Ольга Семеновна считала, что она должна постоянно контролировать жизнь своих детей, ведь сами они совсем несамостоятельные. У нее было 2 дочери, и обеим было уже под сорок лет. Каждая имела свою семью и детей.
Несмотря на это, Ольга Семеновна с упорной регулярностью вмешивалась в их жизнь, причем под самыми разными предлогами.
- Мы сегодня поедем на дачу, сможешь посидеть с Васей? – спросила у матери Аня.
- А меня вы с собой взять не хотите? – надулась Ольга Семеновна.
- А ты хочешь поехать? – нехотя спросила Аня. Она совсем не планировала брать мать с собой.
- Не отказалась бы. Если, конечно, вы не против, - Ольга Семеновна была той еще манипуляторшой. Она прекрасно понимала, что дочь не сможет ей отказать. А уж на даче она найдет, где развернуться.
- Хорошо, поехали с нами, - вздохнула Аня.
На даче Ольга Семеновна везде совала свой нос. Давала непрошенные советы, и обижалась, когда ее не слушали.
- Я лучше знаю, как будет. Я жизнь прожила. Но вы можете делать, как хотите. – И с демонстративным видом шла прочь, рассчитывая, что кто-нибудь побежит за ней и начнет разубеждать. Как правило, так и случалось.
Аню очень напрягала такая атмосфера, и тяготил постоянный контроль матери, которая не терпела возражений. Она часто жаловалась мужу, что больше так не может продолжаться. На это муж ей отвечал, как обычно, коротко и одно и то же:
- Может, хватит ее слушаться? Тебе не 15 лет, ты взрослый человек, и сама должна решать, как будет лучше для ТЕБЯ. Это твоя жизнь, а не ее.
- Я все это прекрасно понимаю, но я не хочу ее обижать, - привычно повторяла Аня.
- Она этого и добивается. Сделать тебя виноватой.
- Ей скучно с папой, он все время занят своими делами.
- Слушай, это был ее выбор. Она вышла за него замуж. Причем здесь ты? У тебя своя жизнь. Пора уже отстраняться от нее.
Как правило, на этом разговор заканчивался, а затем периодически повторялся. Но ни к нему не приводил. Ольга Семеновна продолжала лезть в семьи детей, а те, боясь ее обидеть, допускали в свои жизни, о чем потом жалели.
Неизвестно, чем бы все закончилось, если бы не произошел один случай. Ольга Семеновна почувствовала себя плохо, муж вызвал ей скорую, врачи диагностировали прединфарктное состояние, которое удалось купировать в больнице. Неделю она там пролежала, а затем ее выписали на домашний режим.
С тех пор жизнь ее детей превратилась в сплошной кошмар. Несмотря на то, что врачи разрешили Ольге Семеновне вести обычный образ жизни, исключив, разве что, чрезмерные физические нагрузки, она стала вести себя так, как будто совсем при смерти.
- Ох, Аня, я так плохо себя чувствую. Ты должна приехать ко мне, - позвонила она старшей дочери.
- Я на работе, - ответила Аня.
- Значит, после работы ты сразу едешь ко мне! – в приказном тоне заявила Ольга Семеновна.
- После работы у меня собрание в саду, не смогу к тебе приехать, - возразила Аня.
- Тебе какое-то собрание важнее матери? – закричала Ольга Семеновна. – Я, между прочим, с утра не встаю с кровати, а ваш отец даже не думает зайти ко мне.
- Мама, ты прекрасно можешь встать с кровати и заняться своими делами сама, - усмехнулась Аня, подумав про себя, что мать решила в конец привязать ее к себе.
- Не могу, голова кружится.
- Покружится и перестанет.
- Ах вот как ты заговорила, - процедила Ольга Семеновна, - в общем, я тебя жду вечером, - и быстро отключилась, не дожидаясь ответа дочери.
Вместо того чтобы менять свои планы и вечером бежать к матери, Аня почувствовала приступ злости.
- Сколько можно вить из меня веревки, и почему я должна ее слушаться? – тихонько бурчала она себе под нос. – Вот ни за что не пойду сегодня к ней и точка!
