После свадьбы Яне с Павлом пришлось жить у его родителей, поскольку средств на аренду отдельного жилья не было.
- Ничего страшного, это временные неудобства, - убеждал её муж.
- Но мне нужно как-то оборудовать рабочее место, учитывая дистанционную работу, - сомневалась Яна.
- Родители и я утром уходим, приходим поздно вечером, так что тебе мешать никто не будет, - убеждал он. - Бабушка большую часть времени проводит в своей комнате, всё сложится хорошо, не переживай!
Яна оптимизма мужа не разделяла, а необходимость оставаться наедине с Антониной Ивановной вообще её пугала. Мать свёкра страдала от деменции и большую часть времени находилась в спутанном сознании. Отдавать её в приют родители не хотели и старались ухаживать за бабушкой собственными силами. Свекровь утром её кормила, оставляла в комнате для старушки еду и закрывала дверь. В ней не было открытых розеток и потенциально опасных предметов. Большую часть дня бабушка спала под воздействием препаратов, а вечером домочадцы её кормили, купали и переодевали.
- Так это замечательно, что Яна трудится из дома, - как-то сразу обрадовались родственники. - Будет присматривать за Антониной Ивановной.
- Но у меня нет в этом опыта, да и свободного времени, - сразу пыталась отбиться Яна. - Я боюсь что-то сделать неправильно или навредить бабушке.
- Не волнуйся, милая, я тебе всё расскажу, научу, да там ничего сложного и нет, - тараторила свекровь. - Утром и вечером я буду сама всё делать, а тебе останется только в обед покормить Антонину Ивановну и просто периодически заглядывать к ней в комнату.
Яна пыталась у мужа поддержку получить, Павлу было жаль жену, но и родителей он понимал.
- Бабуля в таком состоянии последние три года, - рассказывал он. - Доктора честно сказали, что ничего изменить уже не получится, остаётся просто смириться и ухаживать за ней.
- Но до нашего переезда твои родители же как-то справлялись с ситуацией, - не горела желанием вникать в семейные проблемы Яна. – Может, и дальше всё стоит оставить по наработанной схеме?
- Но сейчас же ты тоже часть семьи, можешь подстраховать, - не понимал он причины такого настроения жены. – Зай, там нет ничего сложного.
Яне было страшно оставаться в одной квартире с больным человеком. Она прислушивалась к каждому звуку за дверью и периодически заглядывала в замочную скважину. Большую часть времени Антонина Ивановна, действительно, спала, а в свой обеденный перерыв Яна её кормила, а потом быстро пыталась что-то проглотить сама и вернуться к работе за компьютером. Через пару недель она, в принципе, уже почти привыкла к такому режиму и перестала паниковать.
- Вот видишь, ты только зря переживала, - успокаивал её Павел. - Всё устроилось хорошо и удобно для всех.
Яна на самом деле так не думала, но головой кивала и пыталась действовать по инструкциям свекрови. Вдохновлённая ответственностью девушки, свекровь всё чаще «не успевала» кормить Антонину Ивановну по утрам, ссылаясь на занятость.
- Ну, ты же всё равно весь день будешь дома и торопиться тебе некуда, вот и накорми бабушку кашей, - говорила она. - Я завтрак на всех пока приготовила, уже времени не остаётся.
Яна кормила, убирала и даже в свободную минуту разговаривала с Антониной Ивановной, несмотря на то, что бабушка существовала в своём мире, и каждый раз называла жену внука разными именами, не запоминая её. Просветы в сознании случались крайне редко, и тогда старушка становилась ещё более жалкой. Она просила рассказать последние новости, осведомлялась делами домочадцев и жадно слушала информацию. Но через минуту опять сознание перегружалось, и никто не знал, что будет в ближайшее время.
- Я так больше не могу, - честно говорила Яна мужу спустя три месяца такой жизни. - Твои родители в будние дни на работе, а в выходные уезжают на дачу, а я всё время сижу в квартире с больной бабушкой.
- Не преувеличивай, - не понимал проблему Павел. - Мать с отцом дачей занимаются не только для себя, но и для нас. Бабушка наша спокойная, и вообще, у тебя больше всех свободного времени ещё остаётся.
