Это заболевание названо в честь вымышленного сказочника, который, в свою очередь, был основан на реально существовавшем немецком дворянине, известном своими небылицами.
В 1951 году лондонский врач Ричард Ашер написал в журнале статью о "распространенном синдроме, с которым сталкивалось большинство врачей, но о котором мало что было написано". Он описал картину, когда внешне больные пациенты с драматическими, но правдоподобными историями болезни наносили бесчисленные визиты к врачам и в больницы, ссорились с медиками и покидали лечебницы себя вопреки рекомендациям.
Короче говоря, эти люди страдали от того, что сегодня известно как синдром Мюнхгаузена - психологическое состояние, при котором пациент притворяется, что он или кто-то другой, часто ребенок, серьезно болен. Если бы основатель этого расстройства использовал медицинские эпинимы, как это делали Алоис Альцгеймер или Беррилл Бернард Крон, его можно было бы назвать "болезнью Ашера". Но это не так, потому что Ашер не хотел прикреплять свое доброе имя к псевдоболезни, определяемой ложью людей, которых он считал "истериками, шизофрениками, мазохистами или психопатами какого-то рода".
Вместо этого Ашер обратился к литературе, найдя вдохновение в "Рассказе барона Мюнхгаузена о его удивительных путешествиях и походах в Россию", ныне малоизвестном романе немецкого писателя Рудольфа Эриха Распе 1785 года. Книга Распе, написанная в духе "Путешествий Гулливера", - первоначально опубликованная как серия анонимных статей, а затем переосмысленная в бесчисленных версиях, изданиях и переводах, - представляет собой фантастические побасёнки от первого лица барона Мюнхгаузена, дворянина и отставного солдата, чьи очевидные небылицы приводят в восторг гостей за ужином. Среди его многочисленных приключений Мюнхгаузен перелетает через Темзу на пушечном ядре, сражается с крокодилом длиной 12 метров и путешествует на Луну.
К рассказам, естественно, прилагались оригинальные иллюстрации. На одном из таких рисунков, опубликованном в издании романа 1786 года, Мюнхгаузен изображен висящим на веревке, привязанной к полумесяцу. Этот рисунок полюбился Саре Тиндал Карим, литературоведу из Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе, которая выбрала его для обложки своей книги 2014 года "Художественная литература XVIII века и переосмысление чуда".
"XVIII век был уникальным периодом времени, когда еще не было чётких законов об авторском праве и клевете, не существовало жёсткого и быстрого разграничения между произведениями факта и произведениями вымысла", - говорит Карим. Это в полной мере относилось и к роману Распе, поскольку его Мюнхгаузен был основан на ещё живом человеке с практически таким же именем.
Карл Фридрих Иероним, фрейхерр (или барон) фон Мюнхгаузен, был отставным немецким офицером, воевавшим в составе русского полка в двух кампаниях против Османской империи. К 1760 году он вёл праздную жизнь в сельской местности Германии, регулярно принимая дворян и аристократов в своем доме в Ганновере. Мюнхгаузен заслужил репутацию добросердечного, щедрого, живого и драматичного рассказчика, хотя и не лжеца.
И настоящие, и фальшивые бароны начинали как уважаемые люди. "В книге Распе есть рамочное повествование, в котором Мюнхгаузен, считая, что его гости несут чушь, рассказывает ещё более вздорные небылицы, чтобы посмеяться над ними и их доверчивостью", - говорит Карим, которая подсчитала, что роман Распе переиздавался 100 раз в течение последующих двух столетий. Каждая редакция и перевод вносили изменения в текст. "В более поздних изданиях, однако, происходит сдвиг, и теперь не шутит, а шутят над ним", - объясняет Карим. - Он становится шутом, лжецом и объектом насмешек".
Изменения в вымышленном персонаже, несомненно, были вызваны, по крайней мере частично, реакцией реально существовавшего Мюнхгаузена. "Ему бы следовало отнестись к шутке с пониманием, - говорит Карим, - но он сделал только хуже, отреагировав слишком остро". У Мюнхгаузена не было чувства юмора по этому поводу. Он ненавидел свое изображение романе и неоднократно угрожал подать в суд. Помимо мутного статуса законов о клевете в то время, на пути иска барона стояла непреодолимая проблема: в то время автор набирающей популярность книги оставался неизвестным. Мюнхгаузен попытался подать в суд на Готфрида Августа Бюргера, который перевел англоязычный роман на немецкий и был ошибочно назван его автором, но ему это не удалось.
Если быть честным с разгневанным Мюнхгаузеном, он знал, что кто-то в его прошлом или настоящем - возможно, тот, кого он пригласил в свой дом, - насмехается над ним и обогащается за его счет. Как бы защищаясь от судебного иска за клевету, автор намеренно исказил написание имени главного героя, хотя и незначительно. "В этот совершенно неправдоподобный вымысел, - говорит Карим, - Распе вставляет реальную, узнаваемую историческую фигуру".
