Недавно написала, что Василиса в стрессе. Теперь рассказываю подробности.
В стрессе не та Василиса, которая в январе приехала от умирающей бабушки, а та Василиса, которую нам привезли в вагонзавода.
Сразу как только она оказалась у нас, мне захотелось называть эту малышку Василисой. Но Василиса то у нас уже была! Тогда я обратилась к вам, и вы предложили мне много красивых и подходящих имён. Я пробовала все! Честно, подставляя ей мисочку под нос или гладя, называла её разными именами, пыталась привыкнуть. Но стоило мне споткнуться о неё во время раздачи еды, например, как у меня вырывалось: «Ой, Василисонька, прости». Имя Василиса рвалось из самого сердца. Решила, что пусть будут две Василисы.
И тут недавно, проходя мимо Василисы первой, подумала — вот щекастая матрёшка-то стала. И осенило! Ну конечно! Никакая она не Василиса — она Матрёна!
Так с самого начала было. Не люблю, когда кошки приезжают уже с именами. Иногда моё видение имени конкретной кисуни совпадает с тем, что уже есть. Но иногда имя мне кажется совсем не подходящим, и тогда начинаются мучения. Имя получается не из души/сердца/мозга родилось, а было надставлено кем-то другим, и мне с этой пристройкой жить. Кто-то скажет, что мол ерунда какая-то, а мне это важно, ну не виновата я, что с такими завихрениями родилась, я ж не специально.
Честно скажу, если имя кошке не подходит, я люблю её меньше! Как будто не чувствую с ней связи. Бог знает, что это такое. Поэтому даю новое имя, то, которое делает кошку родной.
У ГГ тоже так. Ведь не зря она переименовала Чуню вторую в Ладу. А котика Беляша называла Пятка, а Черничку она зовёт Ягодка.
Кстати, нашу Глашу хозяева звали Катя! Я переименовала её моментально — она совсем-совсем не Катя. В ней вообще ничего катиного нет. Фуфырик молниеносно при первом же взгляде на него стал Фуфыриком, Максимка Максимкой, а вот Вьюнок первоначально был Тёмой. А некоторым кошкам я по неделе имени дать не могла, потому что не чувствовала, что им подходит.
Так вот, когда Василиса и Мартина от бабушки приехали, я сразу поняла, что Мартина — это Мартина, а Василиса вовсе не Василиса. Как я её только не называла. И Дуся, и Муся, и Буся, и Зорька и всяко разно по-другому. Ничего на душу не ложилось. А теперь в один момент стало понятно, что она Матрёна.
Так и будет теперь — Матрёна и Василиса.
Начала я с того, что Василиса в стрессе. Была она в нём неделю назад и продолжает там оставаться — боится других котов. Не настолько, чтобы прятаться под диваном, нет, она всегда на виду, но настолько, чтобы быть всё время настороженной. Гладится с удовольствием, мурлыкать начинает, но когда протягиваешь к ней руку, сжимается, как будто ждёт удара. Приходится успокаивать.
Если всё по-доброму, завтра сделаю ей пиарный пост, и начнём искать хозяев.
Возвращаясь к именам. Меня родители не могли назвать месяц. Никакое имя ко мне не подходило. Думали про Киру. Но бабушка сказала, что у них так в войну лошадь звали. Ещё прикидывали к моему курносому носу Майю. Но тоже почему то не срослось. Катей назвали от безнадёги. И вот зря. Я своё имя на себе не люблю. С удовольствием была бы Кирой или Майей. Но уж как вышло.
Мамы и папы, у вас такое было, когда вы давали имена своим детям? Как вы относитесь к имени ребёнка, если его выбрали не вы, а, например, бабушки, а вам оно не до конца нравится?
К котам и собакам вопрос тоже относится)
