Юрченко Виталий Егорович - мой второй дедушка. Дедушка Витя...
Когда я вспоминаю его, то первое, что приходит на ум, это надежность. Он был опорой в семье, человеком, на котором многое держалось, человеком, на которого всегда можно положиться.
Родился дедушка в деревне Мишни Мстиславского района Могилевской области Белорусской ССР 22 апреля 1942г. в семье Юрченко Егора Николаевича и Матрены Алексеевны. По дате и месту понятно в какое время он родился: война, оккупированная территория, в семье старший брат Володя, которому на этот момент 2 года. Отец ушел на фронт, выживали, как могли. Выжили.
Об ответственности Виталия Егоровича говорит невероятный поступок: после смерти матери его отец ушел в другую семью, на руках у него осталась младшая сестра Тася, которую он воспитывал и которая жила в его потом уже самостоятельной семье до взрослого возраста.
В 1963 году дедушка закончил Боровский техникум механизации сельского хозяйства. И это тоже характеризует его. Потому что мальчишка из деревни, без матери и явно без наставления отца, решил учиться дальше. И для семьи Юрченко, где первый грамотный Егор Николаевич, это огромный шаг вперед - специальное образование. Стремление к лучшему, готовность добиваться своего через труд и усердие, не легкая добыча, а результат собственных усилий - все это про моего дедушку Витю. Следующие поколения получат уже высшее образование, но в этом будет не только личное стремление, но пример и наставления Виталия Егоровича.
В 1964 г он женился на Сафоновой Евгении Яковлевне, совсем еще юные (22г и 18л) они создали семью, одну и на всю жизнь, вырастили двоих достойных сыновей, Игоря и Алексея, которых Виталий Егорович всегда ласково называл: Игорек и Алешка.
С 1965 года жизнь дедушки связана с колхозом имени Радищева в деревне Никольское Гагаринского района Смоленской области. Здесь он трудился до пенсии, а после занимался своим участком и хозяйством.
Умер Виталий Егорович 13 февраля 2009г, очень рано. Незадолго до смерти он сказал невестке: "Все, Ира, думаю мне амба", после смерти во всех карманах у него был нитроглицерин. Но не жаловался, терпел и делал все, как обычно: отвозил-привозил, встречал, "топтался", как он говорил...
Теперь же хочется добавить к сухим биографическим данным моего дедушку, такого, каким он был для меня. Пусть это будут зарисовки моих воспоминаний.
"Мы регулярно женским составом ездим на рынок в соседнюю Вязьму, возит всегда дедушка. Привозит и терпеливо ждет 4-5 часов, пока мы находимся, намерим, купим. Максимальное его неудовольствие, это что-то буркнуть под нос: толи себе, толи бабушке. Потом обязательный ритуал после возвращения: Виталий Егорович сидит в кресле, мы в своих комнатах примеряем все и приходим показывать. Дедушка восхищается каждым: "Нууу, брат!". Такого восхищения собой и чувства собственной красоты у меня не было больше никогда после".
"Несмотря на достаток в семье, дедушка не изменял себе и собственной бережливости. Тут и крик, когда из дома выносили старый разваливающийся шкаф: "И меня с ним вынесите!", и непосредственность, с которой он вылез из Ауди в старой телогрейке и валенках, когда его остановило ГАИ. Нужно заметить, что они даже документы проверять не стали, все было понятно".
"Помню, что он всегда откладывал местные газеты, если в них было что-то написано про меня, при этом никогда не захваливал, но чувство, что он этим гордиться было. Когда я уже работала, он отвозил меня на электричку и протягивал 50р на мороженое, отказываться было нельзя, сейчас с такой теплотой это вспоминаю".
"Виталий Егорович пил очень много чая, причем такого крепкого, что остальные использовали, как заварку, любил отгадывать кроссворды. И, несмотря на глухоту в последние годы, уверенно кричал правильные ответы со второго этажа дома, когда кроссворд отгадывали на первом".
"Помню мои звонки и его голос в трубке: "Ааа, Оля, здравствуй", их очень не хватает".
Я очень рада, что успела сказать дедушке, что люблю его, в последние недели его жизни, когда он уже сильно болел. Мне его очень не хватает... каждый день моей жизни.