Причина, по которой Распе взял за основу своего главного героя Мюнхгаузена, ускользала от историков на протяжении веков. "Мы даже не знаем, встречались ли эти люди хоть раз, - говорит Режис Олри, анатом из Квебекского университета в Труа-Ривьере и автор статьи в журнале об истории синдрома Мюнхгаузена, опубликованной в 2002 году. Наиболее вероятное место, где эта пара могла пересечься, - Геттингенский университет в Германии, где Распе работал библиотекарем, чтобы расплатиться с растущими долгами в начале 1760-х годов, примерно в то же время, когда Мюнхгаузен, чей дядя играл роль в основании школы, устраивал пышные званые вечера в своем близлежащем поместье.
Как и Карим, Олри вовсе не считает так называемого "барона лжи" лжецом. "Мюнхгаузен был рассказчиком", - говорит он, и если эти истории были не совсем правдивы, то это происходило по одной из двух причин: "Либо он сознательно придумывал эти истории, чтобы развлечь свою аудиторию (и это срабатывало), либо эти истории были бреднями, которые он не осознавал, что придумывает". Поскольку Мюнхгаузен вышел в отставку в 1760 году в возрасте 39 или 40 лет, маловероятно, что он страдал от мании величия.
Распе для Мюнхгаузена был анонимным мучителем, но кем был Мюнхгаузен для Распе? К 1785 году прошло более 20 лет с тех пор, как гораздо более молодой Распе (потенциально) пересекся с бароном, который, должно быть, произвел на него сильное впечатление. Но мнение Распе о Мюнхгаузене в остальном остаётся загадкой. Завидовал ли он богатству и статусу барона, учитывая его собственное низкое положение? Преклонялся ли он перед мастерством Мюнхгаузена в написании рассказов и задумывал книгу как комплимент? Обижался ли он на дворянина за его откровенную ложь или восхищался тем, как барону удается выходить сухим из воды?
Ключи к разгадке привлекательности Мюнхгаузена можно найти в биографии Распе. Он родился в Ганновере в 1737 году, изучал право в Геттингенском университете, но так и не стал юристом. Вместо этого в послужном списке Распе, который был универсалом, значились должности писателя, исследователя, переводчика, журналиста, библиотекаря, геолога и хранителя монет - должность, на которой доступ к богатству оказался для него слишком заманчивым. Обвиненный в краже из музейной коллекции монет и драгоценных камней, Распе бежал в Англию в 1775 году, чтобы избежать ареста.
Все более сомнительно ведущий себя Распе (вооруженный полезными знаниями о том, как обойти закон) прибегал к схемам зарабатывания денег и мелким преступлениям. В одной из афер он притворился, что обнаружил золото в поместье шотландского дворянина, убедил его вложить деньги в горное дело, а затем исчез с этими деньгами. Похоже, что мошенничество с не слишком умными представителями высших классов было особой находкой Распе.
Между тем он писал. "Находясь в таком скромном положении и будучи отчаявшимся человеком, он вспомнил истории, услышанные им за гостеприимным столом барона Мюнхгаузена, и, думая, что сможет обратить их в свою пользу, опубликовал... свои воспоминания о них", - отмечал в 1908 году писатель Сэмюэл Остин Аллибон. Рассказ был "преувеличен и карикатурен, без сомнения, но в целом имел достаточное сходство с историями, которые барон придумывал для развлечения своих собутыльников, чтобы можно было распознать их происхождение".
Свободно владея немецким, английским, французским и латинским языками, Распе также писал все - от поэзии до научных работ и каталогов. Однако если он стремился к славе и богатству, то "Рассказ барона Мюнхгаузена " не принёс ни того, ни другого. По иронии судьбы, его имя не появилось на его самом известном и успешном произведении при жизни. Ведь заявить о своих правах на произведение означало бы столкнуться в суде с настоящим Мюнхгаузеном.
В итоге Мюнхгаузен пережил Распе на три года. Первый умер в 1797 году, так и не узнав о личности своего противника, а второй - в 1794 году. Только в 1824 году, спустя более четверти века после смерти обоих, биография Бюргера, некогда переводчика Распе, раскрыла действительного автора печально известной книги.
В течение последующих 200 лет слово "Мюнхгаузен" прочно вошло в нашу психику. Согласно Оксфордскому словарю английского языка, к 1850-м годам оно чаще всего использовалось как глагол, обозначающий "экстравагантно неправдивые псевдоавтобиографические истории". В 1950-х годах этот термин был настолько распространен, что Ашер счёл его идеальным названием для своего нового описанного синдрома. "Подобно знаменитому барону фон Мюнхгаузену, страдающие этим синдромом люди всегда много путешествовали, и их истории, как и те, что приписывают ему, одновременно драматичны и неправдивы", - писал врач.
На сегодняшний день это состояние называют синдромом больничной зависимости, синдромом толстой карты и синдромом больничного прыгуна. Его официальное название в DSM, руководстве по психическому здоровью Американской психиатрической ассоциации, - "фактическое расстройство, навязанное самому себе" или "фактическое расстройство, навязанное другому". Однако в разговорной речи за ним закрепилось некогда доброе имя барона.
Буду несказанно благодарен если, зайдя однажды, останетесь с каналом навсегда.
Желающие поддержать канал, в ЧЕТВЁРТЫЙ раз поднимающийся из дзеновских руин, могут присылать донаты.
Номер карты Сбербанка — 2202 2068 8896 0247 (Александр Васильевич Ж.). Пожалуйста, сопроводите перевод сообщением: «Для Каморки».