Улица в честь «нашего всего» появилась в Хабаровске одной из первых в России. Именем поэта к его юбилею в 1899 году назвали улицу, не имевшую еще названия, только номер 9. Шла она на тот момент от Барановской (Ленина) до центральной площади.
С тех времен на данном отрезке сохранилось ровно два здания. Это, например, жилой дом крупного домовладельца священника Михайлова на Пушкина, 18.
После прихода к власти большевиков у Игната Михайлова забрали все, кроме этого дома, где он непосредственно проживал с семьей. Там они и обитали вплоть до 1932 года, когда Игнатия Евдокимовича выслали в Новосибирск (где через пять лет он был расстрелян), а его дочь Агриппину вынудили отказаться от дома, и он отошел государству. Сама она стала обычной нанимательницей и жила в одной из комнат.
Вот как описывал обстановку в этом доме один из тех, кто жил в нем уже в начале 1960-х годов.
- В огромной комнате с печкой и высоченным потолком было где развернуться. Только вот мебели не оказалось. Под снегом обнаружили дерматиновую спинку от дивана сталинских времен, заменившую тахту. Интерьер комнаты дополнили пять больших и маленьких столов, планируемых на списание в редакции, и шкура отощавшего секача на щелястом полу, привезенная из командировки. Летом жизнь здесь была как на курорте. В стекла высоких окон бились упругие ветки ивы, а за ними лежала притихшая, почти как деревенская улица Пушкина. Но пришла зима и беспрепятственно проникла в эту комнату. Три тонны угля, завезенные редакцией, печка сожрала за два месяца. Последнюю порцию приберегла к Новому году. А потом хоть с утра до вечера вой: «Ой, мороз, мороз». К утру вода в умывальнике замерзала, сбор по выходным на ближайших стройках щепок, досок стужу не изгонял, - писала журналист и писатель Екатерина Рудик.
Центральное отопление в этом доме появилось лишь в начале 1970-х годов, когда его отдали профсоюзной организации, ведавшей курортами.
Вторая сохранившаяся с дореволюционных времен постройка - доходный дом купца Петренко с адресом Пушкина, 38а - это на данный момент офисное административное здание. После национализации он стал почти обычным жилым домом. «Почти» - потому что здесь проживали известные люди - артисты, ветераны Гражданской войны и так далее. О том, какая обстановка там была, тоже сохранились воспоминания.
- Всякие рекорды бесспорно побиты жактом (грубо говоря, это был аналог ТСЖ, только с более широкими полномочиями, например ЖАКТ мог сдавать квартиры посторонним людям за повышенную плату и даже заниматься застройкой прилегающей территории - Прим.ред.) по Пушкинской,38. Члены этого жакта даже и забыли думать о квартирах. Они так и считают теперь, что их дело только вносить деньги, а все остальное не их ума-разума. Тут предправления Бабичев раздавал квартиры первым попавшимся за воз дров, за поллитра водки, за что-нибудь еще, но только отнюдь не за паевые взносы и долготерпение. Его сейчас разоблачили, переизбрали, но к ответственности не привлекли, - писала местная пресса в середине 1930-х годов.
Еще один дореволюционный дом достоял возле особняка Михайлова, на другой стороне, практически до наших дней. Это был двухэтажный каменный дом Василия Надрина с адресом Пушкина 7а. Он позже получил известность как «фургальский барак», поскольку внешне выглядел как обычная «сталинка». В 2019 году он выгорел, его расселили, потом снесли, и теперь здесь вплотную к пятиэтажным панельным «хрущевкам» строят некое административное здание.
Изначально Пушкинскую пересекала улица Корфовская (ныне Мухина). На их перекрестке стоял двухэтажный деревянный дом местного общества учителей. При советской власти в нем был интернат, еще какие-то учебные заведения и исполком Хабаровского района. В 1960-е годы дом разрушили в ходе массовой застройки.
На берегах Плюснинки, ближе к нынешним прудам, были обширные владения (всего порядка 7 домов) семей староверов — Овчинниковых и Эрязовых. Их деревянные постройки давно исчезли, но сохранилось упоминание об интересном гражданском судебном деле 1936 года, связанном с ними.
