- Привет, - раздался в телефонной трубке голос Яси. - Ты как?
- Почему ты решила мне позвонить? - ошеломленно спросила Ира. - Почему именно сейчас?!
Она знала: в Чехии сейчас раннее утро. На три часа меньше, чем у нее в России! Что-то около шести. И это Ира только что вошла в офис, бросила сумку в кресло и пытается заварить кофе, а руки дрожат. А Яська должна валяться в кровати под пуховым одеялом, обнимать своего любимого чеха со смешным именем Каджинек (Яся нежно звала его “Кадочка моя”), слушать, как на кухне делает утренний тыгыдык породистый бенгалец Атос и размышлять, как проведет свой творческий день. Но никак не звонить подружке, ибо на дворе самый что ни на есть понедельник.
- Ну, не знаю, - Ира, находясь даже за тысячи километров, почувствовала, что сейчас Яся пожала плечами. - Просто проснулась очень рано, думала о новой картине. И вдруг поняла, что хочу тебе позвонить и спросить, как ты.
- Ты… ты не представляешь, как ты вовремя!
- Ирка, что случилось?
- Да ничего особенного. - Ира отобрала у кофе-машины наполненную горячим напитком чашку и присела на подоконник. Внизу кипела обычная утренняя суета: торопящиеся люди, пробка на светофоре… - Просто навалилось как-то все. Я утром проснулась, начала собираться на работу, и вдруг такой тоской накрыло… С Лешкой на выходных поругались и еще не помирились. Я знаю, что помиримся, но муторно. На работе горят дедлайны и проекты, и я не понимаю, где пламя более синее. Мама тоже: когда поженитесь, когда поженитесь?.. Словом, пока я на работу ехала, меня такая тоска взяла, хоть волком вой. А тут ты…
- Ириш, ты что! Это же всё временные трудности!
- Я знаю, - вздохнула та. - Просто… Как здорово, что ты позвонила.
Они с Ясей дружили десять лет. Познакомились в компании друзей и как-то душевно прикипели друг к другу. Яся рисовала картины - легкие, светлые, нежные - и при том любила тяжелый рок и тяжелые ботинки. Ира была обычным офисным, хоть и начальственным, планктоном, носила юбки и блузки, читала Бегбедера (слава богу, что не в оригинале, говаривала Яся) и долго и мучительно вылезала из отношений, чтобы влезть в похожие. Четыре года назад Яська встретила своего Каджинека, влюбилась так же легко и быстро, как рисовала, и уехала к нему в Прагу. С тех пор подруги созванивались, иногда ездили друг к другу в гости. В последний раз виделись аж год назад.
Ира очень скучала. Она знала, что Яся скучает тоже, но расстояния, деньги, раздельная жизнь…
- Ты совсем загрустила, - правильно уловила ее настроение Яська. - Ладно, поступим следующим образом. Берись сейчас за работу, я знаю, что она тебя хорошо отвлекает. Тем более, что у тебя там что-то горит и потрескивает. А вечером я тебя развеселю. Договорились?
- Договорились, - согласилась Ира. - И все же как здорово, что ты позвонила. У меня уже настроение улучшилось.
- Это всё наше общее энергетическое поле! Давай, трудись.
После разговора с Ясей день и правда сделался получше. Оказалось, что кое-какие проекты еще не горят, а просто дымятся, их можно отложить на потом и заняться самым-самым срочным. Сотрудники, отдохнувшие на выходных, неожиданно проявили чудеса изобретательности и решили несколько подвисших вопросов, чем улучшили Ире настроение и заслужили одобрение более высокого начальства. В середине дня позвонил Лешка и сказал, что надо мириться и не ругаться больше никогда. А на обед в столовой, которую вся их компания нежно любила, давали рыбный суп - шедевр, а не суп! Словом, к вечеру настроение у Иры и так уже было нормальное.
Она уже собиралась уходить домой (пришлось немного задержаться), когда в дверь постучали, и на пороге возникла… Яся.
Ира решила, что ей мерещится. Переработка, выгорание, здравствуйте, глюки… Но глюк с восторженным визгом повис у нее на шее, и пришлось признать, что Яся самая настоящая!
- Яська! Как ты тут оказалась?!
- На перекладных примчалась, - фыркнула подружка. - И оно того стоило! Видела бы ты свое лицо!
- Но как?!
- Да на самолетах прилетела, с двумя пересадками.
- Это же кучу денег стоит!
- Слушай, - глядя подруге в глаза, серьезно сказала Яся, - я подумала, мы слишком давно не виделись и поэтому у нас творится такая ерунда. Ты закопалась и с Лешкой ругаешься, я с Кадочкой не ругаюсь, но творческий кризис одолел… Надо посидеть, выпить вина и поговорить. Просто так. И все будет хорошо.
- Все уже хорошо, - сказала Ира, улыбаясь до ушей.
И какой дурак сказал, что женской дружбы не бывает?
© Баранова А.А., 2024