Владимир Давыденко
Прапорщик Недрыгайло был назначен комендантом учебного корпуса отдельного авиационного разведывательного полка Группы Советских Войск в Германии не потому, что был чересчур просвещённым. Нет.
Среднее специальное образование и специальность техника-электромонтажника, дали возможность получить звание прапорщика, а рост 192 см и вес 115 кг придавали фигуре солидность и значительность.
Он был нетороплив, прост в суждениях и свои взгляды никогда не спешил излагать, тем более кому-то навязывать. И спорить на заумные темы не любил, потому как знания у него были не академические, а житейские.
Специалистом считался хорошим, свои обязанности старшего механика по самолётному оборудованию исполнял ревностно и привык, что каждая вещь должна иметь своё место, которое должно отвечать её размеру.
К примеру, каждый техник самолёта имеет свой, закреплённый именно за ним, занумерованный инструментальный ящик, где каждый ключ, каждая отвёртка - имеют номер и клеймо, свидетельствующее о принадлежности определённому человеку. Самолёт на ремонте – каждый выполняет свой объём работ, а в конце смены каждый ключик должен лежать в своей ячейке.
Утрата одного из гаечных ключей – это ЧП, которым занимаются до победного конца. Ни дай Бог утраченный ключ остался в планере или на двигателе самолёта – понятно к чему это может привести во время полёта.
Авиационная дисциплина приучила Недрыгайло к строгому порядку, когда каждая вещь должна лежать на своём месте и быть строго установленного размера.
Разумеется, что такого пунктуалиста не долюбливали и при первой возможности, дав положительную характеристику перевели в другую воинскую часть в ГСВГ.
На новом месте службы командир полка, оглядев ввалившегося к нему верзилу, решил, что лучшей кандидатуры на коменданта учебного корпуса не найдёшь. Дело в том, что в этом же здании была размещена и «высотка», в которой хранились лётные костюмы лётчиков, где вместе с личными парашютами хранился продуктовый «НЗ», на случай катапультирования. Зачастую этот «НЗ» втихаря съедали, так как авиационный спирт – вот он всегда рядом, а с закуской вечно проблемы.
С приходом Недрыгайло всё изменилось к лучшему. На предполётной подготовке, когда весь лётный состав был в сборе, попросив у командира слова, Недрыгайло сказал просто.
- Кого замечу в выпивке в учебном корпусе, да ещё жрущим консерву из «НЗ» – отобью башку.
Речь была короткая и убедительная.
Поползновения на «НЗ» прекратились. У Недрыгайло кулаки по пуду весом, а командир полка сделал вид, что всё нормально.
Все – от лейтенантов до полковников поняли правильно. Тем более, что если душа требовала выпить, то Недрыгайло завсегда находил кусок сала и пару огурчиков, а выпивали тут же, в курилке возле учебного корпуса или в его же каптёрке.
Штурман Звягинцев, завидев заполнившую весь дверной проём фигуру коменданта, подозвал Недрыгайло к своему столу.
- Мыкола, видишь каково мне с картами работать. Свету нужно много, ты лампочку подвесил, но она слишком яркая, глаза устают. Нужно поменять на матовую, чтобы свет был рассеянный.
- Какую матовую? - почесал затылок Недрыгайло, - на складе таких отродясь не видел.
- Не знаю, что там на складе, но здесь должна быть матовая, – и подполковник занялся своим делом.
Недрыгайло выкрутил «слишком яркую лампочку», сунул её в карман, вышел из «штурманской», зашёл к инженерам. Но инженеры тоже не знали, где взять матовую лампочку.
В курилке, с полуприкрытыми глазами, сидел лейтенант Соловьёв, попыхивая сигаретой, думал о чём-то своём.
- А где её взять-то? – прогремел над ухом Недрыгайло.
Соловьёва аж дрожь пробила.