- В одно прекрасное летнее утро гражданин Эрязов взял да и подал заявление в народный суд. В нем он просил выселить из принадлежащего ему дома трех квартирантов - Устинова, Борисову и Мартынова. Правда, жили они у него уже три года, вели себя хорошо, не бесчинствовали, деньги платили аккуратно. Но Эрязов все-таки захотел их выселить. Захотел, и все. Дело, как видите, не сложное. При его рассмотрении надо было только заглянуть в жилищные законы и решить его как полагается, - писал журналист в фельетоне о бестолковых судьях.
Далее это дело долго кочевало вверх и вниз по разным инстанциям, каждая из которых принимала диаметрально противоположное решение, причем противореча даже сама себе. Но кончилось все для квартирантов печально.
- Каким-то образом уже теперь, когда на дворе трещат морозы, а Устинов, Борисова и Мартынов облегченно вздохнули, перестав видеть в страшных снах судебного исполнителя, в краевом суде подумали, подумали и решили: «Мы тоже не лыком шиты, приговор нижестоящей инстанции отменить и выселить всех троих. Немедленно». И теперь крайсуд пребывает на вершине блаженства. Посидев несколько месяцев над заявлением Эрязова и глядя в одни и те же законы, он умудрился развеять в прах заявление Козьмы Пруткова о том, «что одного яйца два раза не высидишь». Он сидел, сидел и высидел, - писал журналист, намекая на то, что добропорядочных советских граждан выкидывать на мороз не следовало бы.
Тем более, что у гражданина Эрязова, помимо спорного, имелось на тот момент еще два дома.
Вообще в старых документах про эту улицу на удивление много сведений о разных скандалах. Хотя она вплоть до 1960-х годов, как уже упоминалось, была совсем короткой и в теории в силу малочисленности проживающих не должна была выделяться на общем фоне.
Глобальный скандал, например, разразился в том же 1936 году в деревянном большом доме на Пушкина, 42.
- В ночь с 4 на 5 апреля обитатели домов, что поблизости от Пушкинской, 42, были разбужены громовым стуком. В закрытые ворота дома 42, занимаемого конторой треста «Главмясо», ломился неизвестный человек, оглашая воздух бранью. Хрустнуло стекло, полышались удары и чей-то крик. Наутро выяснилось, что ночной гость был уважаемый человек, ответственный работник треста юрист Ильин, проживающий во дворе конторы, - писала местная пресса.
Ворвавшись внутрь, он избил сторожа Ин Ху Ина, обматерил главного бухгалтера Бермана, который в поздний час сводил концы с концами в своем гроссбухе и в общем вел себя неадекватно, будучи вдребезги пьяным. Прямо об этом не говорится, но судя по контексту, юрист каждого встречного, включая еще одного бухгалтера Березовского, характеризовал «по матушке» с упоминанием национальности. За такое в то время можно было сильно пострадать. Ильин и пострадал.
На следующий день состоялось многолюдное общее собрание «Главмяса», которое осудило «шовинистическую вылазку» Ильина, исключило его из профсоюза, потребовало уволить и отдать под суд. При этом сам «распоясавшийся» виновник ЧП, если верить отчету, заявил, что уволить-то его конечно можно, но суд ему ничего не сделает, потому что «он является величиной города Хабаровска».
- Известно, что охотнорядские мясники были опорой царской черной сотни. Ныне великодержавные шовинисты попытались свить гнездо в учреждении советской мясной промышленности. Не вышло! Мы уверены, что народный суд со всей строгостью потребует ответа от охотнорядцев из «Главмяса», - заканчивался отчет о собрании.
Дом, где случился этот скандал, достоял до начала 2000-х. Сейчас на его месте, за прудами ближе к площади, стоит высотка 2002 года постройки. Чуть подальше - еще одна тех же лет. Она знаменита тем, что в ней жил Виктор Ишаев. Причем на одной лестничной площадке с Юрием Хризманом.
С другой стороны улицы было здание, знаменитое в Хабаровске в гораздо более ранние времена, — деревянный Народный дом имени Пушкина. В нем размещались бесплатная библиотека-читальня и детская начальная школа. На первом этаже большой зал на 200 человек и сцена, где играли спектакли. Там устраивались всевозможные мероприятия для небогатых хабаровчан. Сейчас на его месте пятиэтажка ниже здания правительства края.
Там, где сейчас гостиница «Центральная», в сторону отворачивал еще небольшой переулок Пушкинский. От него давно не осталось и следа.
Здесь, на площади Ленина, улица Пушкина заканчивалась. Чтобы пройти дальше к речке Чердымовке (ныне Амурский бульвар), надо было сделать крюк и свернуть на улицу Театральную, которая шла странной диагональю.
