Под мерный стук вагонных колёс ему, на удивление, не спалось. Более двух лет он не был в отчем доме. И пассажирский состав, как ему показалось, издевательски медленно плёлся в направлении Киева.
- Уважаемые пассажиры, мы подъезжаем к пограничному пункту пропуска Суземки. Просим Вас подготовить документы и личные вещи для пограничного контроля и таможенного досмотра. Во время стоянки выход на перрон строго воспрещён. Благодарю за внимание! – в голосе бригадира прозвучали едва уловимые нотки сожаления.
(начало всей этой истории в романе "Неожиданный поворот" - здесь)
- Дожили, - проворчал попутчик генерала Ставрова. Он, громко кряхтя, уселся возле стола и сдвинул занавески. Немного поглазел через мокрые от дождя стекла и покрутил головой.
- Дожили, - повторил он и уставился на попутчика. Вот скажи мне, Андрей Николаевич. Представь, если бы ты вдруг служил в Советской Армии и тебе предложили продолжить службу на Украине, ты бы стал принимать присягу новой страны?
- Трудно сказать, Валерий Николаевич. Я никогда не служил и присяги не принимал. Стал студентом, а потом один завод, другой. Затем бизнес.
- Вот именно! Бизнес! – с отвращением произнёс сосед по купе и потянулся за документами.
Вас бизнесменов собрать бы всех и на Колыму, чтобы знали, как оно живётся простому народу. Вам не понять, что значит сводить концы с концами. Да ещё тут эту дурацкую границу придумали. И чего не жилось вместе? Нет. Это всё вы виноваты, бизнесмены, - последнее слово совершенно седой мужчина лет шестидесяти пяти произнёс с явным раздражением.
Он раскрыл паспорт гражданина Украины, перелистал от корки до корки и небрежно бросил его на стол.
- Вот и мой сын отказался принимать присягу. А служил ведь в тридцати километрах от дома. Казалось – почему не служить? У нас и хозяйство своё и пруд рядом. Да и чернозём какой. Воткни в него палку, и она прорастёт.
- А почему он не стал присягать? – «Ставр» ради любопытства задал этот вопрос.
В своё время перед ним, как и перед сотнями тысяч офицеров и прапорщиков остро встал выбор: хочешь служить на Украине – принимай присягу. Иначе никак.
Попутчик хмыкнул и потянулся рукой к подстаканнику. Ещё с вечера оставшийся чай приобрёл коричневый цвет.
Отхлебнув холодную жижу, он поморщился и, не опуская руки, исподлобья усмехнулся.
- Идейный он у меня. Видите ли, у него есть офицерская честь. Можно подумать, что она важнее, чем мать с отцом.
Попутчик продолжал браниться, изливая душу и, понося, на чём свет стоит тех, кто развалил Союз…
Ставров смотрел невидящим взглядом на этого человека и вспоминал свой вызов в управление кадров в конце девяносто первого года.
Начальник отдела с раздражением смотрел на очередного офицера, который возжелал проходить службу по прежнему месту и швырнул перед Ставровым лист бумаги с текстом на украинском языке.
Пробежав взглядом по диагонали, офицер с удивлением поинтересовался:
- Что это?
Полковник Воронов подался вперёд и проскрипел, стиснув зубы:
- И как же ты собрался здесь служить, якшо не розумеешь украинскую мову?
Капитана Ставрова покоробило от услышанного. Он усмехнулся и покрутил головой.
- Что не так? – поинтересовался кадровик.
- Ну, у Вас, товарищ полковник и произношение. Мне бы за такое Людмила Сергеевна впаяла бы двойку сразу.
Андрей обучался в русскоязычной школе, но с обязательным изучением украинского. И великолепно общался «на мове», беря за идеал произведения Тараса Шавченко и Леси Украинки, Владимира Сосюры и Михаила Кочубинского.
Он и прожил в этой стране более десяти лет. Оттуда дважды уходил в Афганистан.
- Присяга, если ты такой розумный, - вновь коверкая слова, произнёс Воронов.
