Брать квартиру в ипотеку мы с Максимом договорились ещё до свадьбы: обсудили все нюансы, прикинули, взвесили «за» и «против» и пришли к выводу, что в ближайшем времени лучшего варианта не предоставится. Потому и искать подходящее жильё начали тоже до свадьбы, рассудив, что тянуть с этим не стоит.
Когда получили ключи от просторной – собственной! – двушки в новостройке, радости не было предела. Мы даже отметили это событие походом в хороший ресторан. Я надела свой лучший наряд и гарнитур из кольца, подвески и кольца – подарок отца на последний день рождения.
- Я хочу поехать в свадебное путешествие. – Куда-нибудь на горнолыжный курорт.
- В зиму? – удивился Максим. – Обычно девушки на Мальдивы или Сейшелы хотят.
- Я обожаю сноуборд, - улыбнулась я. – Давно никуда не ездила!
- Будет тебе сноуборд, - с готовностью отозвался Максим.
И уже на следующий день он купил два билета на самолет. Я была вне себя от счастья: откуда он узнал, что я давно мечтала побывать именно там?
Маргарита Сергеевна, мама Максима, узнав, что мы уезжаем, принялась выпрашивать у меня ключи от квартиры: мол, кто-то же должен кормить наших золотых рыбок, а кто присмотрит за ними лучше, чем она?
Аквариум я поставила в квартире в день заселения – всегда мечтала, чтобы у меня в спальне стоял маленький подводный мир. На время отпуска планировала попросить подругу заглядывать раз в день, чтобы подсыпать корма. Та даже уже дала согласие, но Маргарита Сергеевна была очень настойчива.
- Ладно, держите, - сдалась я, протягивая ей связку ключей. Чистить аквариум не нужно, я сама всё сделаю.
- Хорошо, - заулыбалась Маргарита Сергеевна. – Всё будет в лучшем виде!
Иногда я звонила ей из отпуска, спрашивала, как там рыбки себя чувствуют. Свекровь просила не переживать и уверяла, что всё просто отлично. Но, когда мы вернулись домой, я сразу, даже не переступая порога, поняла, что там кто-то жил. Именно жил, а не приходил раз в день покормить обитателей аквариума.
Я медленно прошлась по квартире, чувствуя, как внутри поднимается глухое раздражение. Раковина на кухне стояла вся в странных, мутных разводах, на балконном окне красовались засохшие капли воды, плитка на полу была грязная, залитая то ли чаем, то ли кофе, а в корзине для белья я нашла грязный постельный комплект. Странно – ведь я лично всё перестирала и перегладила перед отъездом!
Я приподняла уголок покрывала на кровати, и моим глазам предстало чужое постельное бельё, которым она была застелена. В комнату вошёл Максим. Я красноречиво посмотрела на него, откинула покрывало.
- Это кто спал на нашей кровати? Это не наше белье.
- Не знаю, - опешил муж. – Может, мама? Хотя, зачем ей это? У неё своя кровать есть…
- А кто тогда? – сощурилась я.
Мы молча смотрели друг на друга несколько секунд, потом воскликнули в один голос:
- Ленка!
Ленка – это младшая сестра Максима, моя золовка, стрекоза ещё та. Больше всего в мире она любит ходить по клубам и по свиданиям, частенько совмещая одно с другим, а вот учиться – не любит, даже ненавидит. Потому и сессии закрывает кое-как, на чистом везении и жалости выезжает. И говорит, что ей эта профессия, на которую она поступила, и даром не нужна. И вообще, это мама настояла на учёбе, а сама она уже давно просто замуж бы вышла и горя не знала.
Я кинулась к шкафу, подозревая самое худшее и молясь, чтобы мои подозрения не оправдались. Рывком распахнула обе дверцы. В нос ударил запах незнакомых приторных духов, и я невольно отпрянула. Морщась от отвращения, стала перебирать висящие на плечиках вещи – и обомлела. Три кофточки и классические чёрные брюки были в каких-то пятнах непонятного происхождения, на пиджаке была оторвана пуговица. Всё непереносимо воняло этими приторно-сладкими духами.
