Путеводная звезда моей судьбы так стремительно погасла, словно никогда и не горела. В глубинах моего сердца теперь нет места для того мужчины, который оказался за кулисами моего предстоящего брака. Наши пути разошлись по направлениям, не пересекающимся в реальности.
Можно называть меня прямолинейной, но я не ощущаю себя обязанной финансово поддерживать его потомство от прошлого союза. Если у него недостаточно средств на алименты, это - его собственная проблема, которую ему следует решать, приложив максимальное количество своих усилий.
Мне исполнилось тридцать четыре, моему бывшему жениху - тридцать шесть. Наш брак нельзя назвать равноправным, неважно, с какой стороны на него посмотреть.
К своим годам я сумела приобрести собственное жилье, хоть и с помощью ипотеки, но это была моя самостоятельная инициатива. У меня имеется работа, которая обеспечивает меня финансово и удовлетворяет все мои потребности. Кроме того, мое прошлое не обременено утратой брака и несбывшимися мечтами.
Миша же - совершенно другая история. Он уже познакомился с браком, воспитывает десятилетнюю дочь, вечно ссорится с его бывшей супругой, лишен собственного жилья и занимает неполноценную должность, не в состоянии обеспечить себе даже основные нужды.
Когда мы познакомились, я была охвачена иллюзией сказочного мира, где Миша казался воплощением моих мечтаний. Я с радостью принимала его предложения о встречах в парке, слушала его замысловатые планы стать успешным бизнесменом и выслушивала его жалобы на бывшую жену.
Меня не беспокоило, что наши встречи происходили у меня дома, что я покупала продукты, а он вносил незначительный вклад в наш совместный стол. Я продолжала жить за счет своих доходов, даже финансируя наши совместные развлечения. Миша обещал измениться, и я верила этим обещаниям, ослепленная иллюзией.
Миша считал, что мы уже почти семья, поэтому ему не составляло труда приглашать к себе друзей без моего согласия.
Вопросы, витавшие в моей голове, становились все более настойчивыми. Возникал главный вопрос: «Зачем вообще нужен этот мужчина?». От него не было ни моральной, ни материальной выгоды.
Морально я его всегда поддерживала, а он лишь умел жаловаться: на бывшую жену, на свою дочь, на начальников и коллег. Он даже не задавался вопросом о моих делах, его же проблемы казались важнее.
Материально он жил на моих ресурсах. Я платила за квартиру, за продукты, готовила еду, стирала его белье. Он даже не мог запустить стиральную машину.
Но остатки иллюзии подсказывали мне, что я справлюсь со всем. Мы просто притираемся друг к другу, важно лишь, что мы влюблены.
Этот туман рассеялся после истерики Миши, когда он узнал, что я собираюсь в отпуск без него. Я хотела уехать отдохнуть и прояснить свои мысли, но Миша начал возмущаться, будто я обязана была спросить его разрешения.
Он утверждал, что у него нет денег на алименты, а я собираюсь в отпуск. Я согласилась, что в семье так не поступают, но мы и не семья. Это был момент, когда я решила, что семьи не будет.
После этого началась стадия торга и попыток винить меня. Но я осталась непоколебима. Теперь я стою на одной ступеньке с его бывшей женой, и это оказалось для меня лучшим решением.