- Товарищ полковник, но ведь я же принимал один раз присягу. И это была присяга на верность всем народам СССР.
- Капитан, если хочешь служить здесь – ставь подпись и свободен!
Ставров положил лист с текстом на стол и принял строевую стойку.
- Извините, товарищ полковник. Но я присягать дважды отказываюсь! Честь имею!
Чётко развернувшись кругом, Ставров уверенной походкой направился к выходу.
- А ну, стоять! – прогремел Воронов и резко поднялся из-за стола. Обойдя его, он подошёл к Андрею и пристально посмотрел ему в глаза.
Ставров взгляд не отвёл, при этом отметил, что на губах полковника мелькнула едва заметная улыбка.
- Ты это серьёзно?
- Вполне, товарищ полковник. Разрешите идти?
Воронов раскинул руки в стороны и заключил Ставрова в крепкие объятия.
- Спасибо тебе, капитан. Ты не поверишь. Ты всего лишь третий за две недели, кто отказался служить здесь.
Андрей с удивлением посмотрел в глаза полковнику и увидел в них искреннее уважение.
- Присядь, - кадровик указал рукой на стул и занял место напротив.
Веришь, я сам жду – не дождусь, когда меня командующий отпустит. Я ему обещал отработать месяц. Послезавтра вновь понесу ему рапорт. Не могу я на это смотреть, капитан.
На многозначительный взгляд разведчика Воронов слегка усмехнулся и опустил глаза вниз.
- Нет, Боже упаси, я никого не обвиняю. Каждый выбирает свой путь. Людей можно и нужно понять. Почему же не служить рядом от родного дома? Почему не быть неподалёку со стареющими родителями? Всё правильно. Но знаешь, капитан, что меня больше всего удивляет и злит?
Заставляют принимать новую присягу. Ладно, если бы тех, кто впервые вступает в ряды. Но ломать через колено офицерскую честь…
Он замолчал и крутанул головой.
- Товарищ полковник, не ради громких слов, мы не на партсобрании сейчас. Офицерскую честь через колено не переломить. Она либо есть, либо её нет. А тех, кто остаётся здесь и рвётся на эту благодатную землю – надо понять, простить и принять. Главное, чтобы бандеровцам и ОУНовцам (ОУН – организация украинских националистов, запрещённая в РФ) не дали волю. Они вмиг тут всё с ног на голову поставят.
- Эка ты хватил, капитан. Не переживай. Уж до этого не дойдёт никогда. На Украине три города героя. Киев, Одесса и Керчь. Да я себе даже в страшном сне представить не могу, чтобы тут подняла голову коричневая нечисть. Не будет этого! – уверенно заключил полковник и поднялся.
Пожал крепко руку Ставрову и проводил его взглядом до двери.
Ни Воронов, ни Ставров, ни те, кто по разным мотивам остался или приехал служить на Украину или отказался от этого, даже представить не могли, что придёт то страшное время, когда сосед на соседа, друг на друга, брат на брата, отец на сына, будут смотреть сквозь прорезь прицела…
Попутчик продолжал делиться своими умозаключениями, искренне надеясь, что его слышат.
Ставров согласно кивал головой, при этом вспоминал реакцию родных на своё решение.
Сестра устроила истерику, не стесняясь в выражениях. Мама тихонько плакала, вытирая слёзы, и сквозь их пелену смотрела на отца.
Дескать, что ты скажешь?
Отец сидел чернее тучи. Он молчал. Затем тяжело поднялся из-за стола и проследовал в прихожую. Набросив на себя старую лётную кожанку, молча вышел из дома.
Андрей проследовал за ним. Они шли к гаражу, где всё своё свободное время проводили, ремонтируя старенький «Москвич» или готовя снасти на очередную рыбалку.
Отец открыл тяжёлую створку двери, вытащил табуретку на улицу и тяжело опустился на неё.
Он ещё немного помолчал и, подняв на Андрея глаза, полные печали и разочарования, произнёс:
- Ты всё правильно сделал, сынок…
За воспоминаниями и непрекращающимся рассказом попутчика незаметно пролетело время.
