Многие наверняка удивятся, если узнают, что несколько веков назад глагол цѣловати вовсе не означал прикосновения губами. Словари древнерусского языка его основное значение интерпретируют, как «приветствовать, здороваться».
В церковнославянском тексте Евангелия от Матфея читаем фрагмент, в котором римские солдаты надели Иисусу на голову венок из терна, дали Ему палку, символизирующую скипетр. Насмехаясь, воины становились перед Ним на колени и целовали Его фразой «радуйся, Царь Иудейский», пародирующей известное латинское приветствие императора: «Ave, Caesar, victor, imperator!» («Здравствуй, Цезарь, победитель, император!»)
Очевидно, что глагол целовали здесь означает лишь «приветствовали». То же и других контекстах: Входѧ́ще же въ до́мъ, цѣлуйте є̂го̀, глаго́люще: ми́ръ до́му сему (входя в дом, приветствуйте его, говоря: Мир дому сему!)
Попытки разобраться в этой метаморфозе приводят к интересным открытиям.
В словах целовать, поцелуй явственно слышится корень цел-, от которого также образованы слова целый, целостный, целительство, целебный, исцеление. Провожая родственников на войну, наши предки желали им вернуться целыми и невредимыми, то есть без увечий, с руками и ногами. Но представление о здоровье как о целостности организма, видимо, имеет более широкий круг ассоциаций.
В христианской традиции больных исцеляют через таинство соборования. В этом слове можно услышать «собирание воедино». В евангелии от Иоанна читаем (5.14): Се цѣлъ ѥси, къ томоу не съгрѣшаи. В современном переводе эти слова звучат: Вот, ты выздоровел, не греши больше. Нередко, в минуты недомогания мы говорим, что разваливаемся на части, рассыпаемся, голова раскалывается, сердце разрывается и т.д. Очевидно, что, когда мы целостны, у нас все на месте и ничего не болит.
Сходные мотивы находим и в других языках. Так, по-английски «здоровье» звучит как health, которое, как говорят, происходит от whole (англосаксонский) – «целый, целостный». Сюда же относится и глагол hail «приветствовать, окликать», и, вероятно hello.
Как видим целование первоначально – это пожелание целостности, то есть здоровья. Именно этот же смысл передается и современными здравствуй и будь здоров.
Но как же так получилось, что словом, означающим пожелание здоровья, мы стали обозначать прикосновение губами? Попытки ответа на этот вопрос иногда выглядят весьма забавно. Так, А.В. Семенов в своем «Этимологическом словаре русского языка» указывает на то, что в Древней Руси целовати, кроме приветствия, означало также «приносить присягу» и «преклоняться». Во многом именно благодаря последнему значению «преклоняться» некоторые исследователи сделали вывод, что глагол целовать образовался от существительного чело (лоб). Всем известно выражение челом бить. А ведь данный фразеологизм трактуется как просьба и нередко просьба через унижение, преклонение.
В пользу этой версии говорит и тот факт, что в некоторых летописных документах прошлого зачастую наблюдается замена буквы «ч» на «ц», то есть писалось цело вместо чело. Поэтому, делается вывод, что глагол целовать произошел от слова чело.
Вероятно, что истина где-то посредине. Целовать (в современном значении) происходит от прикосновения губами к святыням. До сих пор сохраняется обычай прикладываться к иконам, к мощам святых для исцеления от различных недугов. Видимо, первоначально целовали иконы с намерением получить исцеление, т.е. восстановить здоровье. Затем обычай прикосновения губами сам стал называться целованием. Не исключено, что ритуал восходит к идее симпатической магии, о которой мы говорили в материале «Симпатичный текст». Если это так, то, несмотря на отрицание и порицание всякого колдовства, Церковь практиковала таинство исцеления через прикосновение к святыне. Ключевым мотивом здесь, конечно, выступает интенция соединения с предметом культа.
Поцелуй и сегодня – это символический акт слияния с ближним, выражение духовного или душевного единения с ним.
Священнослужители включили поцелуй в церковный ритуал, применяя его при крещении, исповеди, посвящении, погребении, бракосочетании и пр. В православной церкви есть обычай целовать руку архиерея при благословении, также священнослужители обмениваются взаимным поцелуем на литургии. Святое целование имело место при древнехристианских трапезах; поцелуем обменивались прихожане при посещении церкви. Среди православных повсюду распространен пасхальный обычай троекратного лобызания. Древним христианам известны и поцелуи почитания. Евангелист Лука рассказывает о грешнице, лобызавшей ноги Христа. Во многих странах принято целовать при присяге крест или распятие.
В текстах Евангелий на греческом поцелуй обозначался глаголом ἐφιλήσεν, которые восходит к основе φιλέω (нить, связь). Именно намерение душевного и телесного соединения выражает поцелуй матери и ребенка, поцелуй влюбленных. В этимологическом словаре под редакцией Шапошникова читаем: приветственный поцелуй у древних славян был равносилен словесному пожеланию здоровья, целостности, неподверженности разрушению. Позднее произошел переход слова из религиозной лексики в общий язык. Подобные представления были присущи древним балтам и германцам.
Интересно, что существительное поцелуй по форме совпадает с императивом однокоренного глагола – поцелуй (его).