Вплоть до 1950-х годов Пушкина славилась на весь город своей непревзойденной грязью, где тонули даже танки и верблюды.
- Раньше, лет семь назад, мы читали в газетах: «На Пушкинской улице в грязи утонул верблюд. Что смотрит комхоз?». Теперь верблюдов что-то не видно. Надо полагать, они навсегда покинули пределы негостеприимного города. Меньше стало и лошадей. Зато появились автомобили. Изменились и происшествия. И теперь каждое лето мы слышим жалобы, примерно: «на Пушкинской улице у подъезда округа связи (почтово-телеграфная контора, ныне правое крыло «белого дома» - Прим.ред.) застрял автомобиль. Что смотрит (опять он!), комхоз?», - писал журналист в 1930-м году.
Удивительно, но разобравшись в ситуации, журналист выяснил, что комхоз смотрит так, что «учитывая малую приспособленность улиц города для движения автотранспорта», госконторам надо закупать больше лошадей и все возить на них.
- Ну что ж, лошадки так лошадки. Ну а на следующий год что? Опять верблюды? Но ведь и они имеют способность тонуть в нашей грязи, - резюмировал журналист.
По воспоминаниям хабаровчан, грязь после дождей здесь была такая, что первая попытка провести военный парад по привычному теперь всем маршруту - (до войны они проходили по Карла Маркса) не увенчалась успехом. Выяснилось, что в грязи на Пушкина даже танки вязнут.
По настоянию военных это место решено было благоустроить. Выполнять задачу в кратчайшие сроки выпало председателю горисполкома Алексею Ерёмину, только недавно прибывшему из Комсомольска. Для начала в 1949-м Пушкина была вымощена булыжником, а в 1950-1951 годах заасфальтировали центральную площадь, перенеся памятник Ленину на нынешнее место (подробнее об этом и вообще о застройке вокруг площади Ленина можно почитать здесь).
Отметим, что вскоре после окончания основных работ по реконструкции площади (она выполнялась методом «народной стройки» с обязательным участием всех организаций города) Еремин по непонятным причинам был снят с должности и после этого скончался от инфаркта в возрасте 41 года. Впрочем, его вдова вспоминала, что площадь тут ни при чем, а скандал случился из-за жилого дома, который требовалось сдать к какому-то празднику. А председатель гориспокома отказывался подписывать акт из-за недоделок.
Пушкина продлили от площади до Амурского бульвара только в начале 1960-х годов при строительстве комплекса зданий ДВМГУ. Соответственно, Театральная улица стала не нужна и вскоре исчезла. Но несколько особняков от нее на этом участке осталось (подробно о них и вообще об этом районе написано здесь).
Можно добавить к ранее написанному лишь небольшой фрагмент воспоминаний из книги писательницы и журналистки Екатерины Рудик «Окно в соседнем доме».
- От улицы наш двор был отгорожен забором с тяжелыми воротами на железных кольцах. Чаще они были распахнуты. Вот она, улица, ведущая на базар. Хочешь – иди в город, а это рядышком. И цирк, и городская площадь Свободы, которую окружали военный госпиталь (Пушкина,54 - Прим.ред.), мелкие домишки и военная музыкальная школа (здание снесено - Прим.ред.). Приходили меняльщики. Они предлагали поношенное галифе, часы, стоптанные сапоги, четушки с водкой и даже новые чесучевые брюки. И все требовали на обмен хлеба. А откуда мог быть хлеб у нас? Сразу за нашим сарайчиком возвышался самый красивый на нашей улице двухэтажный дом с колоннами, круглыми окнами и розовым балконом (ныне Дворец бракосочетаний, Пушкина, 62 - Прим.ред.). Рядом с домом шумел настоящий парк с высокими тополями. Здесь помещался детский дом. Старые люди говорили, что когда-то в нем жил богатый купец, а слуги жили в нашем дворе, - описывала Екатерина Рудик жизнь на Театральной сразу после войны, в середине 1940 годов.
Вообще это место было стратегически выгодным.
- В воскресные дни на базаре собирался городской люд. Народ валил валом через наш переулок. Мы горланили: «Кому, кому воды холодной? Двадцать копеек стакан!». От покупателей отбою не было, даже выстраивалась очередь. Весной и осенью наш заработок — цветы, которыми мы торгуем около цирка. У цирка всегда весело — огни, празднично одетые люди, музыка, доносящаяся из-под зеленого купола, - вспоминала Екатерина Рудик.
