
Так что хорошо, что до Рудика такой метод не доходит — к его злобе ещё бы смелости и подлости добавить — страшный зверь бы вышел!
И вот он меня догоняет, а я оборачиваюсь. И всё. Пат. Повернусь спиной — укусит, а зубы у него замечательные. На него пойду — отбежит и вернётся. Как-то он так меня выбесил, что я решил Рудика ногами запинать — тоже номер не прошёл! Больно быстрая скотина. Он меня, впрочем, зубами тоже не достал. Руки чесались ему перца в морду пустить — пришлось воздержаться, чтобы не обострять и без того непростые отношения с соседями.
А его хозяин только масла в огонь подлил. Как-то пригласил меня в гости для «примирения» с Рудиком. Посадил меня, значит, в кресло и пса запустил... Нет, рвать зубами он меня не стал. Но, как после выяснилось, сидел я в любимом кресле Рудика! Вот ведь типы Московские — кресла для собак заводят, а потом Питерцев в них сажают! И без того травмированный на всю психику пёс в шоке смотрел на творящийся в доме с попустительства хозяев захватнический беспредел. И думал о чём угодно — только не о примирении. В результате меня объявили трусом — мол, потому и собака бросается. Я был уже готов порвать фуфайку на груди с рыком «спускай своего кабысдоха — щас разберёмся кто кого!»
В том-то и дело, что мы соседи. Если бы такой придурковатый пёс мне где-то на просторах родимого края повстречался, я бы его быстро научил если не уважать себя, то уж бояться точно.
Раза три пересекался с Рудиком в лесу. Конфликт всегда развивался по сходной схеме: пёс с диким лаем несётся за мной, а чуть позже я с безотказными матюгами гоню пса обратно! Маугли становится моим кумиром — ведь он был известным профессионалом по борьбе с рыжими псами (имелись в виду у Киплинга дикие собаки-дхоли, они же красные волки).
И, главное, ведь полная деревня собак. И на какую ни погляди — все нормальные. Или вовсе симпатичные. Скажем снежно-белый Каспер — большая пушистая лайка. Пёс очень уверен в своих силах. Поэтому и ведёт себя прилично, в лесу ли я его встречаю, на дороге или же он заходит со мной поздороваться ко мне на участок. И не брешет направо и налево.
Что же ты не лаешь, лайка?
Да вель я не пустолайка.
Лайки, честно говоря,
Очень редко лают зря.
Стихотворение Бориса Заходера.
А тут Рудик. С полной коллекцией вполне человеческих комплексов. Глядя на его беснования я не сразу и понял, что кобель трус. Удостоверился же я в этом предположении, когда услышал о его бое с енотовидной собакой. Шуму они подняли на всю деревню, но маленькая тануки себя отстояла. Как так?! Их же лисы спокойно убивают и едят — а Рудик в два раза больше любой лисы. Видимо, охотничий инстинкт сочетается с неуверенностью в собственных силах.
Ох уж эта охота к охоте! Проклятого рыжего пустолая спускают с привязи побегать в шесть утра. Носится по деревне, ищет живые объекты для своего пристального внимания. Как-то задрал хорька — размерчик оказался по силам. Иногда находит ежика — буря эмоций и всё мимо кассы. Хуже всего, когда белка или куница залезают от погони на дерево — встанет внизу и будет, зараза, заливисто лаять часы напролёт, пока хозяева не придут и не отконвоируют его, в конец охрипшего, к месту работы.
В это время может и заглянуть ко мне на участок — у меня забора тоже нет. Чувствует себя явно неуверенно — границу своей земли я пометил понятным псу методом известного исследователя полярных волков Фарли Моуэта (помочившись по периметру). Так что Рудик понимает, что вторгся на чужую территорию и хулиганит. Поэтому ведёт себя нахально и готов к поспешному бегству.
Несколько раз он заставал меня врасплох и в дневное время, отвязавшись, или уйдя в самоволку с утра. Так вот пилишь что-то во дворе, увлечёшься, а тут перед лицом щёлкают белые зубы и начинается приступ дикого лая. Кончалось всегда одинаково — я хватал первый же годный на роль транклюкатора предмет и устремлялся в погоню.