После работы Аня поехала на собрание, а затем домой. Мать позвонила ей около восьми вечера.
- Ты где? – спросила она.
- Дома, вот только пришла.
- Сколько я могу тебя ждать? – взвилась Ольга Сергеевна.
- Не знаю, мама. Сегодня я не приду. Ты вполне самостоятельная, врачи не запретили тебе двигаться. Так что хватит лежать в кровати, вставай и делай свои дела сама. Почувствуешь себя плохо, полежишь и отдохнешь.
- Что?! Ах так, да! Ладно, мы еще посмотрим, - прокричала Ольга Семеновна и бросила трубку.
Аня впервые за долгое время почувствовала удовлетворение после разговора с матерью. Она не пошла у нее на поводу, а заставила оставить ее в покое.
Однако Ольга Сергеевна не думала отступать, и позвонила младшей дочери Тане.
- Ты можешь ко мне приехать? – сразу спросила она.
- Зачем? – удивилась Таня. – Время почти ночь, мне детей надо спать укладывать.
- Муж твой не может уложить их что ли? Ты нужна мне здесь! – приказала мать.
Что за срочность? – у Тани характер был жестче, чем у Ани, и она не давала такой слабины, как сестра.
- Мне нужно помыть полы, приготовить кушать, и сходить в аптеку, - начала перечислять Ольга Семеновна.
- Во-первых, приготовить кушать ты можешь и сама, в аптеку пусть папа сходит. А уборку сделаю в выходные, - спокойно ответила Таня.
- Нет, мне надо сейчас, завтра придет моя подруга, а у нас грязно.
- Мама, я тебе говорю еще раз, сегодня я не могу. Сделай сама или попроси папу. Завтра позвоню. Пока.
Ольга Сергеевна со злостью бросила телефон. Обе дочери отказались исполнять ее просьбы. Таня то еще ладно, она всегда была с характером. Но вот Аня? Она никогда не показывала характер, и ее всегда удавалось прогнуть под себя. Видимо надо вести себя иначе, подумала Ольга Сергеевна.
В этот вечер она решила больше не звонить детям, а дождаться звонка от них. Первой позвонила Аня.
- Мама, как у тебя дела?
- Так себе, голова болит и слабость, - еле проговорила Ольга Сергеевна.
- Тебе нужно выйти на свежий воздух, - посоветовала старшая дочь.
- Одна я не пойду, а ваш отец ни за что не пойдет со мной, - грустно проговорила мать, подталкивая дочь к тому, что ей нужна помощь.
- А ты его попроси. Я уверена, что он не откажется.
- Не такого ответа я от тебя ждала,- процедила Ольга Сергеевна, понимая, что дочь не собирается отступать.
- Мы сегодня едем на дачу. Ваньку берем с собой.
- Как это на дачу? А я? Меня возьмите с собой, - подскочила она.
- Мама, ты только что говорила, что плохо себя чувствуешь, поэтому тебе лучше отдохнуть. А погулять можно и около дома, - Аня улыбнулась, понимая, что ей вновь удалось противостоять матери.
- Значит, вы все меня бросаете, - Ольга Сергеевна хотела расплакаться, показав, как она расстроилась, но слез не было, т.к. на самом деле она была очень злая, понимая, что старшая дочь на глазах стала вести себя смелее.
- Нет, мама, мы просто живем свою жизнь, в которой есть не только ты, - легко проговорила Аня. – Пока. Завтра позвоню.
Ольга Сергеевна заскрипела зубами. Она вдруг поняла, что ее жизнь начинает рушиться. До сих пор она практически полностью контролировала жизнь старшей дочери. А сейчас та вдруг решила скинуть с себя все невидимые оковы, которыми мать привязала ее к себе, умело манипулируя.
Сначала Ольга Сергеевна злилась, но со временем поняла, что ее злость видна только ей, дети не обращают на нее внимания. Она решила занять свою жизнь чем-то интересным для себя, и нашла различные клубы по интересам в своем районе. Через какое-то время она осознала, что у нее не остается времени, чтобы лезть в жизнь своих детей. И только сейчас она поняла, что у нее тоже есть своя жизнь, которую она может жить по-своему.