По ходу продления улицы упомянутый летний цирк, который располагался на нынешнем перекрестке Пушкина — Карла Маркса, был снесен. Предполагалось построить капитальный здесь же, на Амурском бульваре у рынка, но в итоге из этой затеи ничего не вышло.
Интересно, что на новом отрезке Пушкина была построена первая в городе кооперативная «хрущевка» - ее адрес Ким Ю Чена,17\Пушкина,43.
Днем начала кооперативного строительства в Хабаровске считается 25 января 1963 года, когда состоялось оргсобрание пайщиков первого жилищного кооператива. Его члены за счет государственных ссуд и собственных сбережений решили возвести 60-квартирный 5-этажный дом со всеми коммунальными удобствами. Горисполком оказал помощь в подборе площадки и подготовке проектно-сметной документации. Подрядчиком определили СУ-749.
Уже в начале октября 1964 дом торжественно сдали. Среди его жильцов были преподаватели, врачи, артисты, пилоты, геологи и один слесарь таксомоторного парка. Сметная стоимость дома составила более 340 тысяч рублей, 148 из них внесли будущие жильцы. Стройбанк открыл долгосрочный кредит на остальную сумму.
Например, известно, что артист Хабаровской филармонии А.П. Кунгуров 40 процентов стоимости 3-комнатной квартиры внес наличными, а на остальную сумму оформил кредит сроком на пятнадцать лет.
Стоимость «квадрата» в доме в зависимости от этажа обошлась жильцам от 141 до 180 рублей. В пересчете на наши деньги получается не так уж и дешево - по грубым прикидкам это порядка 60-70 тысяч нынешних «деревянных». По просьбе жильцов во дворе возвели гаражи для личных автомобилей новоселов. Вскоре к дому пристроили еще один «кооперативный» корпус.
Интересно, что по тогдашнему генплану Пушкина предполагалось сделать частью магистрали, связывающей южные и северные районы города.
- Три транспортные магистрали соединят новые жилые комплексы в единый большой город со сложившимся историческим центром. Для легкого коммунального транспорта — маршрут по Тихоокеанскому шоссе через улицы Знаменщикова и Пушкина на Краснореченское шоссе. Две других — для легкового и грузового транспорта и скоростного транзитного транспорта, - обещали хабаровчанам местные власти в 1964 году.
Но в итоге проект не осуществился.
При этом можно отметить, что какое-то время в советский период власти практиковали на Пушкина сезонные ярмарки-распродажи с перекрытием дорожного движения.
Например, летом 1962 года улица Пушкина на протяжении нескольких сот метров стала торговой пешеходной улицей. По обеим сторонам открылись павильоны и киоски постоянно действующей городской ярмарки. Свою продукцию представили торговые организации всех возможных ведомств, включая тогдашний фаст-фуд от треста столовых и горпищеторга. В августе того же года в районе площади Ленина впервые в городе открылся школьный базар, где можно было купить все, что нужно к новому учебному году.
Остался нереализованным и еще один план, более ранний. Дело в том, что облагороженный в 1950-х годах пустырь между Ленина и Гамарника городские власти изначально хотели назвать площадью Пушкина. Сюда же хотели перенести памятник поэту от педагогического института. Но тут вмешались военные, которые имели тогда большое влияние в Хабаровске, и площадь получила имя недавно реабилитированного маршала Блюхера. При этом непонятно, почему при благоустройстве площади не догадались спрямить проезд с Пушкина на Слободскую и оставили странный крюк, где постоянно кто-то бьется.
Отметим, что в Хабаровске была и еще одна улица Пушкина — на Базе КАФ. Но после того как поселок военных речников стал частью города, власти во избежание путаницы переименовали ее в улицу Белинского.
Напомним, ранее мы рассказывали об улице Гоголя, где жила, пожалуй, самая большая в истории Хабаровска семья и попадаются очень странные домики разных эпох; о Медгородке, название которого с годами забылось, но специфика осталась; о районе 38 школы, что начинался с загадочной застройки, которой сложно найти объяснение; об улице Дзержинского, дома на которой очень часто получались не такими, как их задумывали; об улице Дикопольцева, на которой ставила эксперименты советская власть, а также китайский ученый. Об этом, а также о многом другом читайте в разделе «Городские истории».
Иван Васильев, новости Хабаровска на DVHAB.ru
Фото: Н.Н.Шкулин, Гродековский музей, архив А.М.Жукова