- Мыкола, ты шо сказывся? – поперхнувшись дымом, начал Соловьёв. – Людей пугаешь. Сижу тут, никого не трогаю, придремал, Одесса снится, море, «лебеди» в купальниках по пляжу ходят, пивко холодное....А ты рычишь, как двигатель на форсаже. Очнулся, а перед глазами этот конь! – он кивнул на самолёт.
- Лампочку надо, - извиняющее начал Недрыгайло.- И в чём проблема?
- Матовую надо. На складе нет.
Соловьёв думал не долго.
- Натяни презерватив на простую – будет матовая.
- Точно! – обрадовался Недрыгайло, - а где взять презерватив? На складе есть?
- Ну, ты даёшь, Мыкола! Ты ещё девок надувных спроси. Где же это ты видел, чтобы на советском складе вещевого имущества выдавали презервативы?!
К немцам иди, в «Дрогери».
Презервативы в ГДР продавали в магазине «Дрогери», вместе с хозяйственными принадлежностями, моющими средствами, косметикой и прочими мелкими вещами.
Будучи человеком конкретным, Недрыгайло тут же направился в город. В магазине работали две женщины-продавщицы, прапорщика это не смущало.
Посетителей не было.
- Битте, - приветливо улыбнулась немка-продавец.
Недрыгайло считал, что за год пребывания в Германии он уже хорошо освоил язык и общался с немцами без комплексов.
- Презерватив, битте, - прогудел он на весь магазин, чем привлёк внимание и второй работницы.
Продавщица понятливо кивнув и так же приветливо улыбаясь, выдвинула витринный ящик, в ячейках которого были разложены различные виды презервативов в упаковке. Озадаченный таким многообразием Недрыгайло, который ранее в жизни обходился без этих интимных вещей, задумался над выбором.
- Вас волен зи? – попыталась помочь продавщица.
- О! – наконец сообразил прапорщик. - Битте, презерватив, но большой! Гросс! – и он выразительно сложил свои пальчищи кольцом, показывая приблизительный нужный размер.
Глаза немки округлились до размеров изображённого прапорщиком кружка, поискала в коробке, улыбаясь, подала упаковку.
- Гросс? – с сомнением поинтересовался прапорщик.
Вторая немка тоже улыбаясь, оценивающе окинула его фигуру.
- Я – я! - заверила первая, пряча улыбку под наклоном головы,- Зер Гросс!
- Ну, Гуд... - с сомнением прогудел Недрыгайло рассматривал маленькую упаковку. За тем, сообразил.
- Момент! Пробирен!
Когда прапорщик полез в брюки немки впали в шок.
- Никс пробирен!!! – отчаянно жестикулируя руками заверещали они хором.
Видя такую реакцию, Недрыгайло сделал вывод что презерватив явно «Не Гросс». Не обращая внимания на протесты, к ужасу немок, прапорщик отвернул полу кителя и достал... лампочку.
- Момент! – снова повторил он.
Распечатав резиновое изделие, натянул его на лампочку.
Немки онемели.
Удостоверившись, что всё подходит, он расплатился и, бросив «Данке шон», с достоинством покинул магазин.
Вскоре в торговый зал, из подсобки, вернулся Герхард Маер, владелец магазина. К своему удивлению, продавщиц на месте не нашёл а из под прилавка раздавались непонятные звуки, как будто там котёнка мучали. Зайдя за прилавок, обнаружил присевших на пол, двух корчившихся женщин. Он так и не мог разобрать, что те пытались сказать.
- Проби... О! Майн Гот! Лямпе... проби... - бормотали они, пытаясь сдержать очередной приступ животного смеха.
- От зараза начфин - чек оплачивать не хочет. Говорит, такой статьи нет, - чертыхался Недрыгайло. – Полторы марки пропало. И ты, тоже – насоветовал, - повернулся он к Соловьёву.
- Чё не так? – лениво поинтересовался одессит, взглянув на лампочку, обутую в резинку. – Ты спрашивал матовую – матовая. Хорошо выглядит.
- Выглядит! А температурный режим - не тот! Только включил, как резиной завоняло!
***