СЛУГА ЗАКОНА
Поднимаясь на эскалаторе, Серега читал стихи Пушкина на рекламном баннере: "Люблю тебя, Петра творенье... Люблю твой строгий, стройный вид...". Но вместо воодушевления он почувствовал лишь раздражение. Наш герой давно уже не любил Питер. И это был тот случай, когда он даже не мог покинуть этот город, чувствуя себя его пленником. Своей обычно уверенной походкой, чуть раскачиваясь из стороны в сторону, Серега окидывал окидывал скучающим взглядом проходящих по Невскому девушек. Но даже их улыбки не приносили ему былой радости. Не поднял настроение и Казанский собор, который так монументально подсвечивался несколькими лучами солнца из-под густой, серой дымки в небе. Он знал, что за разговор его ждет, ведь судя по тону адвоката, позитивных новостей ждать не приходилось.
Около входа в адвокатский офис, Серега увидел бабушку лет 70, которая смотрела в стену, перекрещивалась и тихо шептала молитву. Взгляд у нее был пустой, какой обычно у людей, которым нечего терять. Она ничего не просила, и от этого вызывала еще больше сочувствия.
Серега был очень чуток к такого рода вещам, так как его мать достигла пенсионного возраста, и он понимал, что пенсия в России штука декоративная. Вытащив из кармана кошелек, он обнаружил лишь набор кредитных карт. Обшарив все карманы, он наскреб рублей 100 мелочью.
"Прости, мать... Все, чем богат. Не пей только", сказал он.
Старушка перевела взгляд от стены адвокатского офиса к своему благодетелю, словно вернувшись в реальность после литургического сна. И морщины на ее лице медленно сложились в улыбку.
"Сынок, да как же это? Сроду никого не о чем не просила, вот стою здесь и думаю, как это правильно сделать. Детям я не нужна, государству тоже... Осталась одна помирать..." , После этих слов, на ее усталых глазах засияли слезы. Взяв мелочь она лишь добавила
: "Храни тебя, господь, сынок".
Он слегка дотронулся до ее плеча, а другой рукой сжал ее ладонь полную мелочи.
- "Все нормально, мать, ты главное не пей".
Серега вбежал на третий этаж и нашел 305-й кабинет. "Адвокат Самбурская А.И.". После стука в дверь, подсудимый обнаружил своего адвоката в достаточно вымотанном состоянии. Стол был завален кипами бумаг, а принтер то и дело печатал новые документы и протоколы.
Женщина лет сорок с каре, ухоженным маникюром и пронзительным интеллигентным взглядом, присущим большинству коренных петербуржцев, о чем-то оживленно спорила по телефону, подняв указательный палец в знак того, что надо подождать.
"Да да, Григорий Палыч. 159-ая в особо крупном. Подписка о невыезде, суд на осень назначили. Кто судья? Скорее всего, Патрушева будет. Да да, Красногвардейский. По свидетельским пока двое менеджеров у нас. Деятельность велась... Анна показала Сереге на стул, и он покорно присел, ожидая вердикта.
***
Молодая девушка-секретарь поставила на стол две чашки черного кофе с конфетами. Анна обвела Серегу сочувственным взглядом.
"Ну, как ты? Держишься?" - спросила она.
Он протер запотевшие очки и шмыгнул носом.
"Да, в порядке. А вы в суете, как я вижу... Как мои дела?"
"Дела кислые, Сережа... Бывалым тоном Российского законника произнесла Анна Ивановна. Судья не из своих. Следак рвет и мечет. За то, что ты зубы показал, он так не оставит. Будет дрессировать свидетелей с той стороны похлеще братьев Запашных. С отягчающими года на 3 общего потянет минимум."
"А что я мог сделать тогда? Меня бы закрыли до суда без всяких разбирательств."
Анна махнула рукой в его сторону.
"Да мне то можешь не объяснять. Все правильно сделал, что ко мне пошел. Так бы точно без шансов. Однако из свидетелей у нас только два менеджера, и то алиби не железное. У них же несколько потерпевших со связями..."
"Что за связи?"
"А как ты хотел? Кто ж просто так за тебя браться будет без нужных звонков? Это ж мелочевка по большому счету." Анна сложила руки в замок, немного закусила губу и минуту смотрела в окно, демонстрируя усиленный умственный процесс.
"Анна, у вас же лучший послужной список из всех, кого мне рекомендовали. Неужели не отобьемся?"
