Не знаю "дресс-кода" журнальных публикаций, но я бы похвалил молодого автора, критика, школьницу, как ее назвали, "жизни не нюхавшую" хотя бы за смелость. Да. Именно за смелость. Или за наивное бесстрашие. Взяться за Федора Михайловича и поставить вопрос ребром - а в чем мораль Достоевского? Ну? Кто из лысеющих профессоров-академиков сможет поставить такой вопрос в лоб? Какова мораль Достоевского? И вслед за этим - мораль в так называемой сделке с совестью. Тут не совсем корректно , на мой взгляд, расшифрована мысль (и это простительно возрасту, "жизни не нюхавшему"). Мораль не может быть в сделке. Но она именно состоит в том, что человек не может наступить на горло собственной совести без последствий для своего психического и физического здоровья. И тут автор умничка. Выделила главное, пусть и не детально развила мысль. Раскольников топором кромсает свою совесть "во имя блага для человечества", и получает "обратку" - топор обрушивается на него самого. Не сумел. Вот мораль. Не может человек с совестью (если она у него не сожжена полностью) искромсать ее топором, исколоть иглами, уморить алкоголем или веществами, - отдача для психики будет несомненная. И тут же сам ФМД выводит - а что впереди - болезнь или преступление? Вещи взаимосвязанные. Но болезнь возникает уже тогда, когда мыслью человек идет на преступление. И в этом смысле ФМД сложнее и глубже любого Фрейда. Мысль преступная порождает болезнь в человеке. Автор выводит на индульгенцию. Крестовые походы и папские вердикты о прощении грехов воинам, грешившим "во имя великой идеи". Тут церковь пытается облегчить человеку тяжкое бремя свободы. Великий Инквизитор тут кстати. Нигде в литературе так глубоко не расшифрована тяжесть свободы человека. Тяжесть бремени полной свободы. На это решаются немногие. Сильные духом. Это отдельная тема. А вот в связи с рефератом девушки-автора вспомнил, как принимал участие в одной из дискуссий. Обыгрывал ироничную цитату одного протоиерея: "Читать Достоевского - наказание, не читать - преступление". Вспомнил (по поводу), что в каких-то мусульманских странах (Афганистан, кажется) приговоренным за преступления дается шанс выйти на свободу, он должен в заключении читать и учить наизусть Коран. Возможно, заучивать какие-то отдельные Суры. Это дарует освобождение. И тогда же наткнулся на любопытную деталь - когда Саддам Хусейн ожидал в подземелье казни, последняя книга, которую он читал - вы не поверите! - была "Преступление и наказание" Достоевского. И у меня тогда мелькнула мысль - а почему бы не освобождать приговоренного от смертной казни, если он прочитает "Преступление и наказание"? Ведь читать Достоевского - это уже наказание. Разумеется, это шутка. Но вполне вписываемая в логику прощения после "прочтения Корана". Подытожу. Автор, на мой взгляд, достоин похвалы за наивное бесстрашие взяться за тему, за которую не всегда смело берутся академики, профессора. Не выяснил, как сильно Достоевский вошел в самого автора, но наивная решительность ...я бы сказал целомудренное бесстрашие меня подкупило. (ссылка на статью ниже)