Сначала пёс удирал со всех ног, потом же прикинул разницу в скорости нашего бега и совсем обнаглел. Однажды даже в дом ко мне запёрся. Тут уже мне потребовалось успокоиться — а то было горячее желание поставить на доставучего пса капкан и провести экспресс-версию разговора на тему «Собака — друг человека».
Ладно, испробую более гуманные методы.
Поскольку палкой или плёткой пса не зацепишь, имеются в человеческом арсенале и метательные виды оружия. Цель не травму наносить, а демотивировать. Отсюда и средства: начал с метания булыжника обыкновенного. Просвистевший прямо над ухом лайки снаряд оказал нужное воздействие — Рудик поджал хвост и убежал. Долго потом не забредал.
Последний вариант был с рогаткой. Пёс снова успел охаметь. Залез мне на крыльцо и гавкает в открытую дверь.
Выхожу — стоит наизготовку на травке метрах в восьми от меня. Хвост бубликом, морда наглая: «Ну, давай, догоняй!».
Прицеливаюсь. Отпускаю резинку. Гайка влетает собаке под ноги и зарывается в землю. Наслаждаюсь зрелищем поспешного отступления противника.
Всё же одна черта объединяет меня с соседями: они тоже любят птичек. Прикормленные ими синицы зимой аж на голову садятся.
Раз на Новый год прилетел к ним на участок мохноногий сыч. И съел синицу. Не ограничившись этим поступком он залез в курятник и устроил там страшный переполох! Зачем полез - непонятно. Курица ему явно не по размеру, а петух и вовсе укокошить способен. В конце концов маленькая сова нашла какую-то леску, вся ей обмоталась и свалилась совершенно беспомощная.
Когда я явился с реки (как раз наблюдал там серую цаплю - и это в январе! - и белохвостого орлана), то увидел соседа, пытающегося распутать сыча. Тот "помогал" по мере сил - кусался, царапался и орал.
Вдвоём освободили сову. Рудик не переставая покрывал меня инвективной лексикой на среднесобачьем. Жутко надоел!
...
Весной 2023 года ко мне заглянул очаровашка-Каспер. Настоящая собака-улыбака! Проверил, всё ли у меня в порядке, позволил выбрать колючки из его великолепной шерсти. И почесать красавца за ухом. Потом пёс удалился к себе.
На следующий день приехали соседи. И все три их собаки сразу понеслись на мой участок с громким лаем... Не успел я что-то начать делать, как примчался Каспер и погнал захватчиков прочь! Далее рядом творилось что-то очень громкое и непонятное, судя по всему, все три пса драпали от Каспера, а за ним гонялись соседи😂🤣
После этого долгое время Рудик и носа не совал на мой участок, останавливаясь чётко на границе наших владений.
В общем, какие-то правила добрососедских отношений он всё же усвоил.
П.С. Да и напоследок пара анекдотов про двух других соседских собак.
Один из них серо-чёрный спаниель. И с ним одна и та же канитель. Когда я приближаюсь с соседскому дому, неважно, пешком или на велике, раздаётся злобный лай Рудика. Спаниель — его никогда не привязывают — со звонким тявканием несётся в мою сторону. Пробегает мимо, не обращая на меня никакого внимания, и устремляется мне за спину. После чего возвращается к Рудику, выражая всем своим видом: «И чего вы, коллега, так раскричались? Где враги-то?»
Вот и действительно — где?
А второй пёс напоминает окраской чёрно-подпалого добермана. Но размерами не превышает кошки-подростка, отощавшей словно Оливер Твист. Не могу понять, что за порода: для той-терьера соседский питомец вроде великоват, а для карликового пинчера слишком лёгок. Но не суть.
Услышав Рудиковы хриплые завывания, эта модель собаки стремительно устремляется за мной в погоню. Страха у чудо-зверя никакого — бросается прямо под колёса, ставит мне на ботинок лапки чуть толще карандаша и «устрашающе» на меня лает фальцетом. Главная задача — не раздавить ненароком.
Однажды самоуверенное чудо-юдо вторглось вглубь моей территории и принялось меня облаивать уже там. Примем меры. Прихватив двуручный топор (:-)) захожу полукругом потихонечку-полегонечку, отрезая путь отступления. А потом с воем бросаюсь на крошечную собачку, вращая колуном над головой!
Пёсик понял мой намёк и стремительно убёг.
Больше он ко мне не совался.
Вот так в деревне и развлекаемся.