В этих словах Яна прямо слышала выражения свекрови, догадываясь, что она сына убеждает в необходимости и дальше так продолжать жить. Но девушка была против, и не только из-за физической усталости и отсутствия возможности для нормальной работы. У Яны каждый раз душа рвалась от вида беспомощной и потерянной старушки. Свёкр заглядывал к бабуле только вечером, а потом норовил поскорей убежать смотреть телевизор. Свекровь кормила и убирала с брезгливостью и злобными высказываниями.
- Ты на меня не смотри с таким осуждением, - говорила Людмила невестке. - Ты за три месяца устала и постоянно ноешь, а я почти три года за Антониной Ивановной каждый день хожу.
- Может честнее будет оформить её в приют? - не понимала такой подход Яна. - Можно выбрать государственный или частный пансионат с профессиональным уходом и хорошим отношением.
- В частном придётся огромные деньги выбрасывать, а на государственный надежды нет, - отвечала свекровь. - К тому же, что скажут родственники и соседи?
- Какая разница, что они скажут или подумают? - не понимала Яна. - Но так реально стало бы всем легче и проще жить.
- Вот своих родителей и будешь оправлять, куда захочешь, - обиделся отец Павла, когда услышал эти женские разговоры. – Вы, молодые, привыкли сейчас на других ответственность всё время перекладывать.
Яне было очень обидно, поскольку по факту родня мужа пыталась именно на неё навешать обязанности по уходу за больным человеком. Она пыталась с Павлом по этому поводу поговорить, но он явно был на стороне родителей.
- Давай уедем на съемную квартиру, я больше так не могу, - просила она мужа. - У нас нет личной территории, у меня не получается нормально работать из дома и с твоими родственниками отношения хуже с каждым днём становятся.
- Зай, пока никак не получится, для этого денег нужно много, - оправдывался Павел. – А мы за автомобиль ещё кредит платим.
Яне всё чаще хотелось сбежать из этой квартиры, о чём она даже с мамой поделилась. Только Светлана при всей любви к дочери просила её хорошенько подумать о сохранении брака и добрых отношениях с родителями мужа.
- Не поймёт и не простит тебе Павел такой поступок, - говорила она. - Вам нужно вместе прийти к одному решению.
- А если я не смогу от него дождаться и добиться решительности? - сомневалась Яна.
- Если поймешь и почувствуешь, что готова поставить точку в семейной жизни, мы всегда примем и поддержим, - честно отвечала Светлана. – А если для тебя важна семья, тогда нужно с мужем вместе всё решать.
Яна, правда, пыталась «всё решать», только не получалось ничего. Антонина Ивановна находилась в плачевном состоянии и за последний месяц несколько раз вела себя агрессивно. Она бросала посуду с едой и кричала, чем пугала не только домочадцев, но даже соседей за стенкой.
- Ты понимаешь, что самостоятельно я не справлюсь с бабушкой, если ситуация повторится? - пыталась она достучаться до мужа.
- Ты предлагаешь мне уволиться и сидеть рядом с бабушкой? - нервничал Павел.
- Я предлагаю определить Антонину Ивановну в пансионат, - видела единственный выход из ситуации Яна.
- Мне казалось, что мы одна семья и справимся со всеми проблемами, - расстроился Павел. - А ты постоянно ноешь, бабушку предлагаешь выселить, а бабуля, между прочим, каждое лето брала меня к себе на каникулах. А если я заболею, тоже меня бросишь или сдашь куда-то?
Яна устала и больше не могла существовать в такой ситуации, всё отчетливее осознавая желание сбежать из этого дома. Ещё раз попыталась честно с мужем поговорить, потом вещи собрала и к родителям вернулась.
- Раз ты так решила, уговаривать не стану, значит, наша семья не выдержала испытания проблемами, - сказал на прощание Павел.
Яна оставила на тумбочке кольцо, собрала личные вещи и попрощалась с Антониной Ивановной. В глубине души было искренне жаль бросать старушку, которая, по сути, никому не была нужна. Родственники не считали нужным оформить её в приют только ради сохранения собственной репутации и желания сэкономить деньги. Такое поведение Яна считала более циничным, чем собственный побег. Хотя на душе почему-то было гадко и противно, потому что она чувствовала себя предательницей.