Далеко-далеко в лесу поселилась маленькая Эмили, чтобы ни от кого не слушать советов. Молодая она, страстная — любит всё, что делает — да только вот советы и по сей день ей мешают как назло.
Даже вдали от цивилизации она училась и училась, а пока училась отношений толком романтических так она никаких и не заводила. Ой, как тяжело же ей без поддержки любимого человека, без ласки, без крепкого плеча, на которое можно опереться! А без душевных разговоров тем более тяжелее: с книгой не поговоришь, а животные лесные да деревья тебе и без того ни слова не скажут. Не просто не скажут, так ведь даже в ответ и не напишут, потому что ни писать ни читать в лесу ни камни, ни мох, ни ленивые толстые белочки — никто не умеет.
Но Эмили не злилась на это, как велела в детстве маменька. А что злиться-то? Ну, заболеет несколько раз за год тяжело, ну, вылечится — так ведь болеть-то маменька тоже запрещала. Здоровой быть должно! А злиться это плохо, негативно: раз так разозлишься, раскричишься, потом перессоришься со всеми и разойдёшься. Да и обижаться нельзя ни в коем случае, особенно на своих друзей, тем более на самых-самых лучших и близких. А если они тебя не уважают, так особенно нельзя — они же не со зла, хотят как лучше. А раз Эмили с ними разойдётся — ну так и останется навсегда одна-одинёшенька.
Да и для себя ничего нельзя делать — всё людям, иначе станешь эгоистичной. Любить себя, увы, нынче не просто не модно, но и скверно. Если ты себя любишь, ты знаешь себе цену, а такой человек, как правило, уже совсем неудобен. Много денег на себя и свои желания тратить тоже вредно, даже если давно и очень хочется — многие из них бесполезны, многие чудовищно дорогие. Зачем тебе мягкая игрушка, зачем тебе новые туфли или телефон? Со старым нужно ходить до последнего, пока не разойдётся по швам или не рассыплется в прах. Вредно себе угождать. Это Эмили знала как дважды два.
Много чего маменька ещё советовала: и с братом нелюбимым помириться, и учиться только на оценку «отлично», и не быть инфантильной мечтательницей, но последним стал совет во всём маменьку слушаться. Уж Эмили после того не выдержала и, собравшись, поселилась в домике в лесу одна, да подальше ото всех городов и деревень, чтоб никто не знал, где она живёт. В лесу никто ничего не велит ей делать, никто не критикует и не кричит, не тащит волоком мыть посуду и идти в ненавистный университет. На многие километры лишь тишина, шум ветра, треск древесных стволов и тихое щебетание птиц, словно приятная музыка для отдыха и услады слуха.
Хорошо теперь живёт маленькая Эмили: никаких советов нет больше от маменьки и других людей, да только старые её преследуют ежедневно.