"Да как это не отобьемся? Будем держаться плана. Но план чуть подрос в цене."
"Насколько?" Печально уточнил Серега... Он уже и так отдал больше миллиона на все это предприятие, не считая выплат потерпевшему.
Анна взяла листок, что-то на нем написала и метнула ему скользящим движением.
Серега глубоко вздохнул...
"А по старой цене никак не впишемся? У меня сейчас с финансами туговато..."
Адвокат скривила губы и слегка закатила глаза...
"А по старому, Сережа, как карта ляжет... Тут даже господь бог гарантий дать не сможет. Если бы ты ему отвез эту арматуру хоть в каком-то количестве... Если бы трубку взял от этого Исмаилова и объяснил мол так да сяк... Машина сломалась, металлобаза на выходном. А так он докопался. Офис на квартире, менеджеры твои плавают в показаниях. Даты не стыкуются." Анна встала, чтобы налить воды... Сделала глоток и затем продолжила уже более тихим тоном...
"Да и тем более это ж не мне, Сереж. Если бы только от меня все зависело... Надо добрых людей поблагодарить... Попросить как следует... Ну ты же тоже не вчера родился."
Серега провел рукой по волосам, чтобы привести их в порядок, затем поправил очки, явно затягивая тайм-аут для раздумий. Ему еще не было и тридцати, но седина уже посеребрила виски. К тому же за этот год он сильно похудел. Под глазами образовались густые мешки. С участьем арестанта в какой-то момент он смирился... В конце концов можно улететь в любую реальность с помощью хорошей книги и бурного воображения. Так он любил говорить друзьям. Да и к тому же, кто там будет сидеть? Мошенники и аферисты? Дискомфорта они не доставят. И все таки Серега думал о матери. Что с ней станет, если он уедет в лагерное путешествие? Нет, он не мог этого допустить...
Он посмотрел адвокату прямо в глаза, от чего она даже слегка заерзала на кресле. Это был взгляд человека, которого загнали в тупик.
"Хорошо, Анна. Деньги будут. Но не сразу. Дайте время. И больше достать не смогу. Потому настоятельно прошу не допустить смену моего рациона на баланду и чефир.
"Сереж..." начала было Анна, но он её тут же перебил.
"Мне нужно ещё часть отдать потерпевшему, так что сроки оговорим позже. Моё честное имя в ваших руках. Уж не подведите."
На этом он вышел из кабинета, оставив её без возможности вставить слово.
***
Серега вернулся в шум невского проспекта, затягиваясь ароматной сигаретой с коричневой оберткой. С недавних пор никотин стал его отдушиной. Он жадно вдыхал густой дым, погружаясь в размышление о том, как ему быть. Не единой мысли о том, где достать деньги, так и не зародилось. За год следствия его долговые обязательства уже перевалили за дважды шестизначную сумму, и занимать ещё было тупо не у кого. До решения суда он не имел права даже открыть компанию. Подписка о невыезде не позволила бы ему сбежать. Зря он вписался в это противостояние со следователем. Может, и нужно было бы сыграть по правилам, никого не провоцируя. Следователь всё же выполнил свою часть сделки. А мог держать в изоляторе до приговора. Серега попытался отогнать все эти мысли, глядя на Казанский собор и стряхивая пепел в урну. К нему снова подошла та самая бабушка с пакетом в руках...
"Сынок... А я вот гречки уже купила и хлеба. Ещё и на пирожок хватило, возьми!"
"Да, мать, всё нормально! Кушай, приятного аппетита!"
"А вот я сколько живу на свете, никогда таких печальных глаз ещё не видела. Но ты знай... В этом году у тебя жизнь изменится. Взлёт тебя ждёт... Но от тебя всё зависеть будет. С верой в сердце жить тебе следует. А уныние только к унынию приводит. Уж поверь старухе. У меня вот пенсия 4 тысячи, а ты мне веру в людей сегодня вернул! Молодой, крепкий. Все невзгоды преодолеешь! В общем, бывай, сынок... С божьей помощью прорвёмся!"
Серега посмотрел на небо и увидел стаю птиц, подумав толи с завистью толи с восхищением о том насколько же они свободны... Затем вытащил из кармана телефон впервые после разговора с адвокатом. Сообщение для Дани и Макса было коротким.
"НА ЗИНГЕРЕ В 13:00! БЕЗ ОПОЗДАНИЙ!"
В этот день ему совсем не хотелось домой.