Энакин Скайуокер печально известен своим переходом на тёмную сторону Силы, но к этому падению приложили руку многие персонажи.
Одна из главных проблем, с которой сталкиваются джедаи, - это попытка исключить эмоции из своих решений, но в случае с Энакином всё было намного сложнее. Он был эмоционально привязан к нескольким людям, а его желание защитить тех, кто был дорог сердцу, часто заставляло его принимать сомнительные решения, которые вели его всё дальше по тёмному пути.
Естественно, в первую очередь в своём падении Энакин виноват сам, но справедливо отметить, что некоторые персонажи аккуратно подтолкнули его в спину. Давайте посмотрим на несколько таких примеров.
Приятного чтения!
Палпатин
Палпатин более десяти лет готовил Энакина к тому, чтобы он стал его новым учеником. Он не только остро чувствовал неуверенность и тьму могущественного джедая, но и активно подпитывал их, чтобы быстрее склонить на тёмную сторону. Будучи Верховным Канцлером, Палпатин установил товарищеские отношения с Энакином, что пробудило в нём доверие, и в какой-то момент Энакин даже считал Палпатина своим другом и наставником.
Палпатин сделал много удачных шагов, но последним его ходом стало убеждение сомневающегося джедая, что только он сможет обучить мудрости, которая спасёт Падме. Также Палпатин умело посеял семена недоверия к джедаям, что облегчило ему обращение Энакина на тёмную сторону даже после раскрытия своей истинной личности как лорда ситхов.
Падме Амидала
Тайная свадьба Падме Амидалы с Энакином стала одной из главных причин его падения на тёмную сторону. Его эмоции и любовь к ней часто затуманивали его рассудок и иногда приводили к вспышкам неконтролируемой ярости. Позволяя эмоциям брать верх, Энакин балансировал на грани тёмной стороны, что облегчало Палпатину работу.
Кроме того, во время «Мести ситхов» беременность Падме сильно тревожила Энакина, у которого были неприятные видения. Именно эти видения заставили в итоге принять помощь от Палпатина, а в конце третьего эпизода именно слова Палпатина о том, что Энакин, якобы, сам уничтожил Падме, окончательно сломили его и стали точкой невозврата. Именно любовь к Падме стала одной из основных причин падения, но любовь к детям стала тем, что вернуло Дарта Вейдера к свету в шестом эпизоде.
Асока Тано
Асока Тано, падаван Энакина, хоть и не сыграла такой большой роли в его падении на тёмную сторону, но и мало чем помогла ему в трудный час.
В конце 5-го сезона "Войн клонов" Асоку обвинили во взрыве в Храме джедаев и ещё ряде преступлений. Хотя Энакин в конце концов нашёл настоящего преступника, Баррисс Оффи, и привлёк её к ответственности, Асока была разочарована и больше не верила в Орден джедаев, решив покинуть его.
Эта ситуация ранила Энакина. Он чувствовал, что подвёл её как мастер, а она его как ученица. Впоследствии, когда они ненадолго воссоединились в 7 сезоне «Войн клонов» перед осадой Мандалора, Асока, казалось, всегда была холодна с Энакином. Хотя Энакин хотел узнать, как у неё дела, она просто хотела обсудить стратегию и сказала, что позже будет время наверстать упущенное. Асока хорошо знала своего учителя и должна была почувствовать тьму, поднимающуюся в нём, но она этого не сделала.
Совет джедаев
Важным фактором, способствовавшим падению Энакина на тёмную сторону, стал Совет джедаев. Совет, возглавляемый великим магистром Йодой, отказался присвоить Энакину звание магистра, несмотря на то, что он уже заседал среди них. Более того, Мейс Винду открыто заявил Энакину о своём недоверии, хотя тот неоднократно доказывал свои способности и преданность Ордену.
Джедаи сбились с пути ещё до того, как Энакин присоединился к ним, но, тем не менее, они его подвели, и их высокомерие стало их окончательным падением. Из-за того, что они не доверяли Энакину, в нём посеялись ответные семена недоверия, а позже Палпатин использовал поручение шпионить за Канцлером в своих целях. Если бы Джедаи и Йода были более внимательны к растущей тьме внутри Энакина, Совет джедаев, возможно, смог бы противостоять соблазну тёмной стороны и Палпатину. Вместо этого они изолировали Энакина и, по сути, оставили его один на один со своей внутренней тьмой.