Андрей стоял в коридоре вагона и любовался красавцем городом-героем Киевом.
Вот уже и железнодорожный мост. Солнце блеснуло на куполах Киево-Печерской лавры. Вот памятник Родине-Матери. И Днепр широкий, несущий свои воды куда-то далеко-далеко.
Попрощавшись с попутчиком, Ставров пожал ему руку и тихонько произнёс:
- Валерий Николаевич, а на сына зла не держите. Он поступил по совести. Судя по всему, Вашей семье это слово не чуждо.
- Спасибо, Андрей Николаевич. Я тебя так и не спросил, а что у тебя за бизнес такой, коль ты так здраво рассуждаешь?
Ставров широко улыбнулся.
- Борьба с паразитами и прочей скверной…
Через пять минут он уже находился в объятиях своего школьного и боевого товарища Саньки Зайцева.
- Молодец, что вырвался. Тут наши ребята в коем веке решили годовщину вывода из Афгана отметить.
В прошлом году не удалось. Сразу трое наших хлопцев перед самым праздником погибли при странных обстоятельствах. Ладно, чего я тебя гружу! Пойдём к машине. Там поболтаем.
- Дорогу до Борисполя ещё не забыл? – Санька покрутил в руках ключи и, улыбаясь, швырнул их Ставрову.
Проезжая мимо поворота на аэропорт, Андрей бросил долгий взгляд направо.
Над ними пролетал роскошный Боинг-747, набирая высоту и убирая шасси.
- А что ты хотел? Аэропорт международный. Ну, что? Сразу ко мне или на кладбище? – Зайцев провожал взглядом удаляющийся лайнер.
- Давай сразу к ребятам, а затем уже и к родителям заедем, поздороваемся, - произнёс Андрей, чувствуя, как сердце сжимается и пытается выскочить от вида знакомых домов, тропинок и деревьев в яблоневом саду.
Доехав до кладбища, друзья отошли от припаркованного автомобиля.
- Андрей. Я хочу, чтобы ты понимал. Здесь уже начались необратимые процессы. Пока ещё у нас проводятся совместные Парады Победы. Пока мы ещё состоим в единых Вооруженных силах содружества. Но разлом уже наметился.
В нашей бывшей структуре появились джентльмены с явным английским акцентом. Вместе с тем, кое-какую информацию относительно твоего запроса мне получить удалось.
Шамиль готовит очередную громкую акцию. В каком городе – пока не понятно. Однозначно это будет Кавказ. Возможно Махачкала или Нальчик.
- Спасибо, Саня. Мы уже отрабатываем эту версию…, - Ставров наклонился к продавщице цветов и взял в руки огромный букет роз.
Расплатившись, он прошёл несколько шагов и бросил взгляд на погост.
- Саня, а среди этих с английским акцентом, не встречался ли тебе некто мистер Уотерс?
- Вчера прилетел. А ты, что, знаком с ним? – с удивлением произнёс Зайцев.
- Приходилось.
Продолжение следует - здесь
2005-й год набирает свои обороты, ежедневно сталкивая на жизненном пути злодеев и Людей Чести. Борьба со злом продолжается...
Дорогие читатели, мы продолжаем рассказ о наших героях в этом романе.
Если история Вам интересна - можете поставить лайк, буду признателен Вашим комментариям, подписке на канал и рекомендациям его для друзей. ЭТО ОЧЕНЬ ПОМОЖЕТ РАЗВИТИЮ КАНАЛА.
В планах автора выпустить печатную версию данной истории. Пять романов уже в книжном варианте. Шестой - верстается.
Мои книги периодически отправляются на фронт, к нашим ребятам. С благодарственной подписью и пожеланиями от автора и всех нас...
При желании оказать помощь в издании авторских трудов можно произвести перевод на карту 2202 2016 8023 2481
Все совпадения имён и фамилий являются случайными. Развитие событий и их описание является художественным вымыслом автора)))
Искренне Ваш Позитивчик (Николай Беляков)
Честь имею! И до новых встреч!
#армия и спецслужбы #Украина и Кавказ#рассказы и повести #приключения #мужество и героизм