А моё любимое трикотажное платье было с затяжкой и дыркой на рукаве.
К глазам невольно подступили горячие слёзы, градом покатились по щекам.
Максим округлил глаза:
- Оксан, ну ты чего? Это же всего лишь вещи! Новые купим. Хочешь, прямо сейчас поедем?
- Какие новые? – сглатывая твёрдый ком в горле, выдавила я. – Я эти вещи по одной собирала, по крупицам, они все друг к другу подходят! За некоторыми по полгода охотилась. И на моей фигуре нестандартной они хорошо сидят, такой крой вот так просто не найти по щелчку пальцев. Да и стоят они, Максим, не по три копейки. Мне теперь что, полностью гардероб обновлять? – Я заплакала с новой силой. – И вообще, ты понимаешь, что это мои вещи? Мои! А Лена без спросу их надевала! Ты бы стал носить вещи после моего брата? Хорошо хоть, что у нас размер ноги разный, - с горькой усмешкой добавила я.
Максим без слов вытащил свой мобильный и набрал номер Маргариты Сергеевны, переключился на громкую связь.
- Ой! – воскликнула та, когда он ей всё рассказал. – Ну подумаешь, пару вещей сестра твоя надела! У неё молодой человек появился, ей нужно на свидания в чём-то ходить. А вдруг это не серьёзно и ничем не закончится? Получается, просто так на наряды потратится… Ничего с твоей фифой не случится. Она хорошо зарабатывает, новые себе купит, ежели чего.
- Какие пару вещей? – громко возмутилась я. – Она тут по всему гардеробу прошлась! Интересно, это сколько у неё свиданий за это время было? Она с футбольным клубом встречается, стесняюсь спросить?
Через час, более или менее успокоившись, выпив сладкого ароматного чая и приведя в порядок спутанные мысли, я вернулась в спальню. Сказала Максиму, что те вещи, что можно стирать в машинке, я приведу в порядок самостоятельно.
- А то, что нельзя, я за твой счёт отдам в химчистку. И ещё платье трикотажное в починку нужно отнести. В ателье. Учти, если швея не сможет его починить, тебе придётся везти меня в Италию! Я его в Милане на распродаже покупала. Лена твоя сестра? Вот и неси за неё ответственность.
Максим молчал, сдвинув брови. Я собрала вещи в сумку, оделась и мы отправились в химчистку. И если там сумму за услуги Максим ещё как-то сумел стерпеть, то в ателье тихо матерился сквозь зубы.
- Сколько, говорите, за починку? Да на эти деньги пару новых платьев купить можно!
- Тогда летим в Италию! – наигранно обрадовалась я.
- Ладно, оплачу, - проворчал Максим и снова возмутился: - Почему так дорого-то?!
- Потому что вещь дорогая и качественная. Это только мама твоя думает, что такое платье можно за три тысячи купить. Я его берегу, как зеницу ока.
По дороге домой Максим позвонил сестре и долго рассказывал той, какая она безмозглая, ругался на её неряшливость и разгильдяйство, наплевательское отношение к чужим вещам.
Маргарита Сергеевна тоже в долгу не осталась, позвонила мне и вывалила в трубку целый ворох недовольства.
- Из-за какой-то тряпки такой скандал раздула, это ж надо!
- А вы считаете, что это нормально – брать без позволения чужое, портить и возвращать в непотребном виде? – спокойно сказала я. – Если да, то у нас с вами очень разные взгляды на жизнь, и нам с вами просто не о чем больше говорить!
Свекровь сухо хмыкнула в трубку, пробормотала что-то нечленораздельное и отключилась. Больше она мне не звонила, только изредка приезжала в гости, и общались мы с ней весьма натянуто. Ключи от квартиры мы ей тоже больше не оставляли.
Впрочем, она и не просила. Понимала, наверное, что с некоторых пор мы ей не доверяем.